Александр Бромов - Дорога к себе

— Что это будет? — Ласайента опустилась перед ней на пол.

— Не знаю, — пожала плечами ийет. — Хочешь, тебе что-нибудь свяжу? Хотя, ты же не носишь блестящее, — она придирчиво рассмотрела нитки и начала набирать петли.

Принцесса наблюдала, как ловко снует крючок, наращивая тонкую цепочку. А она так не умеет, и терпения не хватит. Это однозначно. Возиться часами с двигателем, перебирая его — это без проблем, но вязать? Увольте!

— Он же не зря ушел? — не отрываясь от работы, утвердительно спросила Элерин.

— Не зря, — Ласайента повозилась, устраиваясь удобнее, помедлила и положила локти к ней на колени. — Можно? Свяжи мне что-нибудь. Я буду носить, честное слово.

— Будешь, — согласилась ийет и вздохнула. — Будешь морщиться, но не снимешь. Так что?

Йёвалли чувствовала ее напряжение, как свое собственное: вот она промахнулась мимо нитки, запуталась, вернулась, прикусила губу.

— Не буду морщиться. Пусть это будет что-то воздушное и нарядное, чтобы и потом можно было надеть. Я хочу где-нибудь на приеме пустить пыль в глаза, — попросила Ласайента и без перехода сказала. — Эле, помоги.

Крючок замер, вязание опустилось. Внимательные зеленые глаза. Вглядываются. Пытаются понять.

— Я не могу так, — демонесса покачала головой, тоскливо посмотрела в ее лицо. — Ты стала совсем чужой. Вычеркнула меня из жизни. Сторонишься. Что вы с Санти зациклились на смене ипостаси? Нельзя ни подойти, ни обнять, ни поцеловать. Я же люблю тебя. Не отталкивай меня. Я прошу тебя, — Ласайента почти шептала. — Я стал чужим для тебя.

— Нет, — Элерин провела по ее волосам рукой. — Нет. Никогда, — она бросила вязание и порывисто обняла йёвалли. — Никогда. Я скучаю по тебе. И все эти годы и сейчас.

— Тогда почему?

— Я стесняюсь.

— Что? — Ласайента удивленно подняла голову. — Что? Чего?

— Ну, — замялась Элерин, — ты, когда в женской ипостаси…. Да к черту! — оборвала она себя. — Ты и прав и права — я глупая курица, — и решительно поцеловала принцессу в лоб. — Подумаешь — грудь. Правда?

— Ты балда! — рассердилась йёвалли, отталкивая ее. — Попробуй только тискать мою грудь — руки оторву!

— Нужна мне твоя грудь! — ийет в ответ выпятила свою. — У меня не хуже!

— У тебя размер меньше, — обиделась демонесса, — и вообще она висит.

— Что?! — Элерин стряхнула ее руки и вскочила. — Где у меня что висит? — она повесила в воздухе зеркало и задрала перед ним кофточку. — Ничего у меня не висит! Сама смотри.

Ласайента ошеломленно хлопнула ресницами, не ожидав такой бурной реакции.

— Ты там накачиваешь ее, — продолжала возмущаться ийет, — а у меня чисто женская грудь, и, между прочим, она стоит! — девушка, не опуская кофточки, победно повернулась к демонессе. — Вот!

— Дашь потрогать? — коварно осведомилась Ласайента. — Вдруг синтетика.

— Ах ты… ты…. Ты специально меня заводишь. Да? — Элерин дернула кофточку вниз и грозно шагнула к улыбающейся принцессе. — Я тебя насквозь вижу.

— Ты изменилась, — демонесса окинула ее любящим взглядом, — и я начинаю тебя бояться.

— Заметно, — проворчала ийет и плюхнулась на диван, разом став несчастной. — И как мне быть? Целоваться с тобой? Заниматься этим… лесбийским сексом?

— С ума сошла? — шарахнулась от нее Ласайента. — Только попробуй!

— А что ты Санти мужской секс предлагаешь? — сердито спросила Элерин, как нож, вгоняя крючок в клубок.

— Нет, — медленно покачала головой демонесса. — Я даже не представляю, как это сейчас будет выглядеть. Но вы оба сторонитесь меня, когда я меняю ипостась, и это злит. Трудно обнять? — с неожиданной горечью воскликнула она. — Я понимаю, что все запуталось, но что мне теперь делать? Санти нравится, когда я девушка. Тебе — наоборот. Мне разорваться между вами? Я вас обоих люблю! — она вытерла навернувшиеся слезы.

— Не плачь, — Элерин опустилась рядом с ней на пол и обняла. — Мы оба отвыкли. Это для тебя прошло несколько дней. А для нас — несколько десятилетий. Сантилли на седьмом небе от счастья, что у вас будет дочь. Ты же знаешь, как он ее хотел. Он сильно переживал, когда ты отказался менять ипостась. Почему, Ае?

— Я боялся, боялась, — Ласайента вздохнула. — Это трудно объяснить. Я так люблю свою липовую свободу и независимость. Наверно, я не хочу взрослеть. Глупости говорю, да? И я до жути боюсь родов.

— А я вообще старалась о них не думать, — созналась Элерин. — А в итоге было еще хуже. Зачем Саха позвали? Я ему потом в глаза боялась смотреть. И Маярт. Я хотела, чтобы женщина роды принимала, — она виновато улыбнулась, — хотя потом мне уже было все равно. Что он там для себя нового увидел?

— А как они пинались? Больно было? — задала Ласайента уже неделю волнующий ее вопрос.

— Неудобно, — пожала плечиками Элерин, — и всегда не вовремя. Хулиганы, как и вы оба, — она провела ладонью по волосам демонессы. — Не бойся. Тиль не даст тебе почувствовать боль, только не бросай его снова. Он умирает без тебя.

Ласайента осторожно прикоснулась губами к ее щеке:

— Спасибо, котенок. Я люблю тебя, — и оживилась. — Знаешь, я хочу, чтобы это было похоже на жакет, но рукава должны быть широкие.

— Нарисуй, — потребовала Элерин.

— А если между слоями? — спросил Даэрри у брата и мягко опустил ручки «бабочки», стараясь, чтобы диски не лязгнули слишком громко.

— Девяносто восемь… Что?

— Ускориться проблемно, народ снесем, — пояснил свою мысль Эрри.

— Сто, — ашурт поставил штангу в держатели и сел. — Замаялся считать. В следующий раз добавлю еще два блина. Зачем ускорятся? Так пройдем. Я и футболку одевать не буду, — он поиграл мышцами. — Смотри, какая лапочка!

— Мне стыдно, — убито посетовал брат, — по сравнению с тобой я — хиленький лунатик, — он втянул живот, сдавленно договорив, — не котируюсь.

— Тогда иди один, — разрешил Тьенси.

— Один я боюсь, — Эрри, забыв про девушек, перешел на трагический шепот и сделал большие глаза, — вдруг как выскочит жуть из-под тренажера, и я описаюсь.

Тьенси расхохотался и упал на скамью, привлекая внимание, которого так настойчиво избегал йёвалли.

— Невероятно, — промурлыкала Ла-али. — У твоего прекрасное сложение. Ты посмотри только — само совершенство. А что это у него на животе? Какая прелесть!

— Замолчи, — у Амиры резко упало настроение, и она сползла с сидения, избегая смотреть в сторону юноши.

— Интересно, я как у него насчет практики по поцелуям? — коварно продолжила подруга. — Тьен….

— Хватит, — принцесса зло схватила куртку.

— Между прочим, редкое сочетание в мужчине, — Ла-али улыбнулась демону, — и нежен и страстен.