Об огне и заблуждениях - Кортни Уимс
Боги, я люблю его.
Глава 25. РАНЕНЫЕ КУСАЮТСЯ
Дэйша крадется ко мне, тени клубятся вокруг неё. В тусклом свете звезд это зрелище внушает трепет. Любой другой на моем месте уже пустился бы наутек. Она останавливается в нескольких футах, склоняет голову набок и принюхивается. — Ты… пахнешь…
Я фыркаю. — Ну, если это не самое приятное приветствие из всех, что я слышала…
— Иначе, — заканчивает она.
Возможно, потому что… я краснею, думая, как ей это объяснить. Весь сегодняшний день мы с Коулом обменивались случайными взглядами через разделяющее нас расстояние. Игривая улыбка там. Долгий взгляд здесь. Случайное касание плечом и мимолетное движение пальцев по моей пояснице, когда он проходил мимо. Это было томительно. И невыносимо.
Если раньше мне с трудом удавалось притворяться его сестрой… боги, как же трудно мне сейчас. Каждая попытка не смотреть на него и не вспоминать прошлую ночь давалась с боем.
Глаза Дэйши понимающе сужаются. — Рыжий.
Она сокращает расстояние, между нами, и я притягиваю её голову к себе, прислоняясь лбом к её лбу. Глаза закрываются, дыхание становится глубже. Я почесываю её любимое место под подбородком, и в её горле рождается громовое урчание. Оно стало намного глубже и грубее… кожа содрогается от этой вибрации. Я отстраняюсь, и её белые остекленевшие глаза встречаются с моими. Шумный выдох обдает моё лицо, откидывая волосы назад.
— Рыжий пойдет с нами в Земли драконов?
— Да, он пойдет. Коул думает, что отсюда до границы пути примерно три-четыре дня. Как только получим карту, будем лучше представлять наш маршрут.
Она отшатывается, медленно моргая, и чихает. Драконья слизь летит мне в лицо, и я вытираю её рукой. Она пригибает голову. — Прости.
Я стряхиваю гадость на землю. Если я свалюсь в озеро сегодня ночью, это избавит меня от необходимости мыться. Впрочем, во время наших последних «летных упражнений» я в воду больше не падала. Пока что.
***
Мои дни в основном состоят из тренировок. Ну, точнее — из уборки и побегушек для Мардж. А по вечерам — практики на ринге. Несколько дней назад мы отрабатывали работу со щитом. Неудивительно, что мне было трудно удерживать щит одной рукой и махать мечом другой.
В другой день мы занимались стрельбой из лука. Стоило мне натянуть тетиву, как в руке, сжимающей лук, появилась знакомая дрожь. Я тут же вспомнила, когда пробовала это в прошлый раз: Коул обнимал меня сзади, его дыхание касалось моей шеи — тогда он починил и вернул мне лук матери. Выпустив стрелу, я не удержалась и оглянулась на него. Он уже смотрел на меня с улыбкой, будто вспоминал то же самое. И, как и во все предыдущие разы, я с позором промазала. Каждый. Проклятый. Раз.
С тех пор как Дэриан повредил ногу Нолану, он вел себя относительно смирно. Власть, которую Мардж имела над ним, явно была убедительной. С другой стороны, если бы Мардж пригрозила мне, я бы голышом колесом по центру лагеря прошла, потребуй она этого.
Сегодня мы впервые спаррингуем только на кулаках. Мне всё еще трудно убедить Арчи применять против меня больше силы. Я раз за разом напоминаю ему, что его поблажки не идут мне на пользу — я должна как-то учиться. И хотя с каждым днем получается чуть лучше, он всё равно меня жалеет.
— Я вызываю. — Голос Дэриана разносится над поляной, когда он приближается к центру, где мы с Арчи только что закончили. Дэриан просто обожает устраивать сцены и делать всё, чтобы взбесить Коула.
Коул сверлит его взглядом. — Нет.
Дэриан смеется. — Прямо-таки заботливый старший братец, а, Рыжий?
— Я серьезно, — рычит Коул. Желвак гуляет на его челюсти, и толпа затихает, почуяв несвойственную Коулу угрозу в голосе.
— Всё нормально, Коул. Я сама справлюсь, — пытаюсь я разрядить обстановку. — К тому же в прошлый раз на этом ринге победа осталась за мной, помнишь?
Изображая уверенность, я смотрю Дэриану прямо в глаза, сжав кулаки, и надеюсь, что этого достаточно, чтобы убедить окружающих в моем бесстрашии. А может, и саму себя.
— Обожаю самоуверенность этой девчонки, — подначивает Дэриан.
Я вскидываю подбородок, глядя на Коула, раздраженная тем, что он до сих пор не сдвинулся с места. Неохотно он отступает к краю зрителей. Вместо того чтобы сесть, как многие другие, он встает рядом с Арчи — оба начеку. Будто готовы в любой миг броситься мне на помощь.
Я выравниваю дыхание и закрепляю стойку, сжимая кулаки. Дэриан лениво обходит меня кругом, его ладони раскрыты и расслаблены. Но то, как он кружит вокруг — расчетливая походка хищника — заставляет меня чувствовать себя добычей. В его глазах горит затаенный голод, будто он не ел несколько недель, а я — легкий перекус.
Я лихорадочно соображаю, как выйти из этой ситуации. С волками нужно поднимать руки над головой, чтобы казаться больше и внушительнее. С медведями — сохранять спокойствие и медленно отступать, потому что бег пробудит в них инстинкт преследования. Я выбираю второй подход и смотрю на него в упор, прирастая ногами к земле, хотя каждый нерв вопит: «Беги!». Кожа покрывается мурашками каждый раз, когда он исчезает из поля моего зрения, заходя за спину, но я отказываюсь играть в его игру и не верчусь вслед за ним.
Он хочет, чтобы я испугалась. Хочет вывести меня из себя.
Стоит мне поддаться его давлению, и он нанесет удар. Я просто знаю это.
В толпе слышится шепот, солдаты обмениваются озадаченными взглядами, пока Дэриан раз за разом описывает вокруг меня круги. Он останавливается у меня за спиной, вне поля зрения. Задумчиво хмыкает.
Я не выдерживаю и гневно смотрю на него через плечо. — Избавь меня от театральщины и переходи к делу.
— У тебя прелестные ножки… — шепчет он едва слышно. — Но я могу придумать места и получше, где они могли бы оказаться.
Я закатываю глаза. — Давала ли я тебе хоть какой-то повод думать, что ты можешь позволять себе подобные намеки? Уверяю тебя, мне это не интересно.
Он посмеивается, подбираясь опасно близко. Я отворачиваюсь от него, ловя на себе нервные взгляды бойцов отряда. Часть меня рада, что я не вижу сейчас Коула — он бы точно вбил Дэриана в землю, поймай он хоть один мой испуганный взгляд.
Шепот Дэриана касается волос на моем затылке: — Я просто пытаюсь помочь.
