Избранная для бастарда - Екатерина Орлова

тебя с первого взгляда. И защитил ото всех. Ты бы стала сильной правительницей Дальних земель. Но сначала, я уверена, любимицей своего отца. Ох, Карден, – тяжело вздыхаю я. – Как же мне тебя не хватает. Как же сильно я люблю тебя! Пожалуйста, выживи!

– Кто я такой, чтобы перечить Верховной правительнице Дальних земель Пакрайда? – раздается от двери, а я замираю и перестаю не то что плакать, даже дышать.

– Карден? – шепчу пораженно и медленно поворачиваю голову.

Огромная фигура моего мужа закрывает весь дверной проем. Когда наши взгляды сталкиваются, я начинаю плакать, а он – идти ко мне. Надеюсь, это не сон и не последствия приема всяких порошков и чаев коварной ведьмы!

Глава 47

Карден

Не могу сдвинуться с места. Ноги будто свинцом налились. Картина того, как Селеста держит на руках крохотный сверток, просто сбивает с ног. Хочется упасть на колени и целовать ноги жены. Просто за то, что привела в этот мир нашего ребенка. Едва я открываю рот, чтобы заговорить, слышу нежный голос Селесты:

– Тамайна, – называет она имя моей матери, и я не сразу понимаю, что так она назвала нашу дочь. От осознания сводит скулы. Я никогда не знал свою мать, но каждое воспоминание о ней других людей бережно храню в своей памяти. И все, что с ней связано, для меня как священные знания. – Моя красивая девочка. Принцесса. Дочь Верховного правителя. Как же я хочу, чтобы у твоего отца была возможность увидеть тебя. Хотя бы раз в жизни. Узнать, какая красавица у нас с ним получилась. Вдохнуть твой запах, поцеловать нежную щечку, услышать, как ты причмокиваешь, – голос Селесты начинает подрагивать. – Как бы я хотела, чтобы он оказался здесь. Я бы ради этого отдала почти все на свете. Все, кроме тебя, – целует и гладит лоб дочери. – Он бы полюбил тебя с первого взгляда. И защитил ото всех. Ты бы стала сильной правительницей Дальних земель. Но сначала – любимицей своего отца, я уверена. Ох, Карден, – тяжело вздыхает она. – Как же мне тебя не хватает. Как же сильно я люблю тебя! Пожалуйста, выживи!

Ее мольба переворачивает мои внутренности. Но при этом жесткие путы, которые удерживали их сжатыми все время разлуки с Тиальдой, вдруг ослабевают. Она любит и мечтает о встрече. Только ради этого стоило выжить в кровавой войне!

– Кто я такой, чтобы перечить Верховной правительнице Дальних земель Пакрайда? – произношу наконец, больше не в силах оставаться вдали от своей семьи.

– Карден? – шепчет Селеста, будто не верит, что слышит именно мой голос.

По мере моего приближения она поворачивает голову, и с ресниц срываются слезы.

– Карден, – выдыхает моя жена и начинает рыдать.

Я тут же присаживаюсь на корточки и глажу ее по волосам.

– Не плачь, я рядом. Все хорошо.

– Ты жив, – всхлипывает она.

– Живее всех живых.

– Я думала, что ты… что тебя…

– Кто это тут у нас? – перевожу тему и опускаю взгляд на крохотный сверток в руках Селесты. Она отгибает край ткани, и я вижу маленькие ладошки, сжатые в кулачки, пока пухленькие губки, обхватив сосок, причмокивают, высасывая из матери молоко. – Красавица, – произношу с благоговением, глядя на дочь.

– Я назвала ее Тамайна, – говорит Селеста, а я смотрю на жену и, подавшись вперед, накрываю ее губы своими. Нежно целую соленую кожу, вбираю ее дыхание, наслаждаюсь запахом.

– Спасибо, – отвечаю севшим голосом, оторвавшись от жены, и снова смотрю на дочь.

– Технически это Дисагра назвала ее. Ты никогда не говорил, как звали твою маму.

– Какая разница, кто предложил? Важно, что ты это сделала, – накрываю ее щеку ладонью, а Селеста прикрывает глаза.

– Я так скучала. И так боялась.

– Я знаю, Селеста. Но бояться больше не нужно, я рядом.

– Ты победил? – Тиальда открывает глаза и смотрит на меня с надеждой.

Сев на пол, я глажу маленькие пальчики дочери.

– Победил. Но потерял много людей.

– Волара… Да, я слышала.

– И Фидон смертельно ранен. Лекари не обещают, что он выживет.

– Ты выяснил, предавал ли он тебя?

– Выяснил. Он всегда был верен мне.

– Тогда как же… и этот яд… Все указывало на его предательство.

– К сожалению, предатель был, но не Фидон.

– А кто?

– Мелиса, моя наложница.

– Как ты это выяснил?

– Когда мы с Траваном покидали замок, чтобы идти в атаку, отец и его армия чудесным образом оказались готовы ко встрече. Тогда я отправил Травана назад в замок, чтобы он нашел предателя. Не стал отдавать такой приказ Фидону. Если бы он был изменником, то непременно нашел бы кого-нибудь, кого мог бы подставить. Выяснилось, что сын кухарки служил Мелисе гонцом. Именно он передавал информацию моему отцу и братьям.

– А кем он служит во дворце?

– Ему десять, он никем не служит. Он просто ребенок, которому достаточно хорошо платили за передачу информации.

– Мерзкая сволочь, – шипит Селеста. – Надеюсь, ты казнил ее.

– Конечно. Но сначала использовал в собственных целях. Она еще некоторое время передавала моему отцу информацию, которую мне было выгодно донести до его сведения. Это и помогло нам выиграть в этой войне.

– Получается, твой отец и братья мертвы?

– Все до одного, – киваю.

– И что будет дальше?

– А дальше, Селеста – правительница Дальних земель Пакрайда, мы отправляемся в дальнюю дорогу. Домой, в столицу.

– В Макитан?

– Нет, Селеста, теперь наш дом – Верховная столица. А перед тобой сидит Верховный правитель Дальних земель.

Ее глаза расширяются, а потом щеки вспыхивают красным.

– Я… простите, Верховный правитель, не могу поприветствовать вас как надлежит.

– Правда? – улыбаюсь я. – У тебя еще будет масса возможностей склониться передо мной, Тиальда, – подмигиваю ей, а потом подаюсь вперед и шепчу в ее губы: – Желательно быть при этом голой и стоять спиной ко мне.

– Карден! – она вспыхивает сильнее.

– Что? – смеюсь, отстраняясь. – Кажется, наша дочь наелась, – киваю на ребенка, которая уснула и выпустила сосок изо рта.

Селеста ловко заворачивает Тамайну в ткань и протягивает ее мне.

– Что? – хмурюсь я.

– Разве ты не хочешь подержать ее на руках?

– Я ее сломаю, – качаю головой.

– Не сломаешь, – смеется Селеста. – Просто сложи руки так же, как я. В виде люльки. Вот так. А теперь держи.

Она перекладывает крохотный сверток мне на руки, и я задыхаюсь, глядя на ребенка.

– Она такая легкая, – произношу на выдохе. – Это нормально, что она такая маленькая?

– Это для тебя она маленькая, – бубнит Селеста, – а я ее еле родила. Думала, умру.

– Ох, умрет она, – причитает ведьма, заходя в дом. – Еще ни одна Тиальда не