Лезвие бритвы - Энн Бишоп

пальцем в еду. — Вы бы это съели? Вы бы скормили это своему ребёнку?

— Нет, — сказал Монтгомери.

— Мы не открыты для людей, которые больше не связаны с Двором, — сказал Саймон.

— Не в этом дело, — отрезала Тесс. — Дело вовсе не в этом. Соглашения с городом достаточно ясны: мы имеем право на всё, что доступно людям. Если они могут это купить, то и мы тоже.

— А если мы не можем, то и они тоже, — сказал Саймон.

— Неужели несколько пирожных и сэндвичей так важны? — встревожено спросил Монтгомери.

Саймон огляделся.

— Эта кофейня была построена по образцу тех, что используют люди. Она обеспечивает теми же напитками и продуктами. Большинство этих магазинов не пекут свои собственные изделия, они покупают их в пекарнях. Поэтому мы сделали то же самое, чтобы понять, почему такое место имеет какую-то ценность. Когда завтра все пекарни закроются из-за того, что соглашения с терра индигене были дважды нарушены в отношении поставок продуктов питания для кофейни, насколько важным будет отсутствие этих пирожных и сэндвичей для людей, которые заходят в эти кофейни?

— Я не уверен, что правительство прикажет пекарням закрыться или потребует от полиции принудить их к закрытию, — сказал Бёрк с осторожностью койота, только что почуявшего запах гризли.

— Вам не придётся никого принуждать, — сказала Тесс. — Элементалы могут позаботиться о закрытии пекарен. Я уверена, что Огонь только рада будет, если я покажу ей, что мартышки прислали нам в качестве еды для Мег и других девушек.

Саймон моргнул. Попросить одного из Элементалов сжечь все пекарни в городе? Это казалось… жестоким. Лучше сжечь тех, кто доставляет неприятности, особенно того, кто продает Тесс гнилую еду, чтобы отдать её Мег.

Бёрк и Монтгомери выглядели потрясёнными и достаточно испуганными.

Влад улыбнулся.

— Или, вместо того чтобы сжигать все пекарни, мы можем перенаправить провизию, выращенную в поселениях терра индигене, и предложить её только человеческим предприятиям, которые будут соблюдать соглашения, заключенные с нами. Это сократит поставки продовольствия в город, — он посмотрел на Саймона. — Может быть, мы построим собственную маленькую пекарню и наймём кого-нибудь, кто сделает то, что нам нужно.

— Стив Ферриман сказал, что пекарни в Причале Паромщика будут торговать с нами, — сказал Саймон. — И нам в любом случае придётся скорректировать распределение поставок для Пристани Паромщика, чтобы разместить заказ на Волчье печенье, которое они уже делают. Перенаправление припасов более практично, чем сжигание зданий.

Но он подумает о том, чтобы попросить Огонь посетить ту единственную пекарню.

— Не хотите ли попробовать ещё одну пекарню Лейксайда? — спросил Монтгомери. — На Маркет Стрит есть одно местечко, где я часто бываю. Я поговорю с хозяйкой и узнаю, не будет ли она заинтересована в поставке товаров для вашей кофейни.

Саймон колебался. Ни один из магазинов Двора больше не будет открыт для широкой публики, но кофейня всё ещё будет полезным учебным опытом для терра индигене, которые не имели доступа к такому месту или возможности общаться с людьми, такими как стая Мег.

— Хорошо, — сказал он. — Ещё раз. Если это не сработает, мы отдадим этот бизнес в Причал Паромщика и выделим им дополнительные припасы.

— Мы сделаем это сейчас, — сказал Бёрк. — Лейтенанту всё равно нужно заехать домой и проверить почту.

<Есть ещё кое-что, но после того, как люди уйдут>, — сказала Тесс Саймону и Владу.

— Я скажу Шутнику, что Мег и Лиззи должны вернуться, — сказал Саймон Монтгомери. — Вы можете подождать её в медицинском кабинете.

— Вы не возражаете, если я быстро осмотрю книжный магазин? — спросил Бёрк.

— Давайте.

Он посмотрел, как мужчины проходят под аркой, прежде чем повернулся к Тесс.

— Что?

— Даже если бы еда была вкусной, я бы не сделала ещё один заказ в этой пекарне, — сказала Тесс.

— Почему? — спросил Влад.

В её волосах появились чёрные нити.

— Потому что Джейк Кроугард заметил наклейку HТЛ на заднем стекле фургона доставки.

ГЛАВА 24

День Воды, Майус 12

— Почему я не могу ездить на пони? — захныкала Лиззи.

Такой раздражающий звук. Мег надеялась, что если она ещё раз так заскулит, Саймон укусит её. Очень сильно.

Но Волки тоже скулили. Почему же её это не беспокоило, когда они это делали?

— Потому что в Дворе не ездят верхом на пони, — в третий раз повторила Мег.

Её кожу покалывало каждый раз, когда Лиззи просила прокатиться на пони, заставляя её чувствовать себя странно, ошеломлённой. Она должна была дать понять Лиззи, что в Дворе щенки должны повиноваться взрослым, и «нет» означало «нет». Но что ещё она могла сделать? Что ещё она могла сказать?

Когда она впервые встретила пони, ей не хотелось ездить на них, и когда она предложила Лиззи отвезти её в Хлев Пони, ей и в голову не пришло, что девочка захочет этого или будет так настойчива, чтобы добиться своего.

И пони, которые были достаточно любопытны к маленькому человеку, чтобы позволить Лиззи погладить их по носу, теперь выглядели очень сердито и постарались убежать прочь.

— Нам нужно вернуться на Рыночную Площадь, — сказала Мег.

Услышал ли её кто-нибудь? Неужели она говорила вслух?

Шутник Койотгард зарычал на Лиззи.

— Мег сказала «нет», и я, как человек, который присматривает за пони, говорю «нет». Вот и всё, щенок.

— Это несправедливо! — Лиззи топнула ногой. — Бабушка Борден разрешила бы мне покататься на пони!

Голос Лиззи превратил ощущение покалывания в болезненный зуд. Мег впилась пальцами в бок чуть выше пояса джинсов, царапая кожу через футболку. Нужно было подумать. Не могла думать, в то время как голос Лиззи гудел в её ушах. Слишком. Перебор! Должна… что?

— Типичный человек, — раздался женский голос. — Дай им одно, и они всегда захотят большего.

Мег уставилась на Элементала, чьи рыжие волосы были окрашены жёлтым и синим, на женское лицо особи, которое никогда не могло сойти за человеческое. Но иногда опасность могла тихо прятаться… и так легко.

— Мег? — голос Натана.

Натан. В опасности?

Зуд превратился в агонию, который ей нужно было вырвать из своей кожи, прежде чем он сожрёт её заживо.

«Надо держать себя в руках», — подумала она. «Придётся…»

Она вытащила из кармана серебряную бритву.

* * *

— Мег! — прорычал Натан, хватая руку, державшую бритву. — Мег, что случилось?

Должен ли он был что-то почувствовать? Отвлёкшись на Лиззи, не пропустил ли он знак, что Мег нуждается в порезе?

— Я хочу покататься на пони! — взвизгнула Лиззи.

Он отпустил Мег, резко развернулся и щёлкнул на Лиззи зубами, едва не задев её нос, тем самым заставив девочку замолчать. Затем он