Есть ли жизнь после отбора? - Наталья Самсонова

Глава 9 (не ред)

Глава 9 (не ред)

После разговора с Тиной я отправилась спать. Да, ночь еще не наступила, но, во-первых, день был страшно длинным, а во-вторых, ночью будут испытания моего собственного отряда. Стоит выспаться, ведь метод выбора… Оч-чень окраинный. Надеюсь, Кристоф не придет смотреть.

И нет, я не планировала выбирать бойцов, но… Гамильтон «обрадовал» Митара содержанием «официальной почты». Из-за чего старый маг и решил форсировать события.

Но с другой стороны он прав, в столицу прибудет не юная леди в сопровождении камеристок и нянюшек, а окраинная баронесса во главе своего отряда.

Будильные чары сработали как надо. Я, позволил себе несколько минут сладко подремать, подхватилась на ноги и направилась в умывальню. Затем переплела волосы и убрала драгоценные каменные цветы – эта ночь может их повредить.

Тугой корсет привычно обхватил талию. В петельки легли пробирки с зельями, пучок метательных игл занял свое место за кожаным наручем. Клинок и арбалет, несколько мелкий портальных амулетов и… Я готова.

- Я тоже,- Гамильтон, нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу, ждал меня в коридоре. – Идем?

- Вначале я зайду к луо-наари.

Оставив компаньона сердито пыхтеть, я сбежала вниз по лестнице, выскользнула из дома и, толкнув дверь кузницы, вошла.

Серебряные искры тут же окружили меня, закрутили и осыпали пыльцой. А я, сосредоточившись, предупредила малышей об опасности лунного света. И о том, что отнимать у людей ничего нельзя. Что о своих нуждах они должны говорить мне.

А в ответ пришло понимание, что один из луо-наари может быть всегда со мной. Что он может стать частью меня и тогда ему не страшно солнце. И тогда мы будем всегда на связи с основной частью семьи.

Это напугало меня. Я не была готова разделить свое тело с луо-наари, пусть моя магия и смешалась с их магией.

Малыши вновь взметнулись в воздух и замельтешили. Голову начало вести от обилия образов и я, пошатнувшись, прижала пальцы к вискам.

Почувствовав мою боль, они замерли, а после в виски толкнулась картинка. Моя рука, которую… Которую обвивает браслет?

О, ради всех богов, зачем тогда говорить о желании стать частью меня?! Тут мне пришлось объяснять луо-наари, что моя одежда и украшения – не я. И что да, я, разумеется, согласна носить браслет, в котором будет скрываться один из луо-наари.

«Недопонимания угробят этот мир», промелькнуло у меня в голове. А после я, оставив малышей, вышла к Гамильтону.

- Все целы? – спросил мой компаньон.

- Да. И скоро один из них всегда будет рядом со мной,- улыбнулась я. – Ну что, идем?

Наш путь лежал за крепостную стену. Туда, где расположен основной, самый большой тренировочный полигон. И видят боги, я готова поиграть.

Как именно? О, мы с Гамильтоном будем охотиться на людей. А люди – на нас. Митар, Гроза Леса и еще несколько старых, опытных бойцов будут за всем этим наблюдать. И, завтра к вечеру, мне на стол ляжет перечень магов, достойных стать частью моего отряда.

=-=

- Далеко собрались? – ленивый вопрос Ауэтари заставил нас с Гамильтоном вздрогнуть.

Переглянувшись, мы с Генералом поняли, что где-то успели крепко накосячить. Но где?!

Леди бассет парила на своей парадной подушке. Из-под сурово наморщенных брыль виднелись острейшие, белоснежные клыки.

Кажется, мы очень-очень виноваты. И, кажется, сейчас нам это объяснят.

- Почему я не вижу на своем столе письменного приглашения в жюри? – Ауэтари дернула ухом.

И я, выдохнув, широко улыбнулась:

- Потому что ты – это ты и тебе не нужно приглашение. Семью не зовут, семья сама приходит.

Моя песья мать фыркнула:

- Выкрутилась? А остальным достойным членам окраинного сообщества ты приглашения разослала? Ты же помнишь, как это важно?

Упс, кажется, это и есть тот момент, в котором мы с Гамильтоном очень-очень виноваты.

- Я…

- Забыли или забила?- сощурилась Ауэтари.

- Забыла,- со вздохом признала я. – Все это так не вовремя. Знаешь, не до соревнований сейчас. Но и просто так набрать людей нельзя. Это будет… Это будет не по окраинному.

Ауэтари, муф-муфнув, подлетела ко мне и подставила левую брылю:

- Целуй.

Прижавшись к мягкой шерстке губами, я чуть удивленно произнесла:

- Я всегда рада…

- Я разослала приглашения вместо тебя. И, теперь, у меня болит левая лапа.

Гамильтон нахмурился:

- Левая?

- Разумеется,- дернула носом леди бассет,- курсив Мины оставляет желать лучшего, правой лапой я бы этот кошмар подделать не смогла.

И, под наш смех, Ауэтари пролетела к малым крепостным воротам.

- Вообще-то, в Академии, у меня был далекой не самый худший почерк,- проворчала я и прибавила шаг.

Чтобы, подойдя к полигону, едва слышно выругаться.

Они успели поставить трибуны. Да, пришло не больше сотни людей, но… Трибуны! И большие наблюдательные зеркала.

- Это и твой экзамен тоже,- едва слышно выдохнул Гамильтон.

- Экзамен, который пересдать не получиться.

Из тени, создаваемой трибунами, к нам вышла Тина:

- Я тут подумала, почему ваши отряды не укомплектованы целителями?

И этот вопрос вернул мне бодрость и решительность:

- А ты, прости, видишь где-то целительскую академию? Или, хотя бы, школу? Переучивать бойца – только портить, приписывать к отряду целителя – оставить крепость и другие отряды без помощи. Ребята знают, как стабилизировать раненого. Как не дать ему умереть…

- Я лечила всех тех, кого стабилизировали,- едко процедила Тина,- и, поверь, если бы они просто поверх рваной раны грязью помазали – было бы куда лучше.

- Тина… Может, не сейчас?

- Именно сейчас,- она усмехнулась,- потому что я – участвую.

- Ты с ума сошла?!

- Просто решила тебя предупредить, что, с твоей помощью и поддержкой, собираюсь принести на Окраины немного прогресса,- улыбнулась Тина и, церемонно склонив голову, вернулась в густую тень.

- В целом, идея с целителями стоящая, еще мой дед этого хотел. Но людей-то я где возьму?!

- Своих вырастим,- сказал вдруг Гамильтон,- сначала сделаем школу, при целительском доме. А потом, когда тебе тридцать исполнится, академию отстроим.

- Давай хотя бы Цветение Ламертана переживем,- попросила я компаньона,-а потом уже будем школы и академии строить.

- Давай,- согласился Генерал. – Идем, улыбнемся важным людям, раскланяемся и, заодно, дадим нашей дичи небольшую фору!

=-=

Поднимаясь наверх, на трибуну, я молилась всем богам, чтобы удержать лицо. Все эти люди видели моего отца, подчинялись ему и верили в него.