Выбор сердца (СИ) - Леви Кира

Нить изогнулась книзу, к земле. И я, следуя за ней, спустилась ниже, ближе к изнанке облаков, по которым неслась тень дракона. Я оглянулась по сторонам, силясь разглядеть, где тот дракон, что преследует меня, но никого не увидела. Нить резко нырнула в облака, и я за ней. Стоило вылететь на открытое пространство, как я оказалась рядом с тремя драконами: Валардрагоном, Лаардагоном и юной драконицей — Кариссой.

Драконы меня не видели, а я летела рядом с Валардом, купаясь в его магии и с жадностью рассматривая моего дар-дракона, чуть не касаясь его своим… крылом?

От изумления я сбилась с полёта, и меня потянуло назад со страшной силой, словно затягивая в воронку центрифуги, перемалывая тело, крылья, и втискивая в тонкую, но такую прочную оболочку-тюрьму — моё собственное тело.

С судорожным всхлипом я открыла глаза и чуть не подавилась жидкостью, которую мне усердно вливали в рот через носик стеклянной поилки-чайничка.

— Тише, тише, с возвращением, — приговаривал женский голос. Со спины меня крепко поддержали сильной рукой и подпихнули подушку.

— Ри! — по-мальчишески звонкий голос Эля раздался от двери, и уже в следующее мгновение мальчик тряс меня за руку, перебирая пальцы. — Ты очнулась!

— Всё хорошо, Эль, — в горле немного першило, и голос от этого хрипел. Эль протянул глиняную кружку с водой и удерживал её одной рукой, пока я с благодарностью пила, поглядывая поверх на мальчика. — Ты что, плачешь? — я удивлённо смотрела на отворачивающегося юного мага, который украдкой смахивал слёзы и бурчал себе под нос, что ничего он не плачет.

— Ты неделю была без сознания, — заговорила женщина, и я наконец-то посмотрела на неё. Мои брови удивлённо приподнялись.

— Морана?

Передо мной сидела именно она.

— Вот и дождалась я тебя, — ответила слепая толковательница и улыбнулась. Протянула руку и погладила Эля по вздрагивающей спине. — Хорошо, что ты не задержалась дорогой.

Слепые глаза были направлены точно на меня.

— Откуда ты здесь? Ты же жила на другом краю Ледяного предела.

— Её Бьёрн позвал, — отозвался маг. — Она при храме Инанны служит.

Женщина пожала плечами и протянула мне поилку с отваром.

— Меня направляет наша богиня — Инанна. Я тебя полгода как жду. Знала, что твой путь пройдёт через Зелёные Холмы. Пей. Это поможет тебе восстановить силы.

То, что Инанна причастна к нашей встрече — это факт. Значит, близится время, когда мне будет нужна её помощь. Разговор с богиней в её храме в Ригуле отпечатался на подкорке.

— Я уже хорошо себя чувствую, — взяла поилку и пригубила. Отвар из трав был одновременно и терпко-сладким, и кисло-горьким. В несколько больших глотков я допила жидкость и отдала назад пустую посудину.

— Морана, спасибо.

Та неопределённо повела плечом и поднялась с края постели.

— Эль, сходи за дровами и растопи баню, да не перестарайся. Айрине нужно омыть тело.

Маг подскочил с колен и зайцем бросился к двери. Мальчику очень хотелось быть полезным. Когда его попутчица упала в обморок и долго не приходила в себя, что бы он не делал, какие ритуалы бы не проводил, а знал он немало, он испугался. Терять Риану он не хотел. Эль не признавался ей, но в своих мыслях он действительно представлял её своей мамой. Пусть не она его родила, но такого тёплого к себе отношения и заботы мальчик не знал никогда. Его собственной матери давно не было в живых. Отца-мага интересовал в Эле, в основном, только его магический потенциал и достижения. Поэтому, встретившись в Ригуле с Рианой, Эль безоговорочно принял всё, что она ему предложила, и не пожалел ни на секунду. Было немного странно чувствовать такое человеческое отношение к себе. Он же ничем не заслужил. Но в тоже время волнительно от того, что чувства эти были новыми и такими яркими. Ох, не зря магистр Зортус посоветовал своему ученику отправиться в путешествие. Не иначе, как сам Наргал его направил.

