Океанская Жемчужина - Лия Виата
К сожалению, не обратил на это внимания. Я упрямо плыл вперед против течения за своей целью и совершил вторую ошибку. Перед глазами встали лица маленькой Риэ и мамы. Этот диалог я помнил даже спустя много лун, хоть и пытался его забыть.
— Да, я плавала к затонувшим кораблям! — с энтузиазмом заявила сестра стайке своих ровесников-слушателей.
— Ты такая смелая… — с восхищением сказала русалочка с пурпурным хвостом.
Сестренка задрала нос ещё выше, заставив меня закатить глаза и подплыть к ним ближе.
— Будь она на самом деле смелой, то не к кораблям бы поплыла, а на сушу, — произнес я.
Риэ насупилась, а я улыбнулся шире. В те времена мне очень нравилось злить её.
— Вот возьму и поплыву. Слышала, что наводный мир не очень-то от Аква-Есмарии отличается, — сказала она.
— Ага, не забудь только из хранилища артефакт взять, иначе там со своим родным хвостом плавать не сможешь. Магии-то у тебя нет. — В насмешку призвал небольшое течение, заставившее волосы присутствующих колыхнуться.
— Без твоих советов обойдусь, — пробурчала сестра.
Я пожал плечами и отправился на очередной урок. Если бы тогда знал, что Риэ воспримет мои слова всерьез, найдет способ выйти на сушу, а потом пропадет там, то даже рот бы в тот момент не открыл. Чтобы предотвратить возможную войну с людьми, мама поплыла искать её в одиночку и в итоге умерла. Из-за моего длинного языка и неумения следить за ним!
Приоткрыл глаза. Вокруг царила темнота, но я четко чувствовал присутствие Милли рядом. Горло сдавило от спазма. Она заметила это, подплыла ближе и убрала прядь волос с моих глаз. Почему она до сих пор так добра ко мне? Это причиняло особый вид душевной боли, которую за столько лун я даже успел полюбить.
Ещё в те времена, когда между нами не стояла трагедия смерти Императрицы, я вел себя как обычный наглый наследник, а она улыбалась, смотря на это, и помогала мне. Только любовь к ней не позволяла мне сейчас сдаться под напором Кармен. Попытался рассмотреть лицо Милли в темноте и снова поймал себя на мысли, что очень виноват перед ней…
Воспоминания вернули меня в тот злополучный прилив, когда моя младшая сестра пропала в наводном мире. Мне было так страшно хоть кому-то признаться в своей ошибке, что пропажу Риэ и мамы обнаружили только через несколько восходов. В тот же день к нам приплыла Милли и объявила себя новой сиреной голоса, что означало уже наступившую смерть моей матери.
Горе засосало меня на самое дно и прибило к нему неподъемным валуном скорби. Отец разгневался так, что все вышедшие в тот момент в океан корабли потопило. Он собрал воинов и направился на сушу. Я убедил его взять меня с собой, но на подступах к берегу нас остановила Миллитина.
— Молю вас, остановитесь! — крикнула она, давясь слезами.
— Уйди прочь. Ты не имеешь никакого права вставать передо мной, — грозно рявкнул отец, но она не сдвинулась с места.
Милли трясло от страха, но взгляд у неё был решительным и уверенным. Она расставила руки в стороны, перегородив путь.
— В качестве последней воли Императрица Марианна попросила меня остановить войну. Я не могу позволить вам выплыть на сушу, — сказала Милли.
Океан забурлил и начал выбрасывать вверх пузырьки воздуха, вторя истончившемуся терпению Императора.
— Моя жена ещё жива. Я спасу её и нашу дочь. Не мешай мне!
Резкое течение напало на Милли, но она удержалась на месте, а, когда оно отступило, согнулась в низком поклоне.
— Я молю вас. Проявите благоразумие. Императрица м-мертва. — Голос Милли дрожал, так же как и всё её тело.
Меня передернуло от внутреннего ужаса. Ни я, ни отец совершенно не хотели верить в то, что говорит принцесса Южного моря.
— Если это правда, то расскажи нам как она умерла. Ты же видела всё произошедшее своими глазами, верно? — процедил я.
Милли вздрогнула всем телом и посмотрела на меня с неприкрытым испугом.
— Я-я не могу, — промямлила она.
— Если тебе для этого нужен приказ, то это он. Принцесса Южного моря Миллитина, говори всё, что знаешь сейчас или замолчи навсегда! — рявкнул я.
В её глазах появились отчаяние и безысходность.
— Будь по-вашему, но молю вас, разверните армию и вернитесь в замок. Океанская Жемчужина скоро вновь будет дома. — Милли отплыла назад, подняла со дна острый кусочек скалы и, не дав никому даже одного взмаха хвоста на осознание её действий, воткнула его себе в горло.
В тот момент я умер во второй раз. Отец отказался от мести, Риэ вскоре вернулась в замок как ни в чем не бывало, а Милли чудом выжила, но лишилась голоса. Из-за меня.
Следующие дни стали моим личным адом. Я молил Нептуна о чуде, но он остался безмолвен. Мне отчаянно хотелось пасть в извинениях перед Миллитиной, стать её рабом и молить о прощении, но отец слег, и мне пришлось заняться делами Империи. Совет потребовал от меня исполнение долга наследника, и я не смог ему отказать. Не имел права.
Я тешил себя надеждой, что сирена исцеления поможет Милли. Внутренне я даже подготовился к тому, чтобы заставить её вернуть ей голос даже ценой собственной жизни, но старая сирена исцеления умерла раньше положенного, а её преемницей стала моя любимая младшая сестренка. Это был конец. Я не мог просить о подобном Риэ и более не имел права на прощение русалки, которую любил. В моей душе поселилась пустота. Я отдалился от всех, погружаясь в работу ещё сильнее. Если бы не поддержка Ниера, который остался со мной в этот сложный период жизни, то, наверное, совсем сошел бы с ума от одиночества.
Отец, к счастью, поправился благодаря упорству Риэ, а совет оказался доволен моим трудоголизмом и правительственными решениями. Жизнь вошла в медленное равномерное течение. Ошибки прошлого терзали меня, но не так сильно, чтобы зацикливаться на них. Я даже подумал, что смогу хорошо жить со всем совершенным, но ужасно ошибся. Почему я не заметил агрессивный настрой русалок и русалов Аква-Есмарии? Как допустил государственный переворот? Из-за меня умер отец, а сестра оказалась в смертельной опасности. Я провалился как правитель и брат, и теперь единственное, что мог делать — винить себя.
Решетка темницы с булькающем звуком открылась, и внутрь вплыл светящийся камень.
