Убить вампира-завоевателя - Карисса Бродбент

– Там что-то есть, – тихо сказала я Атриусу. – Вот только не знаю что. Или кто?

Люди? Души вампиров? Они часто ощущались по-иному, нежели человеческие, но никогда подобным образом. То, что я улавливала, было одновременно слабым и громогласным.

Свет луны падал на лицо Атриуса. Из хижин и шатров не раздавалось ни звука. Ветер тихо шелестел листвой деревьев.

Атриус повернулся к солдатам, поднес палец к губам, затем кивнул в сторону хижин и шатров, отдав молчаливый приказ: «Обыскать».

Я двинулась вместе с солдатами, однако Атриус схватил меня за руку.

– Со мной, – шепнул он.

Вместе мы заглянули в первую хижину. Она была пуста. Возникло ощущение, что все, кто там жил, попросту исчезли. На грубо сколоченном столе поблескивали острые края половинок разбитого стакана. Подстилка в углу была наполовину свернута. На том же столе поодаль лежала раскрытая книга, а рядом темнела лужица разлитых чернил.

В каждом шатре и каждой хижине мы заставали ту же картину.

Я по-прежнему не чувствовала ничьих сущностей. Во всяком случае, мне так казалось. Восприятию мешал странный звон в голове, он становился все громче и заставлял вибрировать каждую нить. Он настолько меня запутал, что я едва не налетела на дверной косяк.

Атриус подхватил меня, не дав упасть, и некоторое время так держал.

– Откуда исходит этот звук? – спросил он.

– Не знаю. Не могу…

У меня заболела голова.

Атриус нахмурился.

– Что это? – спросил он, наклоняясь ко мне.

Я пыталась пробиться сквозь звук. Пыталась выискать в этом звоне что-то более или менее понятное.

Выйдя из хижины на открытое пространство, я побрела в сторону деревьев. Я несколько раз спотыкалась, не обращая внимания, куда иду. Все внимание было сосредоточено на нитях. Под конец я ползла на четвереньках, прижимая ладони к земле и проталкиваясь между ними.

А потом я остановилась, напрягшись всем телом.

Меня охватил ужас: ледяной и невероятно острый. Он разрывал меня на части.

Я хотела ошибиться.

Я так сильно хотела ошибиться, что пробилась сквозь нити прямо к богине Аседже. К той, кому я отдала свои глаза, мизинец и всю жизнь.

«Прошу тебя, – взмолилась я. – Прошу, не дай этому случиться».

Богиня молчала.

Мир тоже молчал.

На руку упала капля чего-то теплого, густого и черно-красного.

Мне было незачем поднимать голову вверх. Но Атриус поднял, и я услышала его жуткий, сдавленный крик, словно ему не хватало воздуха.

Потом увидел и Эреккус, но тот и не подумал сдерживаться.

– Богиня проклятая! – закричал он. – Спустите их вниз! Вниз их спустите!

Он продолжал кричать, уже на обитранском, захлебываясь словами и одновременно пытаясь влезть на ближайшее дерево.

Пытаясь добраться до вампиров, подвешенных к ветвям деревьев и находящихся в промежуточном состоянии между жизнью и смертью. Их были десятки. Нет, сотни.

Кап. Кап. Кап.

Нити кричали, передавая боль полуживых вампиров. И вдруг я почувствовала, как что-то приглушает их крики. Почувствовала движение в гуще деревьев. Нам подстроили ловушку.

Я вскочила на ноги и бросилась к Атриусу, отдававшему приказы.

Инстинкт заставил меня толкнуть его, опрокинув на землю.

– Назад! – крикнула я.

Но еще раньше раздались взрывы.

32

Мне девять лет, и я выползаю из-под развалин нашего дома. Мне девять лет. Я не могу найти брата и…

* * *

– Силина.

Мне было не разобраться в возникшем хаосе. Нити переплетались, и их было невозможно прочесть. Я взмахнула руками, и они наткнулись на что-то теплое и крепкое.

Атриус.

Я сразу ухватилась за его сильную, удивительную сущность. Единственное, что было осязаемым. Пространство вокруг нас было наполнено звоном оружия и криками.

– Скажи что-нибудь. Тогда я пойму, что ты не потеряла сознание, – проворчал он. – Я же не могу увидеть твои глаза.

Я едва не засмеялась и хотела ответить колкостью, но…

– Обернись! – успела крикнуть я.

Из дыма вынырнул солдат. Его лицо скрывала маска, а меч был нацелен в голову Атриуса.

Атриус мигом обернулся, схлестнувшись с противником. Я попыталась встать на четвереньки. Занятие не из простых, когда нити так и мелькают и не за что ухватиться. Когда прогремели взрывы, меч находился у меня в руке. Далеко отлететь он не мог. Я стала шарить вокруг. Руки натыкались на острые камни, обожженную траву. В одном месте под пальцами заскользила мокрая кожа неподвижного тела, упавшего с дерева.

Металл.

Мой кинжал. И на том спасибо. Я схватила его и поднялась на ноги. Атриус вытаскивал меч из горла напавшего. Он едва успел повернуться ко мне, и тут же его глаза округлились. Схватив меня, он другой рукой вонзил меч в живот еще одного вражеского солдата. Тот подбирался ко мне.

Прядильщица милосердная, я его даже не почувствовала. Как же я могла так сплоховать?

– Оставайся со мной, – отрезал Атриус. – Не сходи с этого места.

Это был приказ: твердый и не подлежащий обсуждению.

Я даже не могла высказать недовольство его тоном. При таком скоплении нитей, движущихся в разных направлениях, я становилась по-настоящему слепой. Нахождение рядом с Атриусом давало мне единственный шанс выбраться отсюда живой.

Я едва понимала происходящее вокруг, но знала: это настоящий хаос. Откуда здесь взялись вражеские солдаты? Чьи они? Короля питоры? Ответа я не знала, а они волнами выкатывались из леса и вступали в бой с солдатами Атриуса. Это было кровавым побоищем. Противник обладал явным численным преимуществом. Я не знала, сколько вампиров Атриуса были убиты и ранены первыми взрывами.

Враги обступали нас со всех сторон.

Атриус сражался, как зверь, как природная стихия. Мне было не проследить за его движениями. Я и свои-то не могла контролировать.

Наконец я сумела уцепиться за нить, оказавшуюся нитью вражеского солдата. Он собирался ударить Атриуса в спину.

Мое ответное действие опередило мысли. За это меня постоянно ругали в Арахессии. Я думала, что уже выкорчевала из себя привычку действовать по порыву.

Оказалось, нет. Стоило мне увидеть лезвие меча, направленного на Атриуса, я рванулась наперерез.

Удар получился грубым и неумелым. Я била наугад, поскольку опять не могла разобраться, что к чему.

И все-таки мой кинжал задел нападавшего. Я даже не знала, какую часть тела. Но еще через несколько секунд меня обожгло болью..

Странное чувство испытываешь, когда тело вдруг перестает тебе подчиняться. Мое было орудием, которое я годами доводила до совершенства.

И это орудие вдруг сломалось.

Издали – словно из иного мира – я услышала крик Атриуса. Он что, выкрикивал мое имя?

Мои ладони упирались в землю. Я попыталась встать, но не смогла. Дотронулась до живота