До самой смерти - Миранда Лин
– Ненавижу тебя.
Он наклонился, прижался щекой к моему виску, и от низкого тембра его голоса у меня по спине побежали мурашки.
– Я тебя тоже.
Я снова оттолкнула его.
– Сомневаюсь в этом. По-моему, тебе нравится эта игра в кошки-мышки. Каждый разговор превращается в битву, каждая встреча распаляет гневом. Ты мог бы хоть раз попытаться отнестись ко мне хорошо.
– Я только что отдал тебе свой сюртук. А ранее разрешил остаться в моем доме.
Я фыркнула.
– В доме, в котором пытаешься удержать меня силой?
– В доме, который защищает ото всех, кто предпочел бы видеть тебя расчлененной, а не свободно разгуливающей по улицам.
– Потому что все думают, будто я убиваю людей по собственному желанию.
Орин сжал челюсти.
– И почему же?
– Ты ошибаешься. – У меня задрожали руки. То ли от злости, то ли от холода – я сама не знала. – Я не убила ни одного человека, потому что хотела этого. Я не просила такой участи. И худшее, что ты можешь сделать, – это посадить меня под замок. Если бы так все можно было решить, я бы до сих пор гнила в отцовской темнице.
Орин замер, но всего на мгновение.
– Ты не понимаешь и никогда не поймешь. Я не могу это прекратить. Если сила возьмет верх, я выберусь из тюрьмы. Сдеру кожу, переломаю руки, не в состоянии трезво мыслить, но выберусь, лишь бы расправиться с жертвой Смерти. Погружусь в безумие и буду убивать всех, кто встретится на пути, пока обладатель названного мне имени не умрет. Эта магия – бремя. Болезнь. Кара. Если бы я могла остановиться, так бы и сделала. Но воля Смерти превосходит все… – Я замолчала, размышляя о уязвимости, которую не хотела показывать. Но я была слаба. – А от твоей ненависти становится в десять раз хуже. Я знаю, что для тебя это пустые слова, но мы связаны. Все мои близкие мертвы. Так быть не должно. – Мой голос сорвался на последнем слове. – Я устала, ясно? Оставь меня в покое.
Я отвернулась, намереваясь уйти, но Орин схватил меня за руку и заставил посмотреть на него.
– Я не знал.
Я вырвалась и понурила плечи.
– Конечно не знал. Ты и не спрашивал. Просто сам все решил. Как и все остальные. То, что Пэйша и Алтея пользовались своей магией свободно, пока их не поработил Маэстро, не значит, что и я тоже.
– Скажи, зачем ты сюда пришла. Почему я гнался за тобой из самого Перта?
Я подумала: может, толика правды умерит его ненависть ко мне. Потупив взгляд, сунула носок сапога между двух аккуратно уложенных кирпичей в полу туннеля.
– Я ищу Деву Жизни.
Орин громко хохотнул, но, как только я вскинула голову и смерила его сердитым взглядом, прикрыл рот рукой.
– Прости. Это не смешно. Извини.
Крошечные морщинки в уголках его глаз выдали скрытую улыбку. Даже если он испытывал вину из-за хранимых им секретов или утраченной силы Жизни, то это никак не отразилось на его лице. Напротив, его удивление заставило меня еще больше усомниться в своем первоначальном предположении на его счет. Сама мысль теперь казалась неправдоподобной. Как сила Жизни могла превратить его в убийцу? Как Маэстро мог обладать способностью изменять магию? Я ошиблась. Придется начинать заново, отчего я порядком озлобилась.
– Что хорошего ты делаешь для мира, Орин Фабер? Связан с человеком, который превращает должников в рабов и продает доверчивых детей? И не говори, что с Квилл вышло иначе. Не может быть, чтобы ее украли у всех из-под носа без участия Дрекселя.
Орин замер на мгновение. Морщинки исчезли, и он убрал руку от лица. Янтарные глаза всматривались в мои в поисках того, что он вряд ли найдет.
В конце концов он заговорил мягче, искреннее, будто сдвинул маску с лица.
– Я никогда не утверждал, что он герой. Если бы мог освободиться, я бы это сделал.
Орин закатал рукава рубашки, словно ему нужно было отвлечься. Два браслета, один из которых принадлежал мне, а второй Дрекселю, опоясывали его запястье, будто кандалы. Он потер их, словно так мог от них избавиться. Конечно же, этого не случилось. Я рассматривала его предплечья, гадая, увижу ли снова черные вены. Или все-таки татуировку? Должно быть, разум в прошлый раз сыграл со мной злую шутку. Но на руках Орина не оказалось никаких следов.
– Я знаю, что ты отдал свою свободу в обмен на свободу матери. Только это и помогает мне не лежать ночью без сна, понимая, что живу рядом с чудовищем.
Он подобрал с пола сюртук и отряхнул его от грязи.
– Она рассказала тебе?
– Рассказала, – ответила я, всего на миг прислонившись к стене – быстро вспомнила, что она ужасно холодная.
– Она никогда не слушалась приказов. – Его лицо озарила искренняя улыбка, и ничего красивее я в жизни не видела. Он будто поддался на мгновение, но затем посмотрел мне в глаза и отвернулся, разрушая момент. – А ты можешь бросить поиски Девы Жизни и вместо этого сосредоточиться на пропавших людях. Если Пэйше ее не найти, то и тебе не удастся. А приказ отдал Маэстро, так что она прилагает все усилия. У нее нет выбора.
– Но почему Пэйша не может ее найти?
– Потому что никогда ее не видела и не знает имени. У Пэйши нет никаких зацепок. Можешь попросить ее найти красный шнурок – и она отыщет его за пару минут. Но без отправной точки магии не за что ухватиться.
– Погоди. На пропавших людях?
– Ты не знаешь?
Я покачала головой.
– Понятия не имею, о чем ты.
– Тогда, пожалуй, отложим этот разговор.
Орин снова протянул мне сюртук и вскинул бровь. Совладав с упрямством, я взяла его и сунула руки в рукава, что оказались слишком велики. Пиджак пах им. Парфюмерными маслами, с которыми он отмывал мои волосы, и мылом, которым натирался в реке. Мужественностью, пронизанной чем-то более мягким.
Мы не сводили друг с друга глаз, и мгновение превратилось в целую вечность. Я понимала, что этот мужчина – погибель для меня. Понимала ссоры и злость… Ненависть и насилие. Понимала даже желание, которое он вызвал в тот миг, когда вошел в мою спальню в замке. Но не могла понять его нынешнего поступка. И сомневалась, что смогу, учитывая небогатый опыт общения. Я разбиралась в битвах на мечах. Но ничего не смыслила в людях. Или в искренних чувствах.
– Спасибо, – прошептала я. – За это.
Его
