Бродяга (СИ) - Риз Лаванда

— Нет, мы ещё много целовались, — скупо улыбнулась Кьяра, быстро соображая. — А я-то думала. … Ладно, пойдем, прогуляемся.

Глава 26

— Вот засада, кажется, она перестаралась и этот дигенерат на неё запал! — в сердцах хлопнул ладонью об обшивку Яр. — Нет ну надо же, это не девушка, а ходячий магнит для неприятностей!

— Мы садимся! — воскликнул Ровер, бросившись к панели управления.

— Нет, Скай, дай ей ещё время! — перегородил ему дорогу Тан. — Она может успеть!

— До взрыва семнадцать минут! Даже если она сейчас же пристрелит его, Каван доберется до шлюпки первым, и ждать её он не станет! — в сердцах крикнул Ровер.

— Убей его! Немедленно! — услышала Кьяра в передатчике приказной шепот Яра. — Детка, сейчас ты должна меня послушать.

Её обучали обезоруживать противника и в академии, и Ярос с Ровером, когда дурачились с ней в корабельном спортзале. Она могла сделать это быстро, нужно было лишь отключить все эмоции.

— Что это был за звук? — напрягся Даг, взглянув на неё, вовсе не ожидая от такой миниатюрной девушки такого проворства.

— Прости, — только и произнесла она. Выхватив его оружие, Кьяра прицелилась и выстрелила, переключив предохранитель с оглушения на поражение. И в это время прогремел взрыв.

— А теперь беги, беги изо всех сил!!! — это уже прокричал Ровер. — Давай, эльф, ты должна успеть, и не вздумай думать, что убитый мог оказаться неплохим парнем! Солдатом он стал по своему выбору, а значит, сам подписался под избирательную смерть.

— Я знаю, или ты их или они тебя, но мне не нравится убивать, Скай, — бросила на бегу Кьяра. — Вся база поднята по тревоге, с дополнительных платформ, вероятно уже вышли челноки, и они будут здесь раньше, чем мы улетим! Сейчас я в радиусе подозрения, и если я не добегу … вдруг так случиться, что меня пристрелят раньше, чем я рассчитывала…

— Нет, ты скажешь мне это в глаза, — почувствовав, о чём она хочет ему сказать, прошептал Ровер.

— Но я могу не успеть! Я люблю тебя, Скай Ровер. Очень люблю. Ты выиграл своё пари. И я бы ни за что тебе этого не сказала, … если бы не преследующие меня патрульные.

Ровер на секунду закрыл глаза, пытаясь справиться с накатившими на него чувствами:

— Если любишь, заклинаю, останься в живых, — проронил он. — Отстреливайся! Слышишь? Я заблокирую доступ к шлюпке, Каван либо сдохнет около неё, либо вы улетите вместе. Не молчи, говори со мной, Кьяра!

— Так говорить или отстреливаться? — по рации были слышны выстрелы. — Всё, снова бегу. Пока что жива. А ты ничего не хочешь мне сказать?

— Я не собираюсь с тобой прощаться! — бросил Ровер. — Ты вернешься — и я скажу. Ты уже близко? Кьяра? Кьяра ответь мне!!!

В передатчике был слышен лишь свист, шумное от быстрого бега дыхание, вой патрульных сирен с воздуха и выстрелы.

— Код доступа, я на месте! — прохрипел её голос, когда у Ровера чуть не лопнули натянутые до предела нервы. И ещё несколько минут невыносимого ожидания, после того как шлюпка оторвалась от поверхности планеты до того, как она вошла в выпускной шлюз корабля. Ровер был готов поклясться себе, что это была самая мучительная разлука за всю его жизнь.

Он встретил их, рывком вытащив девушку из кабины, прижав её к свой груди. Кавана поразили глаза скворанина — вытянутые сплошной линией тройничные зрачки в яркой голубизне, а вокруг багровый ободок. Он был словно безумен и … счастлив. Скворане постоянно выражали свои эмоции, но редко демонстрировали чувства. При виде этой обнявшейся пары у сотийца даже не возникло сомнений — эти двое любили друг друга.

