А единороги будут? - Ирина Владимировна Смирнова

цели, — Бхинатар белозубо улыбнулся, смягчая смысл фразы. — И потом, в отличие от Чхара, моя жертва не так уж велика, — я остаюсь жить со своим народом, а не ухожу в неизвестный мир служить чужому роду. Если бы Верховная мать пожелала от меня подобное, только страх перед гневом Ллос удержал бы меня от неисполнения ее приказа. — Выдержав паузу почти в минуту, Бхинатар продолжил: — Но она пожелала иного. И у меня будет очень много преимуществ. Об одном из них мать Шинтафэй уже упомянула. Я перехожу в семью, где пока что только одна женщина, и это избавляет меня от необходимости удовлетворять любую возжелавшую меня госпожу из Дома матери. Но моих обязательств как воина, мага и сына не отменяет, поэтому мы можем рассчитывать на покровительство старшего Дома, — я очень хороший маг, хотя и не лучший.

По–моему, меня пытаются запутать, не отвечая прямо на поставленный вопрос. Обидно, досадно, но опыт борьбы с подобным у меня уже есть.

— Одно преимущество ты назвал. Еще? — я встала с кресла и подошла к окну.

— Постоянное стабильное положение отца Дома. Вы не сможете заменить меня другим мужчиной.

— Не смогу завести себе любовника? — сам виноват, буду задавать конкретные вопросы прямо в лоб, без всяких там красивых словесных оборотов.

— Любовников — сколько угодно, но при этом они будут оставаться бесправными, — в голосе только спокойная констатация факта. Отсутствие даже намека на ревность. Да и с чего бы?

— Еще? — сказал же, что много, вот и пусть перечисляет.

— Жизнь станет спокойнее, — Бхинатар вновь улыбнулся, только как–то грустно. — У меня не будет соперников, и я перестану быть соперником для братьев.

— А какие выгоды будут у меня?

— Судя по тому, что я сегодня видел, ваша жизнь тоже станет спокойнее, — а теперь улыбка моего мужа чем–то напомнила мне Рикиши. Ехидной хитринкой, наверное. — И с вами рядом буду я, — ну точно! Один в один…

— Тогда расскажи мне, зачем вам принципиально нужна была именно дочь Сонолы.

Бхинатар замялся, потом выдал:

— Это не моя тайна, госпожа.

Бедняга даже не понял, почему я рассмеялась, упав в кресло, и веселилась там до появления в дверях удивленных Рикиши и Чхара.

— Леди?..

— Да, это я! — все еще продолжая смеяться, я махнула рукой в сторону Бхинатара. — А это твой клон… или дальний родственник. И… Кстати, ты боишься щекотки? — уточнила я у мужа, почти успокоившись и вытирая слезы от смеха.

Все трое мужчин смотрели на меня с подозрением и недоумением. Наверное, решили, что сумасшествие выбранной мною богини заразно.

— Пытать сейчас буду, — пояснила я, уже просто тихо хихикая от предвкушения. — Это очень страшная пытка, ее не каждый выдержит. Раздевайся!

Я решила, что глупо впадать в истерику или стучать ногами, да и, вообще, я не против того, чтобы члены моей семьи хранили какое–то время чужие тайны. Но право на хранение надо будет заработать. Например, развлекая меня. Поэтому начнем со щекотки… А потом перейдем к более изощренным методам допроса. Ну, и напоследок всегда остается хорошая порка, если уж сильно достанут своей секретной таинственностью.

Глава 16

До Рикиши дошла шутка про пытку щекоткой, и он с сочувствием посмотрел на Бхинатара:

— Рекомендую признаться во всем, даже в том, что не совершал.

Чхар вопросительно поглядывал на нас всех по очереди, про иблитов ничего не вещал и, вообще, выглядел слегка растерянным и, по–моему, чуточку нездоровым.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась я, одновременно наблюдая, как мой будущий муж, тоже с непонимающим выражением лица, освобождается от одежды. Кстати, довольно практичной.

Сначала на пол упала черная безрукавка, ткань которой когда–то была чьей–то шкурой. Под безрукавкой оказалась легкая тонкая кольчуга. Я не дала Бхинатару снять ее, удержав за руку. Провела ладонью по теплому металлу, одновременно привыкая к тому, что глажу не постороннего мужчину другой расы, а своего собственного…

И мысль, что делаю я это не ради секса, а чтобы развлечься и проучить за хранение чужих тайн, очень помогала расслабиться. Но вот осознание того, что там под кольчугой голое тело… возбуждало!

Наверное, моя нравственность тоже несколько изменилась из–за переноса, потому что вначале я не могла себя заставить переспать с Рикиши. Нас разделяла стена из моих комплексов и принципов. А теперь стою, ожидая, когда передо мной разденутся. И даже присутствие еще двоих мужчин не то чтобы совсем не мешает, но… не напрягает.

А вот Бхинатара наличие посторонних, вернее одного — Рикиши, слегка беспокоило. Именно на него он поглядывал время от времени, то с вызовом, то с напряженным вниманием.

Налюбовавшись на кольчугу, я махнула рукой:

— Продолжай!

Когда дело дошло до штанов, из более тонкой ткани, чем безрукавка, я постаралась скрыть все эмоции, просто потому что основной было любопытство. Но, как ни уговаривала себя не вводить всех в заблуждение, будто я впервые увидела мужской член, получалось у меня плохо. Тогда, решив, что сдерживаться вредно для здоровья, особенно если нет никаких уважительных причин, мешающих моему пристальному изучению, я приступила к сравнительному анализу.

Мысль, что было бы неплохо приказать раздеться и Рикиши… и встать так, чтобы можно было, действительно, сравнивать… я отторгла. Не то чтобы она мне не понравилась, но, скажем так, я еще не пробила до конца стену из принципов, не достигла нужной стадии пофигизма. Поэтому сравнительный анализ происходил с тем, что запечатлено у меня в памяти, но зато он был очень тщательный!

Сначала я пощупала член в расслабленном состоянии. Убедилась, что дроу, как и истейлы, не практикуют обрезание. Еще я выяснила, что если у истейлов волосы внизу живота, хоть и в небольшом количестве, но имеются, то у дроу их там нет вообще. Как и подмышками — их я тоже осмотрела с серьезным видом, стараясь игнорировать растерянно–недоумевающие выражения лиц Бхинатара и Чхара. Сложнее было игнорировать ехидную усмешку Рики, у которого там волосы точно были, но он их удалял.

Поглядывая в сторону втихую веселящегося нетопыря, меня так и тянуло совершить какую–нибудь гадость…

Кстати, с дроу он вел себя подозрительно на равных, я бы даже сказала, что в отношении того же Чхара, наоборот, проявлял легкое пренебрежение. Возможно, так на него повлияла смена хозяйки, не знаю. Но казалось, что тот, кто переживал, спросила ли я согласия у своих знакомых на его присутствие за столом и тот, кого я видела перед собой