Сестрица невесты принца (СИ) - Воск Степанида

— Мы же все с вами решили уже давно, — постаралась зайти с другой стороны.

— Женщины очень часто меняют свое мнение, — безжизненным голосом произнес мой незваный гость.

Возможно, так и есть, но только не в моем случае. Чего бы Платон не делал, но сердцу не прикажешь. И мое бьется чаще в присутствии совершенно другого мужчины, которого я хотела бы видеть на месте господина Посла. И тем сильнее разочарование, стоило увидеть дядю Вайолета на пороге домика.

— Только не я, — не стоит давать излишнюю надежду. Я и раньше не давала. Только кое-кто совершенно не понимает отказов. Мужчина, привыкший покорять, не в состоянии признать очевидное.

Смотря в глаза Платона я не знала о чем он думает. Все же работа накладывает свой отпечаток на жизнь любого из живущих на земле. Способность скрывать свои мысли намертво въелась в сущность посла.

Меня тяготило чужое присутствие, но как намекнуть Платону о целесообразности ухода, я не представляла. Не выгонять же его в самом деле?

Дилемму разрешил сам мужчина.

— В любом случае, это всего лишь съемки, — дернул плечом Платон. — Постановочное действие. Иллюзия реальности. Вам ничего не будет стоить несколько часов поизображать мою невесту, — глаза мужчины чуть сузились, как будто он пришел к внутреннему согласию в сложном вопросе.

Я так не думала. Лицедейка из меня неважная. Что на уме, то и на лице. Даже понарошку изображать невесту Платона тяжкий труд.

Вот если бы на его месте был Вайолет… в этом случае даже изображать никого не пришлось. Я бы вприпрыжку бежала под венец.

Внутренне замерла, чувствуя как заколотилось сердце.

Неужели это правда?

Стоило представить в роли жениха Вайолета, как кровь прилила к щекам, а животе запорхали бабочки.

Платон же совершенно иначе воспринял мое волнение.

— Жизнь не всегда преподносит на блюдечке с голубой каемочкой приятные моменты, иногда стоит и перетерпеть, — резко заявил мужчина, на лице которого заиграли желваки. — Хочешь ты или не хочешь, но тебе придется стать моей невестой, — в глазах Платона заплясали красные языки пламени.

Его резкий тон, внезапное «тыканье» после уважительного обращения, должны были насторожить, но я все списала на излишнюю эмоциональность мужчины, связанную с отказом.

— Только на время конкурса, — выпалила, желая, чтобы Платон окончательно избавился от каких бы то ни было иллюзий в отношении меня.

— Я рад, что ты это понимаешь. До завтра… невеста, — и что-то зловещее послышалось в его словах.

Глава 73

Стать невестой и не быть ею по-настоящему. Возможно ли такое?

Я смотрела на себя в зеркало и чувствовала какое-то несоответствие. Чудесное платье, воздушной пеной лежащее у моих ног, легкий макияж, освежающий лицо, прическа, довершающая образ принцессы, все казалось неправильным.

Так не бывает, кричало мое сердце. Замуж выходят по любви, а не бравируют этим, снимаясь на камеру, желая кого-то удивить.

Я должна это все прекратить. Беспокойство нарастало со страшной силой. Мне требовалось с кем-нибудь поговорить, посоветоваться. Но с кем?

Вайолет сказал, что тоже будет участвовать в этом фарсе.

Может быть он подскажет?

— Вы чем-то недовольны? — вокруг меня крутилось несколько человек. Визажист, стилист и еще кто-то с окончанием «ист» — люди чьих имен я не знала.

— Я не…

— Выпейте, станет легче, — мне в руки сунули стакан с водой. Я не задумываясь его взяла и сделала несколько глотков. И действительно, буквально сразу стало на порядок легче.

— Дайте телефон… пожалуйста, — добавила.

Я должна ему позвонить. Должна спросить. Что именно и сама не знала. Но сильная потребность увидеть затмила все остальные. Смущение. Страх. Неловкость. Все то, что обычно сопровождалось при обращении к мужчине.

— А смысл? — ответили мне. — Все равно нет связи.

— Как нет? — удивилась.

Мы же хоть и на острове, но на вполне обитаемом, а не где-то в джунглях. Сюда даже самолеты летают.

