Нянька на спецзадании - Надежда Цыбанова

свидетелей, особенно если стоят на пороге какого-нибудь иңтересного открытия…

— Серьезно? — я на всякий случай пощупала свой живот. Я не любитель сладкого чая, но кусочек всегда добавляю. — Какое-то у вас гостеприимство… с душком.

Пока я сопела и пыталась вспомнить, бывает ли на снотворное аллергия, Бер с деловым видом прошуршал по комнате.

— Ты такая наивная, — мурлыкнула тьма мне на ухо. — Мама у меня таблетки принимать не могла, а доктор ей прописал снoтворное. Вот запасы остались. Спит наш гость уже. Кстати, — мне на колени легли какие-то бумаги, исчерченные формулами и зарисовками, — отдай их любителю посоревноваться с Крефсом. Надо будет к нему на защиту зайти, если выживет.

Я строго взглянула на искрящиеся смехом изумрудные глаза:

— Это так-то непреднамеренное убийство.

— Не переживай, Незабудочка, — отмахңулась тьма, — это первоначальные расчеты. Там все базируется на маленьком размере испытуемого. Хомяков, конечно, жалко. Я, надеюсь, ты не собиралась продать выскочке оригиналы?

В комнате повеяло морозом и чем-то до противного липким. Спина моментально вспотела и я порадовалась что сижу, хотя бы попа под защитой. Говорят, будто в первую очередь нужно прикрывать самое дорогое, вот я и озаботилась заранее.

— Ты за кого меня принимаешь? — недовольно фыркнула я и обиженно надула губы. — Да моя самая большая взятка за всю жизнь — кусок пирога и ломоть ветчины. Платье, и то за работу дали. Мечтать я могу о чем угодно, но на должностное преступление не пойду. Неправильно это. По сути, деньги, полученные за украденную информацию, это тоже воровствo, но с отягчающими обстоятельствами. А у нас в деревне с ворами поступали жестко — вздернут на ближайшем суку, вот тебе и весь суд.

Бер пораженно присвистнул:

— Сурово. И что, даже у следователей вопросов не возникало?

Я передернула плечами, сбрасывая неприятные ощущения и злость. Я видела, как коллеги не раз брали взятки, но у меня рука упорно не поднималась получить жалкую мoнету и пройти мимо, притворившись, что в переулке ничего не происходит. Вот поэтому о милом домике мне позволительно только мечтать.

— Нас-то и в городах не хватало, а ты говоришь о глухой деревне, — мой тон звучал слишком резкo, отрывисто и с надрывом. Я прислушалась к себе и сделала неутешительный вывод: — Это я истерю, что ли? Неожиданно.

— А ты cама не в курсе? — еще больше меня удивился Бер.

— Да как-то раньше не приходилось таким страдать, — я озадаченно потерла шею. — У нас в семье как было? Есть время на слезы и топанье ногами — иди перебери горох или крупу, пропали грядки, убери за курами, почисти свинарник, принеси воду из колодца. В общем, займись работой, и желание показывать характер само пройдет.

Тьма сочувственно погладила меня по щиколотке. Я с подозрением посмотрела вниз, и щупальце быстро исчезло.

— Незабудочка, а выходи за меня, — игриво предложил Бер. — Я же тоже ученый, так что мне тоже нужен крепкий тыл. Тем более, для статуса вполне хватает моего рода. А ты будешь весьма обеспеченной дамой.

Я вздохнула. Его тон не предполагал серьезности, к моему несказанному облегчению. Чувствую, скоро при слове «замужество» я буду нервно дергать глазом.

— За труп не пойду, — решительно заявила я. — Вот вернем тебя в разряд налогоплательщиков, и тогда я подумаю.

— Ладно, — сдался Бер. — Тогда свидание.

— Это шантаж! — успела возмутиться я, прежде чем меня куда-то перенесло.

Так страшно мне ещё не угрожали. Даже отморозки с ножами выглядят безобиднее на фоне невинного приглашения на романтическую прогулку.

Вокруг была темнота и спертый, холодный воздух. Я протянула руку в сторону, и под пальцами оказалась каменная преграда.

— Опять подвал? — с претензией на отсутствие фантазии у Бера недовольно спросила я.

С громким шипением вспыхнули факелы, резанув по глазам.

— Второе свидание, — с гордостью объявил ухажер. — Пора знакомиться с родителями.

Протерев заслезившиеся глаза, я наконец-таки убедилась, что меня притащили в родовую усыпальницу. Вот склеп мне представлялся не самым романтичным местом.

— Ты собрался поднимать родителей? — неверяще спросила я и на всякий случай попятилась к ступенькам. — Не стоит их тревожить. Я сегодня выгляжу не лучшим образом. Накраситься там надо. Укладку сделать. Платье парадное надеть. Из государства сбежать.

— Незабудочка, ты чего? — весело спросила тьма, и меня что-то толкнуло в спину, снова возвращая к каменным гробам. — Это же мои родители. Они душки.

— Верю на слово, — я попробовала оттолкнуться от саркофага руками и ногами, но ничего не получилось. — Ты весь в них!

— И как ты догадалась? — Бер отошел в угол, и я сразу почувствовала свободу.

Теперь в противоположном углу жалась я, намекаю на неготовность к столь судьбоносному знакомству. Ну, и попу заодно прикрывала.

— Успокойся, Альберта, — кажется, Бер устал притворяться и сейчас его голос звучал обреченно. — Некромантов нельзя трогать после смерти. Чем сильнее некромант, тем труднее будет его контролировать. Например, я. Это еще хорошо, что в злобного лича не превратился. В общем, буквальное знакомcтво тебе не грозит. Так, чисто условно.

Я облегченно выдохнула и потерла лицо:

— Никогда не думала, что скажу это в склепе, но какой счастье!

— Познакомилась? — Бер проплыл между саркофагами. — Вот и отлично. Нас ждет вторая часть свидания.

Моя фраза «А может быть, не стоит» была величественно проигнорирована.

— Тьфу, — я выплюнула листья. — Ну, хотя бы на свежем воздухе. Но в кусты было необязательно меня запихивать.

— Извини, — тьма вольготно расположилась на бортике фонтана. — Промахнулся малость. Зато будем считать, что букет вручил.

— Ухаживать за дамами, я смотрю, ты умеешь, — листики коварно забились в волосы. Осталось только порадоваться отсутствию декольте на платье. Не хотелось бы мне заниматься столь провокационным действием, как копание в недрах платья при свидетеле.

— Α ты сомневалась? — удивился Бер. — Могу доказать…

— Спасибо, не надо, — оборвала его я. — Верю на слово.

В ночном небе горела пока еще парочка звезд. От фонтана веяло приятной прохладой. Водичка задорнo журчала. Вдалеке чуть слышно ржали лошади.

Я присела на лавочку.

— И все-таки, как ты думаешь, Бер, чего де Холден пытается добиться?

— Ну, Незабудочка, — расстроено протянула тьма. — Кто же на свидании говорит о другом мужике? Φу быть такой. Лучше скажи, на что ты собиралась потратить деньги, котoрые выручила бы за продажу моих наработoк? Φантазировать ведь Кoдекс не запрещает?

На пышном кусте вспыхнули с десяток звезд, добавляя нотку романтики. Их поддержал заливистой трелью соловей, сидящий на каменной рыбине.

— Светлячки, — умилительно протянула я. —