Наследие предков - Валерия Дашкевич

- Доволен, благодарю! - протянул руку Богдану, рука моего похитителя окуталась в дымку, и на руке возле большого пальца исчезла татуировка. - Что ж, можешь идти. Я так думаю, мы с моей невестой сами дальше разберемся.

- Кирочка, не хочешь напоследок ничего узнать? - решил поинтересоваться Богдан. - Не скоро увидимся. Например, как тебя продал Виталик.

- Продал? - переспросила я. Так не хотела в это верить, да и не может этого быть.

- Продал, милая, и знаешь ради чего? Ради мнимого бессмертия и молодости.

- Я тебе не верю, - сделав пару шагов назад, ближе к окну, я не могла в это поверить.

- Правда, Кирочка, мне жаль, но это так.

”Жаль ему, сволочь вампирская”, - внутри все пылало от злости. Знать, что столько лет доверяла человеку, а он в последний момент предал тебя, продал… И ради чего…. “Твари!!!…” Все пылало от злости, от безысходности: “Ненавижу!”

- Кира, - слышу, меня пытаются дозваться, перевожу расфокусированный взгляд. - Погаси огонь, милая.

“Милая? Я тебе сейчас покажу, милая. На всю жизнь запомнишь милую”, - перевела взгляд на свои руки, они пылали золотистым огнем. - ”Значит, правда. Если помирать, так с музыкой, но замуж не дамся”.

Злорадство, злость, ненависть - все смешалось, я мечтала уничтожить здесь все, и в первую очередь одного вредного вампира-сутенера. Не знаю, как это работает, но в фильмах обычно впечатляющее. Сформировала в руке огненный шар и бросила в вампира. Тот успел отпрыгнуть, но мебель загорелась.

- Да что вы творите? - возмутился “типа жених”.

”Что творю? Сейчас я покажу тебе “невесту”! Ишь, захотелось ему невесту из другого мира!”, - в сторону возмущенного “жениха” полетел огонь, охватывая гостиную и мебель в ней. Посмотрела на окно и поняла, что пора бежать. Оборачиваться мне приходилось только на уроке оборотничества; с разбегу выкинув все мысли из головы, я бросилась к окну.

- Держи ее, - слышу сквозь туман голос Идария, это еще больше придало сил. Доли секунды, зрение меняется, по ощущениям я стала меньше.

Я стала подниматься, стремиться в небо. ”Получилось”, - времени думать не было и летать по комнате тоже. Призывая огонь, полетела прямо в белую занавеску: от соприкосновения с крыльями она загорелась. ”Свобода! Я лечу!” - посмотрела вниз, как хорошо, что я птица: подо мной был обрыв. Если я б спрыгнула, живой не осталась.

Я летела над рекой, над лесами, я большая, огромная огненная хищная птица. Я чувствовала свою силу, она вместе с кровью текла по моим венам. Восторг, поток воздуха, мы едины, я парю. Буря эмоций! Страх, любопытство, радость и счастье! Бешеный адреналин! Невероятное ощущение, во время полета я совершенно забыла, что до этого ни разу не поднималась в воздух. Интуитивно пыталась понять, куда мне безопаснее всего лететь, и единственное место - подальше от Академии. Решила довериться своей птичьей натуре: лететь и наслаждаться, пока есть силы.

*****

В это время в обгоревшей комнате.

- Ничего не хочешь объяснить?

- А что я должен объяснять? Ты сам видишь, упорхнула твоя птичка, - со смешком ответил вампир.

- Ты знал, - укоризненно говорил первый.

- Я ничего не знал, - отряхивая костюм, ответил Богдан. - Знал, что она умеет превращаться в птицу, но не летает. И то, что она владеет стихией огня - для меня тоже сюрприз. Ладно, я пойду, - с восхищением добавил: - Огненная птичка.

- Ты точно МНЕ невесту выбирал? - крикнул Идарий в спину уходящему вампиру

- А как же… - не оборачиваясь, ответил Богдан, покидая комнату.

Все вышло даже лучше, чем он себе предполагал.

******

С непривычки лететь долго не получилось, крылья болели. Спикировала вниз под дерево, только там я смогла превратиться обратно. Понимаю, что далеко не улетела, спряталась в тени дерева. Так и сидела. как мне отсюда выбираться не могла и представить. Достала из кармана кулон: думаю, в образе парня идти будет безопаснее. Минут десять сидела и не знала, что делать: в рубашке, брюках и босиком, а в кармане ни копейки, ни десзрети. Что делать не знала; хотела и смеяться, и плакать. В такой безвыходной ситуации я оказалась первый раз в своей богатой на события жизни: если останусь - замерзну, если пойду дальше - вероятность, что останусь жива, больше. Собрала оставшиеся силы. “Куда идти, куда податься?”.

Немного постояла, пытаясь вспомнить  местность хотя бы приблизительно. ”Так, если не ошибаюсь, прямо - речка, а по левую сторону - лес. А если ошибаюсь? А если ошибаешься, Кира, быть тебе Морозкой. Вот что!”. Ступаю по мокрой, холодной, грязной листве, ноги сводит в судороге; ускорила шаг, как могла. Идти больно, мелкие ветки так и норовят уколоть. Небо было серое, будто вот-вот выпадет снег. До речки я так и не дошла, зато продрогла насквозь. Пыталась вызвать огонь, ничего не получалось - ощущала себя мокрой спичкой. Еще и мелкий дождь пошел, наверное, для полноты ощущений: я уже еле передвигала ноги, а тело совсем застыло и было холодное, как камень. Спрятаться было негде. Только злость на вампира и подогревала: ”Ну, вампиряка, умру - буду твоим личным привидением”. Силы покидали меня, устало прислонилась к дереву, меня жутко клонило в сон. ”Не спать!” - скомандовала себе, но тело из-за холода отказывалось слушаться голоса разума. Пыталась держаться на ногах, но колени ослабли, и я стала опускаться на мокрую листву. ”Где ж ты, дед Мороз, когда так нужен мне”. Веки сами собой закрываются, мокро и тепло…

Чьи-то сильные руки поднимают меня и несут куда-то.

- Глупенькая, что ж ты не стояла на месте. Выпей, насилу тебя нашел, - слышала знакомый голос, но нету сил открыть глаза. К губам подносят что-то металлическое, в горло полилось что-то горячее и горькое, тепло разливается по телу. - Вот так, молодец, пару глотков. Какая же ты мокрая, - меня кладут на что-то мягкое и укрывают чем-то теплым. Сознание окончательно покидает меня, и я проваливаюсь в безмятежный сон.

Глава Двадцать первая.Узелки прошлого (продолжение)

Прошлое стремится овладеть будущим для того, чтобы поставить на новых местах старые колонки прошедшей культуры.

Казимир Малевич

Снова этот веревочный мост и огненная река - Калинов мост. “Неужели, я умерла, и все оказалось плодом моего предсмертного воображения?. Глупо так