— Магический шторм приближается.

— Что вы сказали? Магический? — ухватилась за слово, невозможное в обычной жизни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вам послышалось. Здесь перебои со связью. Спутник не всегда в зоне досягаемости, — ответили мне. И тут же добавили. — Вас уже ждут на съемочной площадке. Позвольте вас проводить.

Готовились и переодевались мы в огромных палатках, установленных недалеко от съемочной площадки. Скорость и быстрота приготовлений к мероприятию поражала. Устроители конкурса постарались на славу.

— Девочки, девочки, внимание! — в палатку впорхнула ассистент режиссера. — Слушайте все меня, — она как обычно замахала руками. — Ничему не удивляйтесь. Все что произойдет на съемочной площадке прописано в сценарии. От вас требуется лишь быть милыми невестами и в нужном месте сказать «да». Все поняли? Только «да» на все вопросы. Вам понятно?

В ответ послышалось стройное «да».

Я как и все произнесла «да», хотя внутри все кричало «нет». Внутренний голос потонул в вязком киселе легкой апатии внезапно навалившейся на меня из ниоткуда.

— А теперь, девочки, я хочу услышать, что вы готовы выйти замуж. Да? — радостно прокричала женщина, требуя ответа.

— Да! Да! Да! — стройным хором прокричали ей конкурсантки. По рядам прокатился смех.

Пожалуй, в другой ситуации я бы посчитала его истерическим. Но в этот раз я, на удивление, была спокойна.

— Девочки, выходим из палатки, не толпимся, к каждой подойдет жених, не волнуйтесь. Не забывайте номерки, чтобы женихи вас не перепутали, — предупредила женщина.

Я посмотрела на свой. На месте. Впрочем, мой «жених» и так знал к кому подходить. А остальные? Неужели не знают?

Додумать не успела. Началось броуновское движение. Все заспешили к выходу. Который оказался узким бутылочным горлышком, сдерживающим людской поток. Миновав который мы оказались на воздухе.

Первое что бросилось в глаза так это яркость одежд женихов. Какие же они… необычные, как стая больших попугаев. Если девушки, как и полагается всем невестам, были одеты в белые платья или платья нежных оттенков, например, как я, нежно-розовое, то «женихи», в отличие от нас не соблюли дресс-код. Ни одного жениха в черном. Все кто на что горазд. В красном, в синем, в зеленом, в серебристом. При этом все как на подбор. Высокие, стройные, красивые. Волевые лица, гордая осанка, уверенность в глазах.

— Радужные женихи, — кто-то из девушек озвучил мои мысли, заменив слово «попугайчики» на «женихи».

— Зато не потеряются в толпе, — с чувством юмора у «невест» все оказалось в порядке.

— Мне зелененького, — хихикнула третья.

— А мне синенького.

— Ты баклажаны, что ли любишь? — парировали в ответ.

По рядам прокатился смех. Многие знали, что в простонародье баклажаны называют синенькими.

Девушки наперечет начали выбирать женихов по цвету костюмов.

Знали бы они, что от их выбора уже ничего не зависело. Это разноцветные «женихи» разобрали себе невест.

Я же выискивала глазами одного конкретного мужчину. А наткнулась глазами на другого. Платон сверлил меня взглядом, словно рентгеном сканировал. В животе стало неприятно холодно.

Вот же засада. Когда же закончится этот фарс со съемками? Они еще не начались, а мне уже встали поперек горла.

Улететь бы отсюда. Да просто так не получится.

Вот были бы у меня крылья. На миг представила как расправляю их. Большие. Кожистые. Сильные. Взмахиваю. Один раз. Второй. Третий. И отрываюсь от земли, с каждым мигом поднимаясь все выше и выше.

По спине вдоль хребта пробежала дрожь. Что за глупые мысли лезут в голову? Это ж как я не желаю становиться невестой Платона, что выдумываю всякую чушь. От которой даже спина чешется в районе лопаток.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я тряхнула головой отгоняя мысли.

— Девушки, рассредоточитесь, не толпитесь. Дайте женихам увидеть ваши номерки, — ассистент режиссера никак не успокаивалась, продолжая то и дело наводить порядок в рядах конкурсанток.