Дарья Гущина - Вечность как предчувствие

В ожидании Эраша я, оправив плащ, уселась на землю, достала чистый лист и быстро набросала угольком схему водного лабиринта. Снег внутрь него не проникал, а земля оставалась на удивление сухой и достаточно теплой. Вытянув ноги, я разметила галочками местоположение статуй и придирчиво изучила получившийся рисунок. Покопалась в памяти и хмыкнула. Все три Сна повторяют друг друга до мелочей, начиная от расположения коридоров и закачивая прототипами статуй. Поразительная все–таки вещь — природа, сколько занимаюсь поисками — столько же ей и удивляюсь. И насколько изумительны и неповторимы ее творения…

— Рейса–а–а-ан!..

Мои умиротворенные размышления прервал дикий вопль Эраша. Сунув схему в сумку, я проворно вскочила на ноги и привычно ринулась спасать рыжее недоразумение, умудрившееся вновь куда–то вляпаться. Да, уже — привычно… Моя спутник голосил, не переставая, и нашла я его посему очень быстро. Нашла — и удивленно замерла на месте, подняв брови. Ну и ну. И как он ухитряется находить неприятности там, где их быть и не может, и не должно?

— Что ты стоишь? — заверещал он при виде меня. — Помоги же уже!..

— И не подумаю, — я скрестила руки на груди.

— Почему? — выпучил глаза Эраш.

— Потому, — отрезала я. — Тебе что было сказано? Ничего не трогай и нос свой никуда не суй. Вот теперь как хочешь, так и выкручивайся. Я и пальцем не пошевелю.

Парень нервно дернулся и глянул на меня с откровенной ненавистью. Я в ответ неприятно ухмыльнулась и присела на корточки, наблюдая за его жалкими потугами вырваться из водяных пут. Глупый мальчишка, видимо, решил, прорубить свой ход из коридора в коридор, полез сквозь стену и, разумеется, в ней застрял. Напрочь. Водяные хлысты пут прочно спеленали Эраша по рукам и ногам, и из стены наружу торчала лишь его взъерошенная голова с всклоченными вихрами и раскрасневшимся лицом.

— Зачем тебя сюда, спрашивается, понесло? — лениво поинтересовалась я, доставая из сумки смятый второпях лист со схемой и тщательно его расправляя.

— Не твое дело!.. — пропыхтел он.

— А ведь я говорила…

— Засунь ты свои слова знаешь куда!..

— Ой, как нехорошо грубить старшим, — протянула я. — Они ведь и обидеться могут.

— Издеваешься, да? — процедил он. — Нарочно, потому знаешь, что я не смогу ответить?

— Ну почему же, сможешь, — усмехнулась я. — Если будешь следить за своим языком и не наговоришь глупостей, о которых после пожалеешь.

— Иди ты!..

— Хорошо, — я встала и поправила сумку. — Подожду тебя наверху. Только недолго, нам сегодня еще к одному чуду успеть надо.

Эраш, похоже, не сразу понял, что я действительно собралась уйти. А когда понял, тихо сказал мне вслед дежурную фразу:

— Пожалуйста, помоги, я… больше не буду… обещаю…

— На собственной крови тебя заставить поклясться, что ли? — я повернулась к нему. — Не умеешь ты держать обещания, приятель, и верить тебе после этого совсем не хочется.

— Думаешь, я тебе верю? — буркнул он. — А что делать?..

— Да ничего не делать, — я хмыкнула, но вернулась.

И опять — жалко мальчишку, до слез жалко. Стоило бы проучить один раз и бросить, но… Не смогла. Опять не смогла повернуться к нему спиной, будь он трижды проклят. Подойдя к нему вплотную, я привстала на цыпочки, взяла его за шиворот и велела:

— Расслабься. Чем больше дергаешься, тем сильнее вода тебя скручивает. Расслабься, кому говорят. Закрой глаза и представь, что ты плывешь по озеру.

— Не могу! — пожаловался он. — Я не умею плавать и боюсь воды!

— А ты постарайся! — отрезала я. — Иначе считаю до десяти и ухожу.

Со счетом, как я уже успела убедиться ранее, у моего спутника все было в порядке. И на сей раз прием сработал безоговорочно — на десятом счете я без труда выволокла его из стены. Эраш, пискнув от неожиданности, нелепо взмахнул руками и плюхнулся на карачки. Водяная стена же, выгнувшись дугой и недовольно зашелестев, вновь стала ровной и гладкой.

— Спасибо, — буркнул парень, вставая и с удивлением изучая совершенно сухой плащ.

— Не слышу в голосе настоящей благодарности и радости, — не удержавшись, поддразнила я.

Мой спутник в ответ решил мудро промолчать, с деланным беспокойством ощупывая плащ. Я усмехнулась, покачала головой и пошла к выходу из лабиринта. Эраш, помедлив, поплелся следом. И не знаю, о чем он думал, сверля напряженным взором мой затылок, но я для себя решила в следующий раз ему все же не помогать. Слишком уж он меня утомил, сил нет терпеть его выходки.

Следующим чудом Забытых островов стали, разумеется, флиссы. Я вспоминала о них ранее, и с любопытством изучала сейчас. Побродив по окрестностям и углубившись в лес, мы достаточно быстро набрели на крошечную поляну, покрытую цветочным ковром. Ярко–красные флиссы, застенчиво выглядывая из–под снежного покрывала, тянулись трепещущими на ветру венчиками к хмурому небу. Лес смыкался вокруг поляны плотным угрюмым кольцом, сплетая длинные узловатые ветви над цветами и набрасывая на яркое пятнышко унылую сеть вечного сумрака.

Наклонившись и отведя руками ветки, я проскользнула на поляну и сразу определила ее отличным местом для ночлега. Эраш, изумленно поглядывая то на цветы, то на меня замер на кромке леса. Судя по его восхищенному взгляду, он ни разу не встречался с подобной красотой и сейчас не мог решить, что же считать большим чудом — Сон дождя или цветы в снегу. Для меня же истинным чудом были флиссы, тем более что я на них имела определенные виды.

Цветы, разбросанные по всей поляне, росли, образуя небольшие группки из двух–трех кустиков, между которыми оставалось достаточно много свободного места, на котором я и расположилась. Слепила из паутинной тьмы большие теплые подушки, расстелила сверху одеяла и прикрикнула на Эраша, велев ему перестать тупо пялиться на цветы и наломать дров для костра. Тот нехотя повиновался и, недовольно сопя, приволок мне пару узловатых сучьев. Выкопав в снегу ямку, я разожгла костер, подкинула туда пару поддерживающих огонь заклятий и на паутинной перекладине подвесила над ним прихваченный из башни котел. Принюхалась к запаху похлебки, кивнула сама себе и с удовольствием растянулась на лежаке, вытянув ноги.

— И что, все на сегодня? — Эраш косился на меня с подозрением.

— А тебе мало? — вяло отозвалась я, закрыв глаза.

— Но ты же про пять чудес говорила, — неуверенно заметил он.

— Вот тебе второе чудо — наслаждайся, — я лениво указала на флиссы. — К остальным надо идти через порталы на соседние острова, а я устала и хочу отдохнуть.