— Сейчас я должен позаботиться, чтобы мы ушли от погони, вынырнув в относительно безопасной зоне, — проговорил Ровер, обращаясь к Кавану. — У нас назначено свидание с бойцами сопротивления, мы перебросим тебя на борт их крейсера, после чего я на какое-то время уйду в тень. Я чуть было не заплатил за тебя, слишком непомерную цену. — Затем его голос наполнился другими нотками, и он взглянул на Кьяру. — Ты позаботишься о нашем госте, пока мы тут всё не разгребём?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она лишь коротко кивнула в ответ. Испытав сумасшедшую эмоциональную встряску, в который раз разминувшись со смертью, отдав свою душу со словами «люблю» — Кьяра всё ещё пыталась справиться с ощущением острой радости. Её просто распирало оттого, что у неё получилось, что она вернулась на борт, к нему. Не хватало лишь одного, и эта недостающая часть сейчас казалась самой ключевой, она связывала воедино все жизненные составляющие — его признание.

— Межрасовые пары всё ещё редкость, — проговорил Каван, пытаясь завязать с ней разговор. — Скворане редко сходятся с людьми. Откуда ты сама?

— С Ареса, — пренебрежительно бросила Кьяра. — Я бывший военный офицер коалиционных войск.

На лице дернувшегося Кавана появилось красочное изумление. Ему даже не пришлось спрашивать, Кьяра пояснила ему сама:

— Удивлен, почему это скворане не пристрелили меня или почему я не самоликвидировалась? Всё дело в Ровере — он мой судьбоносный случай, — Кьяра развела руками, не вдаваясь в подробности их встречи. — Но я не жалею. С ними я переродилась и стала совершенно другим человеком.

— Это хорошо. Сопротивление как раз и рассчитывает на то, что люди могут перерождаться, открывать глаза и менять сознание. Не желаешь присоединиться к нам?

— А разве то, что я помогла тебя спасти, не говорит о том, что я вроде как уже с вами?

— Нет, пока ты только с Ровером. Эти скворане содействуют нам, но они не в наших рядах. Они помогают нам, потому что мы выступаем против Империи, и они будут симпатизировать всем, кто на противоположной от имперцев стороне. Ровер слишком своеволен, чтобы подчиняться кому-либо. Он действует по своему усмотрению, зависимо от эмоциональной вспышки и сколько ему за это заплатят. А ты бывший солдат — наш режим будет тебе ближе. Нам не помешают такие отчаянные девушки.

— Я пока не готова присягать новым революционным лидерам. Я буду там, где будет моя команда, то есть с Ровером, Яром и Таном. Но если вдруг что-то изменится — я буду знать, куда мне идти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Их внимание привлекла открывающаяся дверь.

— Ну, что сказать — ты была великолепна! — воскликнул появившийся Яр, расплывшись в улыбке. — Раньше я бы и подумать не мог, что буду так рад твоему возвращению! Ты прошла испытание, и с этого самого момента ты официально зачислена в первый состав межгалактических преступников. Можешь сделать себе нашивку. Или может быть всё-таки тату? — хитро улыбнулся Яр, беззастенчиво притягивая её к себе.

— Нет уж, — смеясь, мотнула головой Кьяра, обнимая его. — Разукрашивайтесь сами. … Я до сих пор в себя не могу прийти.

— Даже страшно подумать, что любовь может сделать с порядочной девушкой, — с иронией протянул Яр, как обычно подшучивая. — Я уже вижу, как ты громишь блок посты, грабишь имперские базы и угоняешь корабли.

Вопреки его ожиданиям Кьяра перестала улыбаться, ответив ему с самым серьёзным видом:

— Ярос, я совершенно себя не знаю. Не знаю, на что я на самом деле способна ради него. Полагаю, я могу делать страшные вещи лишь бы только эта любовь жила во мне. Это, наверное, сродни одержимости. Каждый атом моего существа хочет быть с Ровером. Вот только …, - не договорив, она заглянула в глаза Яру, который и без слов понял, что её тревожит.

— Не нужно брать клещи и вытаскивать из него то, что он ещё никогда и никому вслух не произносил. Никогда не торопи скворанина, прими это как совет друга. Просто жди и наблюдай. А ещё оставляй за собой интригу, пусть один нерв постоянно дрожит от накала, не раскрывайся полностью, не выедай ему глаза своими бесконечными признаниями — иначе скворанину это быстро надоест, и он может потерять интерес. Мы очень быстро воспламеняемся, но также быстро и охладеваем. Мудрость подруги скворанина заключена в том, чтобы поддерживать температуру в отношениях. Твоё актёрское мастерство тут очень даже пригодится.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})