Бесстрашие - Кристин Смит

грязная посуда в раковине, стопка ношенной одежды на полу в спальне — в комнате воняет носками — и засохшие ошмётки зубной пасты в ванной — всё на месте, но Чеза нигде не видно.

— Его здесь нет, — озвучиваю я, когда мы завершаем обыск и возвращаемся в гостиную. Я замечаю его линк на столике под пакетом из-под чипсов, и это странно.

— Он оставил свой линк, — произношу я, поднимая чёрный гаджет. На нём стоит пароль, поэтому я не могу его включить. — Он никогда не выходит из дома без линка, если только не опасается слежки.

— Куда он мог пойти? — спрашивает Трей.

— И оставить дверь открытой? — отмечает Зейн.

Окидываю взглядом квартиру.

— Не знаю, но что-то здесь не так. Чез вообще редко выходит из дома, если только чипсы не закончились или типа того. Но в таких случаях он всегда берёт с собой линк.

— Может, он решил погостить у родителей пару дней? — предполагает Зейн, беря двумя пальцами старое шерстяное покрывало, накинутое на спинку дивана. Покрывалом Чез закрывал дыру, из которой вылезал наполнитель. Этот диван стоял ещё в доме его родителей, пока те не решили купить себе новый прямо перед тем, как Чез выпустился из школы и переехал в свою квартиру. Но эта дыра была там всегда. В детстве мы с Чезом оставляли в ней тайные послания друг другу.

Мысленно вознося молитвы, отодвигаю покрывало и засовываю ладонь в дыру. Белый пух щекочет руку.

— Что ты делаешь? — изумляется Трей.

— Ищу подсказку, — отвечаю я, продолжая ощупывать внутренности дивана, насколько позволяет рука. Безуспешно. — Чёрт. Ничего.

— Думаешь, он мог оставить тебе послание? — спрашивает Зейн.

Иду на кухню, проверяю каждый шкафчик, даже заглядываю в банку с печеньем в форме ананаса. Никаких спрятанных записок и зашифрованных сообщений. Только крошки и одна недоеденная печенька.

— Не знаю, — произношу я. — Просто это очень на него не похоже — оставлять дверь открытой и не брать с собой линк. Может, нам надо снова обыскать всё. Вдруг найдём записку или ещё какую-нибудь подсказку о его местонахождении.

— Пойду проверю его спальню, — говорит Трей, уже сворачивая в коридор.

— А я ещё раз осмотрю ванную, — сообщает Зейн.

Я возвращаюсь в гостиную и, уперев руки в боки, окидываю комнату взглядом. Внутри дивана ничего не нашлось. Может, под ним? Диван — самое любимое место Чеза на свете.

Опустившись на ладони и колени, я проверяю под диваном. Сначала шарю рукой, а потом и заглядываю. Нахожу только носки.

— Ого! — выкрикивает Трей из спальни.

Я вскакиваю на ноги и бегу к нему. Зейн не отстаёт.

— Ты что-то нашёл?

Трей стоит посреди бардака, держа в руке петарды и спички. Заметив меня, он виновато улыбается.

— Эм, нет, прости. Я слишком бурно отреагировал. Никогда не знаешь, что может пригодиться.

Прихватив находку, он возобновляет поиски.

Компьютерное оборудование и коммуникаторы занимают целую стену. Всё вроде бы на месте, так что Чез явно не собирался уходить надолго.

— Может, это оно? — спрашивает Трей, протягивая мне мятый листок бумаги.

Я забираю записку и читаю слова, написанные почерком Чеза:

«Нас никогда не должно было быть там, но я хочу туда вернуться».

— Где ты это нашёл? — уточняю я.

— Среди мусора.

Перечитываю записку дважды. Зейн заглядывает через моё плечо.

— Очень загадочно, — комментирует он.

Для кого-то да, но не для меня.

— Я знаю, где он. — Складываю записку пополам и убираю в карман. — Идём.

Трей и Зейн идут за мной к двери.

— Погоди, куда мы направляемся? — спрашивает Зейн, проверяя, что дверь надёжно закрыта после нашего ухода.

— В АГИО.

— АГИО? — переспрашивает Трей.

— В Академию Генетически и Интеллектуально Одарённых. Мы с Чезом учились там. Потом он выпустился, а я отчислилась.

— Зачем ему туда? — кривится Трей. — Обычно после выпуска мало кто хочет вернуться в школу.

— А ты у нас эксперт по школам и выпускникам, да? — шучу я.

Трей пожимает плечами.

— Я знаю, что это не то место, куда бы я хотел отправиться с ночёвкой в одиночку.

Вернувшись в машину, я подсказываю Зейну, как проехать до АГИО. Он, конечно же, слышал об академии, как и большинство гемов, но сам ходил в другую школу, которая только для мальчиков.

— Напомни-ка мне, как так вышло, что Чез посещал школу для девочек, — с ухмылкой интересуется Зейн. — В старших классах я бы за такую возможность душу дьяволу продал бы.

Трей усмехается с заднего сиденья.

— Я тоже.

Закатив глаза, отвечаю:

— Его отец преподавал в той школе, что позволило Чезу там учиться. Думаю, тот факт, что он не гем, затмевал тот факт, что он парень.

— То есть вариант, что девушки-гемы западут на парня-не-гема, вообще не рассматривался? — Трей смеётся. — Уж поверь мне, вовсе не обязательно быть гемом, чтобы привлечь внимание девушек-гемов.

— Судишь по собственному опыту? — сухо отмечаю я, разворачиваясь, чтобы прожечь его взглядом. — Но ты кое-что забыл. Ты всегда был гемом.

Трей робко улыбается.

— Но раньше-то я об этом не знал.

Теперь уже хохочет Зейн.

— А я не могу не согласиться с Треем. Мой отец все эти годы ограничивал наши встречи с Ариан, но ему даже в голову не приходило, что есть и другие девушки. Не генетически модифицированные.

Я сразу же понимаю, на кого он намекает. Мои щёки вспыхивают.

Трей наклоняется вперёд между сиденьями.

— Да, кстати, мне давно было любопытно. Как вы вообще познакомились? Я так понимаю, это произошло на каком-то мероприятии?

Зейн качает головой, его губы расплываются в улыбке.

— Не совсем. К тому моменту мы уже были знакомы.

— Забавно, — протягивает Трей, бросая взгляд на меня. — А я ведь готов был поклясться, что Сиенна рассказывала мне о торжественном ужине, куда она проникла якобы в роли журналиста, пытаясь подобраться к Харлоу.

Зейн