Милая, (с)нежная, желанная - Мила Ваниль

один раз, но крепко.

- Но я не умею…

- Возьми вот так. Да… - Лука тут же пришел ей на помощь. Учитель, чтоб его! – И замахнись, отводя в сторону плечо, а не кистью.

- Не могу!

- Вспомни, каким жестоким я был, когда мы познакомились, - подсказал я. – Вспомни… и накажи.

Плеть мазнула по плечам – не так сильно, как я ожидал, но остро, как будто лисичка прошлась по коже коготками. Боль нахлынула чуть позже, заставляя меня крепче стиснуть зубы.

- Этого достаточно, - твердо сказала Фанни. – И я не уйду!

- Спасибо.

Я медленно поднялся и повернулся к ним. Оба взъерошенные, во взгляде каждого – отчаяние и надежда.

- Спасибо, - повторил я, слегка поклонившись.

- Севир!

Фанни бросилась ко мне, прильнула к груди. Лука отвернулся, едва я ее обнял.

- Ты не ушел. Почему не можешь подойти? – спросил я севшим голосом.

Неужели все зря…

- Прости, Севир. Я не могу уйти, потому что люблю вас обоих. Но не могу и остаться, - ответил он. – Фанни будет твоей женой, а я не хочу быть вашим общим любовником.

- Не буду, - сообщила Фанни. – Я не выйду замуж ни за кого из вас.

Вонючий крот!

- Или за обоих, или ни за кого, - пояснила она. – Я не убегала от тебя, Лука. Я бежала к Севиру. Вы оба нужны мне. Я люблю вас обоих!

- Но это невозможно, - вздохнул Лука. – Если только Севир не издаст закон…

- Не издам, - усмехнулся я. – Но попытаюсь создать прецедент.

Возвращаясь через запретный лес, я заглянул к тетушке Сиолине: проведать и спросить кое о чем.

- Ты знала?

- Боги не вмешиваются в дела смертных, Севир.

- Ты вмешалась…

- И не жалею. Но большего сделать не могла.

- Спасибо.

- Кажется, ты хочешь попросить о чем-то еще?

- Мне нужен совет. Я боюсь, что потеряю Луку, если женюсь на Фанни. И боюсь потерять Фанни, если она выйдет замуж за Луку.

- Так тебе не совет нужен, а чудо?

- Значит… никак?

- Ты глупец, Севир! Я же говорила, что не браслеты определяют истинную связь, а наоборот.

- Но браслетов теперь нет даже у нас с Фанни…

- И ты до сих пор не понял, что вашу связь нельзя разорвать? Я всего лишь обнулила ритуал!

- Обну… Что?!

- Просто сделай это снова. Правильно.

Больше она ничего не сказала, но я надеялся, что понял ее намек. Правда, перед этим придется довести до конца «лечение». Может, Луке и Фанни нравится, когда за ними бегают, но я, честно говоря, от этого устал.

- В спальню, живо! – велел я, подбирая плеть.

- З-зачем? – испугалась Фанни.

- Прецедент создавать? – поинтересовался Лука.

- От чувства вины лечить буду, - ласково пообещал я. – Вы еще свою дозу лекарства не приняли. А потом проведем работу над ошибками.

В конце концов, если боги дают шанс, грех им не воспользоваться.

50. Истинные

Фаина

К этому нельзя привыкнуть. Я знаю, что Луке нравится боль, но едва сдерживаюсь, чтобы не попросить Севира пощадить его.

Себя Севир не пощадил… Да и нас, откровенно говоря, тоже.

Но это лекарство от глупости обладает волшебным эффектом. Севир прав, мы должны разделить с ним ответственность: простить, принять… и больше никогда не совершать таких ошибок.

Я была уверена, что никогда не смогу ударить Севира. Но когда кожаные язычки плети коснулись его спины, вдруг поняла, что это не жестокость, а величайшее доверие.

Так что и Лука заслужил свою порцию «лекарства». И даже… я.

- Штаны снимай, - говорит Севир Луке, пряча плеть в ящик комода. – И животом на кровать. Живо!

- В смысле, штаны? – Лука пытается протестовать. – Ты штаны не снимал!

- Я не снимал. – Севир смотрит ласково, но мурашки бегут по спине от его голоса. – Я ваш альфа.

- Вот так всегда, - ворчит Лука, раздеваясь. – Никакой справедливости.

- Поговори еще у меня…

Я волнуюсь, но понимаю, что их перепалка – попытка подбодрить друг друга. Мужчины…

- Фанни, держи его за руки, - велит Севир.

Лука хочет возразить, но, поймав его взгляд, послушно позволяет мне взять себя за руки. Я не держу его крепко: едва сжимаю запястья и ласково поглаживаю кожу подушечками больших пальцев.

Севир снимает ремень и, сложив его пополам, опускает на ягодицы Луки.

- Считай, - приказывает он.

- Один, - выдыхает Лука, поморщившись от боли. – Спасибо, мессер.

Счет доходит до пятидесяти, и язык у Луки начинает заплетаться. Я чувствую, как по его телу пробегает дрожь. Вижу, как взгляд туманится. Он смотрит на меня… и как будто не видит.

- Севир! – не выдерживаю я.

Он подносит палец к губам. Мол, помолчи, так надо. И когда Лука теряет сознание, прекращает порку.

- Это не от боли, - говорит он мне. – Вернее, от ее последствий. Ему сейчас хорошо, поверь. Спросишь, когда он очнется.

- Я тебе верю. Он говорил… что ему нравится.

Севир бросает ремень на кровать и садится рядом со мной.

- Фанни, теперь твоя очередь.

- Я… я не хочу… - лепечу я. Страх окатывает меня липкой волной, к горлу подступает тошнота. – Я так не могу! Не могу… как Лука.

Губы Севира растягиваются в усмешке.

- У каждого своя доза лекарства, - поясняет он. – Ты получишь свою, не больше, но и не меньше.

- Севи-и-ир…

- Встань, я помогу тебе снять платье.

Жестокий! Мог бы и простить…

Платье падает к ногам, и я переступаю через ткань. Едва заметным движением он укладывает меня животом на свои колени.

- Ай! – дергаюсь я, когда Севир сминает ягодицу.

- Пугливая лисичка, - посмеивается он.

- Мне подержать ее за руки? – слышу я хриплый голос Луки.

- Очнулся? Ты в порядке?

- Лучше, чем в порядке.

- Тогда держи.

Севир уверенно освобождает меня от белья, оголяя ягодицы. Так стыдно, что прячу лицо в ладонях. Но еще и сладко. Так сладко, что внизу живота растекается приятное тепло.

- Ох…

Палец Севира исследует складочки между ног, нежно массирует чувствительное местечко. Это и есть мое наказание?

Лука устраивается так, чтобы удобно взять меня