Лиза Смит - Тьма наступает

— Дай бог, чтобы они оказались целы. Ее родные, — мрачно сказал Мэтт, когда они вышли из дверей, а Тами как ни в чем не бывало следовала за ними к машине, громко выкрикивая сочные подробности о том, как они «весело провели время». Ну, «втроем».

Елена бросила тревожный взгляд на Мэтта, сидящего на месте водителя. Естественно, без документов и водительской лицензии она не могла сесть за руль.

— Может, лучше сначала заехать в полицию? Господи, бедная семья.

Мэтт долго не отвечал. Его подбородок был выпячен, губы крепко сжаты.

— Тут моя вина, — сказал он наконец. — Я знал, что с ней происходит что-то не то. Я должен был предупредить ее родителей.

— Теперь ты говоришь как Стефан. Нельзя считать себя виноватым во всем, что происходит вокруг тебя.

Мэтт бросил на нее благодарный взгляд, и Елена продолжала:

— Попрошу-ка я Бонни и Мередит сделать кое-что, чтобы доказать тебе, что ты тут ни при чем. Пусть зайдут к Изабель Сайту, девушке Джима. Ты с ней никак не общался, а вот Тами — могла.

— Ты думаешь, она тоже это подцепила?

— Именно это я и хочу узнать. Пусть Бонни и Мередит все выяснят.

Бонни остановилась как вкопанная, едва не выронив ноги миссис Форбс.

— В спальню я не пойду.

— Надо. Одна я ее не донесу, — сказала Мередит, после чего вкрадчиво добавила: — Давай так, Бонни. Если ты пойдешь туда со мной, я открою тебе одну тайну.

Бонни прикусила губу. Потом зажмурилась и медленно зашагала вслед за Мередит в этот жуткий дом. Она знала, где находится большая спальня, — в конце концов, они играли в этом доме все свое детство. По коридору до конца, потом налево.

К ее удивлению, Мередит неожиданно остановилась, сделав всего несколько шагов.

— Бонни.

— Да. Что?

— Не хочу тебя пугать, но...

Разумеется, Бонни напугалась еще больше. Она распахнула глаза:

— Что? Что?

Но не успела Мередит ответить, как Бонни, боязливо оглянувшись через плечо, увидела, что.

Кэролайн была у нее за спиной. Но она не стояла. Она ползла — ползла, как ползают ящерицы, как тогда, в комнате Стефана. Как ящерица. Ее бронзовые волосы в беспорядке свисали на лицо. Локти и колени были выгнуты под невообразимым углом.

Бонни закричала, но давление дома, казалось, подавило крик прямо в ее глотке. Единственной реакцией на крик стало то, что Кэролайн посмотрела на нее, стремительно, как рептилия, вскинув голову.

— Господи! Кэролайн, что у тебя с лицом?

Под глазом у Кэролайн был синяк. Точнее, не синяк', а что-то темно-красное и такое распухшее, что Бонни поняла, что со временем оно посинеет. Подбородок тоже был темно-красным и распухшим.

Кэролайн ничего не ответила, если не считать шипящего свиста, который она издала, продолжая ползти вперед.

— Мередит, бежим! Она нас сейчас догонит!

Мередит ускорила шаг. Она явно была испугана, и это еще больше встревожило Бонни: она знала, что почти ничто не могло вывести ее подругу из душевного равновесия. Но в тот момент, когда они устремились вперед, а тело миссис Форбс болталось между ними, Кэролайн прошмыгнула у них под ногами и юркнула вродительскую спальню.

— Мередит. Я не хочу заходить в... — Но они уже вбежали в дверь. Бонни быстро осмотрела углы. Кэролайн нигде не было.

— Может, она в шкафу, — предположила Мередит. — Так. Я пойду вперед и положу голову на дальний край кровати. Уложим ее как следует потом.

Она обогнула кровать, едва не потащив Бонни за собой, и опустила плечи и голову миссис Форбс на постель, так что ее голова оказалась на подушках. — Теперь положи ноги с другой стороны.

— Не могу. Не буду. Пойми, Кэролайн залезла под кровать.

— Ее там нет. Расстояние от кровати до пола сантиметров десять, — твердо сказала Мередит.

— Она там. Я это знаю. И еще, — сказала Бонни яростно, — ты обещала рассказать мне секрет.

— Хорошо! — Мередит бросила на нее заговорщический взгляд сквозь растрепанные темные волосы. — Вчера я отправила телеграмму Алариху. Он забрался в такую глухомань, что связаться с ним можно только по телеграфу, да и то телеграмма может идти несколько дней. Мне показалось, что нам может понадобиться его совет. Мне немного неловко, что я прошу его заниматься проектами, не связанными с его диссертацией, но...

— Какая к черту диссертация? Умница! — с восторгом крикнула Бонни, — Ты все сделала как надо!

— Тогда обойди кровать и положи ноги миссис Форбс. Если наклонишься, все получится.

Это была кровать размера «калифорнийский Кингсайз». Миссис Форбс лежала на ней по диагонали, как кукла, которую бросили на пол. Однако у изножья кровати Бонни остановилась.

— Сейчас Кэролайн меня схватит.

— Не схватит. Ну давай, Бонни. Просто возьми миссис Форбс за ноги и приподни...

— Если я подойду близко к кровати, Кэролайн меня схватит.

— Ну зачем ей тебя хватать?

— Потому что она знает, чего я боюсь! А теперь, когда я сказала об этом вслух, она схватит меня обязательно.

— Если она тебя схватит, я подойду и стукну ее ногой по лицу.

— У тебя ноги не такие длинные. Ты ударишься об эту железяку...

— О господи, Бонни! Ну помоги же мне наконеееее... — Последнее слово превратилось в громкий крик.

— Мередит...: — начала Бонни, но тут же завопила сама: — Что там такое?

— Она меня схватила!

— Этого не может быть! Она схватила меня! Таких длинных рук не бывает!

— И так сильно! Бонни! Я не могу вырваться!

— Я тоже!

Все дальнейшие слова потонули в крике.

После того как они отвезли Тами в полицейский участок, прогулка с Еленой по лесу, известному как Государственный парк Феллс-Черч, показалась... прогулкой по парку. То и дело они останавливались. Елена делала несколько шагов между деревьями, останавливалась и начинала Взывать. Потом возвращалась к «ягуару» с разочарованным видом.

— Сомневаюсь, что у Бонни получилось бы лучше, — сказала она Метту.— Вот если бы мы взяли себя в руки и попробовали ночью...

Мэтт невольно содрогнулся.

— Неужели двух ночей недостаточно?

— Кстати, ты ничего не рассказывал мне про ту первую ночь. Вернее, рассказывал, но тогда я еще не умела понимать слова. Звучащие слова.

— Я сидел за рулем, совсем как сейчас, только почти на другой стороне Старого леса — рядом с дубом, в который попала молния...