Всё перемелется в прах - Ирина Игоревна Голунцова

«братву на бабу не меняют» что ли? Опять они за это дерьмо?!

Закатив глаза и покачав головой, я просто вернула вакидзаси в ножны и отправилась в путь. Честно говоря, от подобного поведения даже злость к горлу подкатывала. За прошедшие восемь лет мне удалось добиться должного отношения от членов одиннадцатого отряда, то есть часть из них особо не обращала на меня внимания, а другая даже иногда здоровалась. Частым гостем на их территории я стала по инициативе лейтенанта Ячиру, которая почему-то окрестила нас подругами после первых совместных миссий. С девочкой особо никто спорить не рисковал, она ходила в любимицах у капитана.

На удивление, общение с Ячиру доставляло мне радость. Мне не особо импонировали дети, особенно плачущие такие, жалующиеся, рушащие твои вещи, но девочка излучала какое-то очарование. С ней я тоже могла включить внутреннего ребенка. Бывало, конечно, заигрывалась и чуть не получала чабаля со скоростью света, все же лейтенант не приветствовала, когда к ней относились, как к дитя малому.

Так уже на протяжении пяти лет Ячиру тянет меня то на совместные миссии, то просто просит зайти в гости или погулять с ней. Не мудрено, что следом на контакт прилюдно ко мне пошел Юмичика. Мы с ним и так хорошо общались после трех лет совместных тренировок. Хоть мы и не орали на каждом шагу о «взаимовыгодном» сотрудничестве, об этом все равно узнали. Думала, в этом не будет проблем. Ну, помогал и помогал с тренировками, что такого?

Видимо, что-то все же было.

— Обиделась?

— Устала уже обижаться, — честно призналась я, после чего обернулась и убедилась, что Иккаку с Ячиру ушли в противоположном направлении. Вздохнула. — Вроде уже пять лет в открытую общаемся, а он словно не привык к моему присутствию.

— Ну, его можно понять. В одиннадцатом отряде не принято как-то помогать другим шинигами, тем более втихую.

— Ну, выбора-то у тебя особо не было, — ухмыльнулась я.

— Да, спасибо, что напомнила, — не менее язвительно отозвался парень. — Но… тебя ведь принимают в отряде, как почетного гостя считай, хоть вспомни, как тебя встретили впервые.

— Мда, такое забудешь.

— К тому же можно считать, что ты прошла боевое крещение и полное принятие, когда лейтенант позвала тебя на совместную тренировку, — аж просияв, вспомнил Юмичика, на что у меня возникла противоположная реакция.

— А вот это лучше вообще не вспоминать, — помрачнев, я почувствовала, как меня аж в пот бросило. — Я думала, она имела в виду только себя, а не то, что там будет капитан Зараки.

— Пха-ха, да-да, помню это, — даже не пытаясь притвориться огорченным, засмеялся парень, — это выглядело, словно ты пыталась взобраться на скалу. Ох, боже, я помню, как он просто устал смотреть на тебя и, закинув на плечо, просто выкинул… ох, боже, я сейчас заплачу…

— Это мне тогда плакать хотелось от стыда… — удрученно пробормотала я, — такой позор я, наверное, никогда не переживала.

— А, то есть ту гулянку, когда тебя Рангику все же споила и ты фокусами с шикаем чуть не спалила бар, не берешь в расчет?

У меня аж лицо побледнело от услышанного, да сердце пропустило удар.

— Какие еще фокусы с шикаем? Я ничего не помню такого…

— Да не удивительно. Год назад, когда у тебя голова болела два дня, помнишь?

— Тогда… а почему вы ничего не говорили об этом?

— Решили тебя пожалеть, — невинно усмехнулся Юмичика, разведя руками, — мы тогда продолжили гулять, убегая от охраны, и поскольку бар находился рядом с шестым отрядом…

— Только не говори, что мы въебенились к Кучики, — едва не хватаясь за голову, взмолилась я.

— Лучше. Там еще был твой капитан, поэтому тебя с Абараем забрали моментально, и что было с вами, я не знаю. Абарай отказывается до сих пор рассказывать, а раз ты не помнишь… Решили пожалеть тебя и не напоминать.

Я… в говно пьяная до такой степени, что ничего не запомнила, столкнулась с Айзеном? Так вот чего он год назад со мной неделю почти не разговаривал. Что я такого там творила?! Только не говорите, что заблевала его комнату… а если на него меня стошнило? Бля-ять!

— По твоему взгляду похоже, что ты начала о чем-то вспоминать.

— Н-нет, не дай бог мне вспомнить о чем-то… — аж заикаясь от пробившего меня ужаса, забормотала я и злобно глянула на Юмичику. — Лучше б я просто пошла погулять…

— Опять бы ото всех пряталась на холме Сокиоку?

— Там хоть тихо и вид красивый… Блин, вот зачем напомнил?

— Мне нравится наблюдать твои эмоции, а то в последнее время ходишь мрачнее тучи.

Мрачнее тучи… А как не ходить мрачнее тучи? Прошло восемь лет, беззаботная — относительно беззаботная — жизнь подходила к концу, и с каждым новым пройденным днем я все сильнее нервничала. Мне неизвестно точное время, когда за Кучики Рукией отправят Бьякую и Ренджи, но вот одна вещь благодаря лейтенантскому званию мне стала известна — шинигами отправилась на судьбоносную миссию шесть дней назад.

Процесс запущен… господи.

— Так, подожди, — одумалась я, возвращаясь к разговору и с подозрением глянув на собеседника: — Что значит «нравится наблюдать мои эмоции»?

— А-а… — замешкался Юмичика, похоже, не обдумав дальнейшую историю. Нервно усмехнувшись, пробормотал: — Ну, ты просто всегда такие глупости творишь, забавно наблюдать за тобой.

— Вообще не убедил, придумай оправдание получше.

— А что ты хочешь, чтобы я сказал?! — взвился парень, театрально разведя руками и вздохнув: — Что мое сердце трепещет, когда я вижу твою улыбку, а сама ты явилась мне благословением?

— Ну а почему нет? — солидарно уточнила я, с наигранным превосходством убрав за ухо выбившуюся прядь волос. — Я настоящее произведение искусства, мое тело теперь просто идеально, а вкус в стиле лишь подчеркивает сильные стороны.

— Это ты про свой ошейник что ли?

— Это чокер, и он носит не только декоративную функцию.

— Ну, если тебя капитан на поводок сажает, я не удивлюсь, — пробормотал парень, — ведешь себя порой, как бешеная собака.

— Господи… это ограничитель, дурака кусок. Как та же повязка на глазу у капитана Зараки. Только он сдерживает свою силу, а я — накопленную.

— Его снимать нельзя?

— Можно, но с определенным заклинанием, которое активирует метку высвобождения реацу, — махнув за спину, сообщила я.

— Так ты не просто так забила половину спины татухами?

— Конечно, нет! В первую очередь исходила из практичных соображений, — язвительно зашипела я, — для души я на бедре набила.

— Чего?! Ты же девочка!

— Хуевочка! Вы уже задолбали! Один тут возникал… теперь ты еще.

— Еще? А кто?.. Капитан что ли