Татьяна Шульгина - Право первой ночи(СИ)

  -- Но я не продвинулся в своих исследованиях, - опять вздохнул Ивл. - Граф лишь смутно представляет, с кем имел дело.

  -- Я вам описал его, - Кристиан начал нервничать. Ивл словно нарочно пытался задеть его. - Если вы такой специалист, сможете определить.

  -- Ваши слова очень путаны, - возразил собеседник. - Под это описание попадают практически все твари подобного рода. Вопрос в другом - какая разновидность перед нами?

  -- Какое это имеет значение? Это оборотень и точка, а помогал ему братец Джон! - воскликнул Кристиан. - И вместо того, чтобы выяснять подвид оборотня, следовало бы искать брата.

  Король нахмурился. Советники покачали головой, оскорбленные его несдержанностью.

  -- Простите, - опять начал спокойным тоном Ивл. - Вам известно, что существуют оборотни, которые, вернув человеческий облик, совершенно не помнят своих действий и абсолютно уверены, что они нормальные люди?

  -- Нет, я не знал этого, - ответил Кристиан. Советники опять посмотрели на него. - Когда мы ловили банду, разорявшую мои земли, то я впервые столкнулся с этими существами. Думаю, они прекрасно знали, чем занимались по ночам.

  -- Вы думаете, принцессу похитил один из них? - продолжал вкрадчиво Ивл.

  -- Я не уверен. Те превращались в обычных волков. Мы убили всех, они не пожелали сдаться и все погибли.

  -- А вы не получали ранения в этой схватке? - мужчина посмотрел на короля. Тот сидел, глубоко задумавшись.

  -- Я был ранен саблей, - ответил Кристиан. - Я был очень осторожен. Все ведь знают, что раны от оборотней опасны вдвойне.

  -- Нет, не просто раны, а укусы, - добавил Ивл.

  -- Что ж, укусов не было,- Кристиан начал догадываться, куда клонит собеседник.

  -- И ваши люди тоже избежали этого?

  -- Да.

  -- Какая удача, просто сказочное везение, - Ивл посмотрел на короля.

  -- Когда мы вступили в схватку, они были в облике людей и не пытались кусать нас. Им легче было сражаться железом, - Кристиан встал. - А чтоб все не выглядело сказкой, могу добавить, что потерял тогда тридцать пять человек, вдвое больше чем было разбойников.

  Он оглядел всех присутствующих. Король молчал. Советники недовольно косились на графа.

  -- Позволите взглянуть на рану? - Ивл казался смущенным, но глаза его выдавали самодовольство.

  -- Если это снимет с меня ваши смехотворные подозрения, - Кристиан начал расстегивать рубашку. Советники о чем-то шептались. Король беспристрастно взирал на происходящее.

  -- Что ж, рана от оружия, вы говорили правду, - заключил Ивл, разглядывая глубокий темный шрам на груди графа, стоявшего перед ним раздетым до пояса. Рубашку он держал в руке.

  -- Но также известны случаи, когда оборотнем становились неосознанно, - вкрадчиво произнес Ивл.

  Король встревоженно посмотрел на него.

  -- Достаточно, граф, - сказал он.

  -- Что это значит? - спросил Кристиан. - На что вы намекаете?

  -- Родителей не выбирают, - ответил Ивл.

  -- Мы закончим пока этот разговор, - король поднялся.

  -- Мои родители были людьми! - воскликнул Кристиан, отбросив одежду.

  -- Возьмите себя в руки! - приказал король. - Граф не хотел оскорбить ваших родителей.

  -- Он именно этого и хотел! Сам-то он кто?! - хозяин замка не заметил, как в гостиную вошла королева с фрейлинами и еще несколькими придворными. Они испуганно замерли на полпути, увидев разгневанного Кристиана, вплотную подступившего к Ивлу.

  -- Дорогой, что тут происходит?! - воскликнула она, едва не лишившись чувств.

  -- Возьмите себя в руки и оденьтесь! - приказал король, быстро пересекая комнату, чтобы увести жену.

  -- Больные ликантропией не контролируют своего зверя внутри, - ответил Ивл улыбнувшись. Кристиан одарил его злобным взглядом и вышел, подобрав одежду. Советники только покачали головой.

  Глава двадцать пятая

  Весь следующий день граф провел в своей спальной. Он не желал вновь выслушивать нападки Ивла и ловить на себе косые взгляды королевы и ее приближенных. Кристиан обдумывал детали своего нового плана. Предстояло незаметно выбраться из замка и добраться до границы, а оттуда до Итилиана всего день пути. Там граф рассчитывал найти хоть кого-то, кто мог помочь ему в поисках Джона. Во всяком случае, других мест, откуда следовало начать поиски, он не знал.

  Мадлена, как могла, оправдывала его отсутствие за столом, заверив короля, что хозяин не может присоединиться к трапезе из-за слабого здоровья. Кристиан намеревался воспользоваться этим предлогом, чтоб его оставили в покое хоть на пару дней. Он уже почти все подготовил к отбытию, когда в замке начался какой-то переполох.

  За окном уже стемнело и падал снег. Гвардейцы освещали двор факелами, высыпав за ворота, словно кого-то встречали. Граф сменил дорожный сюртук на изысканный камзол и спустился в гостиную, желая узнать, что происходит в его замке.

  Гости и прислуга сновали по залам, возбужденно перешептываясь. Король сидел на диване в окружении своих советников. Граф вошел и поклонился, заметив недружелюбный взгляд королевы и любопытный графа Ивла.

  -- Мы получили известие, - начал Теодор. - Гвардейцы задержали вашего брата.

  -- А Николь? - Кристиан замер, ожидая ответа.

  -- Она с ним. Они едут сюда.

  -- Как она?

  -- Я ничего не знаю, - ответил король. - Наберитесь терпения, они прибудут с минуты на минуту.

  В этот момент во дворе послышался стук копыт. Прислуга поспешила открыть дверь. Кристиан выбежал в холл, где уже собрались все гости и домочадцы. Дворецкий открыл дверь и застыл на месте. Джон оттолкнул его и вошел, неся на руках Николь. Он был с ног до головы покрыт грязью и кровью, а девушка была в горячке. На ней было то самое платье, в котором ее видели в последний раз.

  -- Дочка, - первой опомнилась королева. Она подбежала к Джонатану и посмотрела на Николь. Кристиан хотел взять ее, но брат не позволил ему.

  -- У меня есть причины не доверять тебе, извини, - Джонатан отступил на шаг. Король кивнул гвардейцам, те подхватили девушку и понесли наверх. Мадлена и Виржиния поспешили следом, объяснения их не интересовали. Кристиан стоял в стороне, не двигаясь с места.

  Джонатана проводили в гостиную. Молодой человек был исхудавшим и грязным, на лице темнел свежий шрам.