Кости под моей кожей - Ти Джей Клун

— Что с ним произошло? — ошеломлённо спросил Нейт. — Тот мужчина. Орен. Он был… там? С тобой?

Она вздрогнула.

— Я была не… очень в этом хороша. Мне потребовалось много времени, чтобы научиться. Иногда я могла его слышать. Ему не было больно. Он даже толком не был в сознании. Это больше походило на… Ты видишь сны, Нейт?

Он медленно кивнул.

— Все видят.

— Сны формируются на основе твоих воспоминаний, — рассуждала она. — В них появляются… вещи, которым ты обучился. События, которые с тобой произошли. Люди, которых ты встречал. Опыт, который у тебя был. Они застревают у тебя в голове, и ты видишь о них сны. Порой тебе грезится что-то фантастическое. А иной раз тебе снятся кошмары. Но потом ты просыпаешься и переводишь дух, и снова всё в порядке. Так было и для Орена. Он… видел сны. Иногда я их ощущала. Ему снилась рыбалка. Красивая женщина, шепчущая ему на ухо. Чудовище, преследовавшее его по лесу. — Она прочистила горло. — В последнем виновата я. Но… мы стали общаться друг с другом. И он начал осознавать. Через некоторое время он понял, что происходит. Это было странно, правда. Но он… всё принял. В нём проснулось любопытство. Ко мне.

— Что с ним произошло? — снова задал вопрос Нейт, по его позвоночнику пробежал холодок.

— Он годами оставался таким, каким был, — произнёс Алекс. — Он не… старел. Он оставался двадцатичетырёхлетним в течение почти двадцати лет.

В голове Нейта словно одновременно сработали все синапсы. Казалось, его разум превратился в чистый лист. Опустел. Он не мог сформулировать ни одной связной мысли.

— Это был очередной тест, — продолжила повествовать Арт, и впервые Нейт подумал, что она сердится. Из всего, что уже было сказано, из всего, что он уже видел и слышал, гнев в её голосе испугал Нейта больше всего. Тот был пропитан горечью, её слова стали резче и жёстче. — Я этого не знала. Я думала, что могу им доверять. Мне не следовало, но я считала, что могу. В Горе время текло иначе. Время на всей этой планете течёт по-иному. Мы не… отмечаем его ход. Не так, как вы. У нас нет ни годовщин, ни вечеринок, ни воздушных шаров, ни тортов. Оно имеет другое значение. Оно… изменчиво. Может изгибаться. Это не прямая, постоянная линия, как вы привыкли считать. Время и пространство никогда таковыми не являлись. Я… — Она покачала головой и отвела взгляд.

Нейт наблюдал, как Алекс протянул руку и положил ладонь ей на затылок. Она подалась к прикосновению и закрыла глаза. Он её утешал. Так, будто уже делал это раньше. Так, словно он знал, что ей нужно.

Глаза Нейта жгло.

В воздухе витал запах приближающегося дождя.

— Это случилось до меня, — сообщил Алекс. — За год до нашей встречи. Она… Они назвали это переходом. Была одна девочка. Её звали Эмили. В девять лет она заболела энцефалитом. Ей ничем нельзя было помочь. Она лежала в коме уже три месяца. Её родители, им… сказали, что она не проснётся. Но они упорствовали. Они не переставали бороться. Продолжали держаться. Поддерживали в ней жизнь. Пока однажды не погибли, когда в их машину врезался грузовик на перекрёстке в четырёх кварталах от больницы.

— Они умерли мгновенно, — сказала Арт глухим голосом. — Не почувствовали боли.

Алекс кивнул.

— Больше у неё не было родственников. У Эмили никого не осталось из семьи. Некому было за неё волноваться. Заботиться о том, что она… — Алекс кашлянул. — Они нашли её. Думаю, они искали кого-то вроде неё. Того, кого никто не хватится. Это было сделано… весьма официально, как мне сказали. Эмили забрали из больницы в Пасадене и привезли в Гору.

— Они убедили меня, что хотят проверить, смогу ли я ей помочь, — прошептала Арт. Капля дождя упала на левую линзу солнцезащитных очков. — Потому что я могла… лечить. Иногда мне удавалось обманывать тело, заставив его думать, что оно исцеляется быстрее, чем то происходило на самом деле. — Она пожала плечами. — Снова дело во времени. Для меня оно движется по-другому.

«Он был подстрелен. Одним придурком, который не хотел убираться с пути».

— Господи Иисусе, — прохрипел Нейт. Он уставился на Алекса. — Тебя по-настоящему подстрелили. Чёртов ты ублюдок. Резиновая пуля поцелуй мой чёртов зад.

Алекс хмурился, смотря на него в ответ.

— Я тебя не знал. И ты бы серьёзно поверил, если бы я тебе тогда сказал, что меня исцелила маленькая девочка?

— Не уверен, верю ли я тебе и сейчас.

— Веришь, — провозгласила Арт, изучая его взглядом. — Знаю, что трудно переосмыслить то, что ты всю жизнь считал правдой. Люди так запрограммированы. Некоторые сильнее, чем другие. Но ты знаешь, Нейт. Ты знаешь, что все наши слова, — истина.

Нейт яростно замотал головой.

— Нет. Нет, я не…

— Я пыталась её исцелить, — бесстрастным голосом продолжила Арт. — Я пыталась сделать то, о чём меня просили, но они меня обманули. Им было наплевать на девочку. На Эмили. Им не было до неё никакого дела. Их не заботило то, что у неё никого нет. Что они её выкрали. Они просто хотели посмотреть, что могут сделать. Получится ли у них заставить меня… могла ли я… — Её грудь тяжело вздымалась.

— Электрические импульсы, — произнёс Алекс. — В нейронах. Передающиеся через синапсы. Они обнаружили, что если они их перегрузят, то есть если они практически поджарят мозг носителя, это вытеснит её из тела. Так они и сделали. В этом заключался тест. Эксперимент. Они искали способ дать отпор на случай, если её сородичи за ней вернутся. Если другие люди попадут под их… контроль.

— Это всё, о чем они думали, — заметила Арт, нахмурив брови. — О том, как дать отпор. Как будто нас стоит бояться. Они не догадывались, что без носителя мне здесь уже долго не протянуть. Слишком многое изменилось.

— Она уцепилась за Эмили, — заключил Алекс, и Нейт подумал, что если бы он мог заставить свои ноги работать, то убежал бы так быстро, как только мог. — Это было единственное тело, в которое она могла пойти. Она бы долго не прожила. Слишком многое в ней исказилось нашей генетической структурой. Она больше не являлась… той, кем была прежде. Поэтому она сделала единственное, что могла.

— С ней было не так, как с Ореном, — тихо сообщила Арт. — Эмили не снились сны. У неё в голове было холодно, темно и пусто уже долгое время. Мне едва удалось найти способ… внедриться. В её мозге осталось достаточно электрических импульсов, пусть