Король в Белом - Валентина Зайцева

его длинные и утончённые лапы с удивительной лёгкостью удерживали массивное тело в хитросплетении ветвей причудливых деревьев. Его тёмно-фиолетовая шерсть переливалась в лунном свете, словно королевский бархат, а блестящие глаза напоминали своими гранёными поверхностями отполированные аметисты неземной красоты. Он был прекрасен. Для жуткого, гигантского, вероятно людоедского паука — так уж и быть, приходилось это признать.

Чудовище нависало над моей головой, отбрасывая тень размером с небольшую рощу, его передние жвалы-мандибулы ритмично сжимались и разжимались с тихим поскрипыванием, пока он внимательно наблюдал за мной сверху вниз.

— О, милая. Прости, я, кажется, напугал тебя? — послышался неожиданный голос.

Оказалось, что оно ещё и говорит, хотя движения его «рта», казалось, не были напрямую связаны с произносимыми звуками. Голос будто исходил отовсюду и ниоткуда одновременно. Я потихоньку начинала привыкать к существам, подкрадывающимся ко мне в темноте, и к тем странным созданиям, что умели разговаривать самым сверхъестественным образом.

Голос, исходивший от массивного создания, был определённо мужским. Тон звучал глубоким, тёплым и на удивление искренним. Казалось, паук и вправду сожалел о своём внезапном появлении и заданном вопросе.

— А что, разве это не заметно? — резко ответила я, всё ещё сидя на холодной земле и пытаясь совладать с колотящимся сердцем. Горыныч тем временем подрос до внушительных размеров и теперь защищающе обвился вокруг меня, угрожающе шипя на гигантского арахнида, явно готовый броситься в атаку.

— Надеюсь, ты не боишься пауков, дорогая? — прозвучало из гигантской глотки. Сама мысль об этом казалась чудовищу до того нелепой, что его голос дрогнул от сдерживаемого хохота.

— Дело не в страхе! Мне просто до смерти не нравится, когда кто-то подкрадывается ко мне сзади. Даже самый маленький паучок может заставить меня вздрогнуть, если появится внезапно. А уж ты... Ты подобрался ко мне бесшумно, будто настоящий охотник, и при этом твои размеры сравнимы разве что с целым зданием!

Я поднялась с земли уже во второй раз за последние десять минут и принялась методично отряхиваться от прилипшей листвы и земли.

— Приношу свои глубочайшие и искреннейшие извинения, дорогуша, — голос звучал по-настоящему виноватым.

— А ты собираешься съесть меня? — прямо спросила я, решив выяснить этот важный вопрос сразу.

— Конечно нет, что за нелепая мысль! — Он рассмеялся низким бархатным смехом.

Паук начал плавно двигаться, осторожно спускаясь с переплетённых ветвей, чтобы встать поближе ко мне на земле. По мере движения монстра его форма начала причудливо меняться, словно реальность вокруг него искажалась. Она преобразовывалась и постепенно уменьшалась, пока на месте огромного паука не оказался высокий мужчина вполне человеческих пропорций.

Он был полностью обнажённым, по крайней мере на мгновение, пока его густая шерсть не превратилась в подобие длинного тёмного плаща, искусно скроенного из чёрной материи с фиолетовыми переливами. Под плащом проступил строгий чёрный костюм с высоким воротником, украшенный серебряными застёжками и цепями, которые загадочно поблёскивали в мягком лунном свете и тихо позвякивали при каждом его движении. Изящная серебряная цепь пересекала его грудь по диагонали, а на ней висел большой замысловатый ключ со сложным узором. Четыре его паучьи лапы сжались и аккуратно свернулись за спиной, сливаясь с тёмным плащом, создавая иллюзию дополнительных складок ткани.

Честно говоря, я тоже постепенно начинала привыкать к весьма своеобразным представлениям здешних обитателей о моде и приличиях.

Лицо мужчины было полностью скрыто под изысканной фиолетовой маской. Глубокий насыщенный цвет был щедро испещрён непонятными символами, начертанными тёмно-серыми чернилами с величайшей тщательностью. Личина маски была идеально гладкой, если не считать восемь серебряных шипов, расположенных симметрично. Рот маски был подчёркнут тёмно-серыми линиями, строгими и геометричными. Глаза, как и у всех остальных местных жителей, были полностью зачернены — жуткое, но завораживающее зрелище.

Его открытая кожа на руках имела тёплый, благородный каштановый оттенок, на котором аметистовые письмена смотрелись невероятно, почти мистически красиво. Длинные чёрные волосы с синеватым отливом были собраны на затылке в низкий хвост, несколько прядей свободно обрамляли маску. Возможно, он был индийского происхождения, хотя я не могла сказать этого с полной уверенностью. Но без малейшего сомнения, он был абсолютно потрясающим. Жутковатым, да. Но, как и его паучья форма, прекрасным по-своему, обладающим тёмной притягательностью и внушительным благородством.

— Должен честно признаться, со временем эта человеческая форма стала для меня всё менее и менее естественной, — задумчиво сказал бывший паук своим глубоким голосом. Он был на несколько сантиметров выше меня ростом и двигался с той особой грацией, которая присуща опасным хищникам.

В отличие от Элисары, носившей великое множество украшений, но при этом двигавшейся абсолютно бесшумно, будто призрак, этот мужчина явственно звенел при ходьбе. Все эти многочисленные цепи и металлические застёжки на его одеянии создавали лёгкий мелодичный шум, похожий на музыкальный перезвон ветра, когда он неспешно приблизился ко мне.

— Но мне, безусловно, следовало знать и предвидеть, что ты можешь крайне плохо отреагировать на такую неожиданную встречу в тёмном лесу. Я действительно не хотел тебя пугать, поверь.

Мужчина медленно протянул мне руку с длинными изящными пальцами, покрытыми тонкими серыми узорами. Я слабо, неуверенно улыбнулась и осторожно пожала его протянутую руку, стараясь выглядеть дружелюбной.

— Всё в порядке, правда. Я постепенно начинаю привыкать к тому, как вы, люди, здороваетесь в этих краях. Меня зовут Нина, очень приятно познакомиться. Полагаю, ты… Келдрик? — неуверенно спросила я.

Это была всего лишь интуитивная догадка.

— Да! Совершенно верно, очень хорошо. Я пришёл бы гораздо раньше, но мой новый регент, достопочтенный Торнеус, настоятельно настоял на том, чтобы сначала детально проинформировать меня обо всех недавних событиях и изменениях. Должен сказать, он кажется весьма милым и обходительным человеком. И он говорил о тебе с большой искренней теплотой, — произнёс Келдрик.

С теплотой. Значит, он не назвал меня полной дурой. Это уже кое-что.

— Вы двое раньше не встречались лично? — поинтересовалась я.

— Я спал в своей древней крипте глубоким сном, когда он стал регентом дома. Полагаю, он был не меньше твоего шокирован и потрясён, внезапно увидев меня живым. — Келдрик тихо, почти беззвучно рассмеялся и изящно поднёс длинные пальцы к губам своей таинственной маски. — Боюсь, бедняга тоже оказался распластанным на холодном полу от неожиданности и испуга. Очень приятно познакомиться с тобой, дорогая сестра. Приношу свои глубочайшие извинения за то, каким образом ты попала сюда, в наш мир. И ещё больше — за трагические обстоятельства, сопровождавшие твоё неожиданное возвышение в высоком качестве королевы.

— Спасибо