Невеста Мороза - Айлин Лин

ты помог Руену? – Спросила я Люта на обратном пути, – тебе ведь хочется избавиться от проклятья?

– Ты сама бы воспользовалась случившимся? – Нахмурил брови колдун.

– Н-нет. Не смогла.

– То-то и оно, – вздохнул Мороз.

– Знаешь, я ведь даже не вижу тебя больше стариком. Ну, как раньше…

Лют грустно улыбнулся:

– Боюсь, и настоящим мужчиной ты меня тоже не видишь. Не надо об этом, Тайя.

– У нас есть закаты…

– Этого слишком мало…

Не прощаясь, Лют ушёл в терем.

Глава 33

Тайя

Я стояла и смотрела в спину удаляющегося колдуна. Было до боли обидно. И горько за наши несостоявшиеся свидания, а может быть, и что-то большее. Я понимала, что отношения между нами невозможны. Когда-то кончаются все сказки. Только сердцу это не объяснишь…

Вытерев непрошеные слёзы, пошла в свою избушку. На пороге меня поджидал Серый.

– Что ты здесь делаешь? – Удивилась я, когда зверь поднялся со ступенек.

– Руен хочет поговорить. Пойдёшь?

– Куда?

– Тут недалеко, – мотнул он мордой в сторону.

– Хорошо, – согласилась, а сама гадала, что понадобилось от меня осеннему колдуну. А ещё, если честно, хотелось многое ему высказать. За месть, которая уже не просто остыла, а давно протухла и теперь смердела, отравляя жизнь всем вокруг.

Волк свернул на едва заметную тропку и тихо заскулил. Из теней полночи выступила чёрная фигура, направившись к нам.

– Ты хотел меня видеть, колдун?

Услышав мой тон, Руен резко остановился:

– Я думал, мы расстались друзьями.

– С чего бы? Как сказала днём: мы заодно и действуем сообща, про дружбу слова не было. Ты меня обманул. А дружба подразумевает доверие. Я, как и прежде, помогу всем. Кому и чем смогу. Дальше наши тропки разойдутся.

Руен подошёл почти вплотную:

– Ты его любишь, Тайя.

То был не вопрос, утверждение.

– Тебя это не касается. Говори, зачем пришёл.

– Я видел медальон. Не понимаю, как он попал к тебе. Если только… – Брови Руена поползли вверх, – ты нашла его спустя сотни лет. Тайя, откуда ты знаешь так много о чужаках?

Отпираться было бессмысленно:

– Ты всё понял. Большего не скажу. Яга и правда мне это запретила.

– Выходит… Лют не знает, кто ты на самом деле? Со злости я вкачал в снежинку, что блестит теперь на твоей груди, слишком много чар. Медальон мог перенести тебя сюда. Но для этого должно было совпасть целая череда условий. Невероятно.

– Руен, это не мой секрет и не твой. Догадался, так молчи.

– Если уж сама Яга помогает тебе, то я поперёк Хранительницы не полезу. Не дурак, – усмехнулся он.

– Колдун. Ты пришёл не за этим. Говори. Я устала и вообще шла спать.

– Хорошо. Хочу вернуть свой долг. Главное условие проклятия: юность должна полюбить старость, а лютая зима сладить с нежной весной. Я считал, что предусмотрел всё, чтобы никто и никогда не смог снять проклятья с Люта, – он тихонько рассмеялся, – и тут появляешься ты. Зима с чарами весны. Поначалу хотелось верить, что это просто совпадение. Теперь же вижу, что нет. Не зря я следил за тобой, волшебница. Ты мне всегда казалась… Слишком необычной.

– Это всё? Тогда почему Лют до сих пор заколдован?

– И главное…, – Руен опустил голову, – на пороге жизни и смерти…

– Опять врёшь? Я на этом пороге твоём дважды была.

– Речь не о тебе…

– То есть чтобы снять проклятие с Люта, он должен оказаться на грани смерти? А если ему никто не сможет помочь? Если сил не хватит, чтобы вылечить его? Твоя месть, точно тот самый мор: отравил жизнь нескольким людям и превратил сердце в кусок холодного угля, что чернее ночи.

– Ты изменила мою душу, Тайя…

Не говоря более ни слова, Руен исчез, волк вместе с ним. Я, наконец, добралась до своей избушки. Стащила одежду и зарылась в тёплую шкуру, дав волю слезам. Как бы хотелось, уходя, снять с Люта проклятье. Только как?! На пороге жизни и смерти. Напридумывал, колдун слякотный. Что за условия такие. Должны же быть ограничения и у волшебников. Не то ещё какой-нибудь сильно обиженный их пятьдесят штук насочиняет. А поднатужится и в стихах изобразит, ходи, угадывай потом, что он имел в виду. Как у них тут всё сложно.

Сама не заметила, как забылась тревожным, тягостным сном. Утро ещё не успело прогнать ночь с небосвода, а я уже была на ногах. Если наш план пройдёт, как задумано, то сегодня окажусь в своём мире. И назад уже не вернусь. Только тогда закроется тот треклятый портал. Как же так получилось с Лютом. Всё неправильно. Всё слишком поздно и напрасно. А он мог бы ещё стать счастливым, встретить свою судьбу. Лют будет хорошим мужем и отцом. Так, о чём это я? Выкидываем всё из головы и идём изгонять чужаков. Придётся любимому (что уж скрывать от себя самой) коротать век стариком. Рисковать его жизнью намерено, я не отважусь.

Порывшись в вещах, достала длинную шерстяную юбку, рубаху, короткий тулуп и сапоги. Попаду в своё время, засмеют. Однако не в сарафане же по родному городу щеголять или штанах, что верёвкой подвязаны. Заплела волосы в косу.

Раздался тихий стук. Кто это? Ратко просто появляется в комнате, ему закрытая дверь не преграда. Открыла. На пороге стояла Яга.

– Здравствуй, Тайя.

Завела Хранительницу в избу, Ратко было сунувшийся ко мне, тихо смылся, завидев гостью.

– Сегодня ты должна попасть в свой мир. Знаю, у вас всё готово. Помнишь? Назад  не вернёшься.

– Я всё помню, – кивнула в ответ, присев рядышком с Хранительницей.

Она, протянув руку, приподняла моё лицо за подбородок:

– Иногда даже совершенно невозможное сбывается. Помни об этом всегда. -Слёзы снова навернулись мне на глаза, Яга утёрла их, ласково улыбнувшись, – девочка, жизненный путь не прямая нить, иногда надо навязать сотню узлов, чтобы сложилось как должно. Прощай, Тайя – Таисия.

Яга ушла, ещё больше загнав меня в уныние. Опять сплошные загадки. На скамье объявился Ратко:

– Все тебя ждут, Тайюшка.

– Ты всё слышал?

– Чур меня, – отмахнулся домовой, – чтобы за самой Хранительницей подслушивать.

– Ладно. Пошли, что ли. Дела не ждут.

Завтрак прошёл в молчании. Все гадали, как пройдёт сегодняшний день, а я старалась запомнить каждую мелочь. Как Ратко хлопочет возле печи, или пьёт молоко, смешно болтая ногами, обутыми в лапоточки. Как Мстивой уплетает кашу. Румяные щёки движутся в такт, точно у хомяка. Парень улыбается своим мыслям. Как меняется лицо Люта, то