Дверь за магом закрылась, и я спустила ноги на пол. Ни слабости, ни головокружения не было. Чувствовала я себя великолепно. Рука сама потянулась ощупать живот, и я с удивлением отметила, что он ещё больше подрос и, более того, под рукой ощутился очень лёгкий толчок. Я вспомнила, как перед обмороком в животе вот так же толкнулось. Озадаченно посмотрела на Морану, раздумывая, как правильно сформулировать вопрос, но жрица заговорила первой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Айрина. Хм, ты изменилась с нашей последней встречи.

— Ну да. Раньше была человеком, а теперь маг судя по ауре.

— А может и не маг, — склонив голову к плечу, жрица рассматривала ауру. — Спрашивай, — резко выпрямившись, она перевела на меня взгляд. Складывалось ощущение, что она видит меня, несмотря на врожденную слепоту.

— Почему Инанна не вылечит твои глаза?

Женщина внезапно рассмеялась, откидывая голову назад.

— Ох, ну чтобы ты ещё спросила! Зачем мне глаза, если я вижу намного больше?

— И что же ты видишь, кроме аур?

— Например, вижу, как тебе больно и пусто вот здесь, — она коснулась рукой моей груди. — Вижу, что ребёнок в тебе зачат от любимого, но тебе пришлось выбирать: или твой дар-дракон, или нерождённый дракончик. Знаю, что выбор был непростым. Твой дракон ещё очень юн. Если бы ты не решилась на поступок, то потеряла бы и свободу, и ребёнка, и дракона, таким, как ты его знаешь. Осталась бы только его тёмная сторона.

— Так ты видишь будущее? — я вдруг со злобой прошипела, складывая руки на груди и закрываясь от жрицы. — И что же ждёт меня?

— Вижу. Но тебе незачем знать наперёд. Пусть будущее преподносит сюрпризы.

— Надеюсь, хорошие.

— Разные. Ты сама знаешь закон: полоса белая, полоса чёрная. Без тьмы не бывает света!

— Ладно. Оставим будущее на потом. Ответь мне лучше на вопрос: что ты знаешь о беременности драконов? Сколько она длится?

— Шесть месяцев. Всё это время драконица находится рядом со своим драконом. Чтобы плод хорошо развивался, был сильным, нужна мужская энергия дракона, его магия. Ты себя плохо чувствуешь как раз из-за её отсутствия.

Слова Мораны заставили обеспокоиться о малыше. Как он будет развиваться без своего отца? Не родиться ли больным? Что же делать? От отчаяния закусила губу и привычным жестом нащупала на груди под тонкой рубашкой кулон моего дракона.

— У меня есть кулон с магией Валарда, — я достала ледышку из-под одежды. — Но как её извлечь, чтобы не открыть своё местонахождение, я не знаю.

— Спрячь, — отрицательно махнула рукой жрица. — Ещё не пришло время им пользоваться. Пока я смогу поддержать тебя своими силами с помощью Инанны. Не зря же я её Верховная жрица! А наша богиня благосклонна ко всем дарующим жизни. И ты под её покровительством.

Конечно, я это понимала, но тревога не отпускала. Мне было страшно за здоровье малыша. О себе я почти не думала. Хотя понимала, что если со мной что-то случится, то мой ребёнок никому на целой Истрее не будет нужен. Эль ещё мал, чтобы взвалить на себя такую обузу. Не по нему ноша.

От тяжёлых мыслей немного разболелась голова. Я потёрла виски, прикрывая глаза и погружаясь в темноту. Сразу вспомнился мой горячечный бред. Это же нужно было так вывернуться подсознанию! Чтобы увидеть Валардрагона, я полетела к нему драконом! Сплелись воедино и желание увидеть близких мне драконов, и мой страх — Карисса, занявшая моё место подле Валардрагона. Но всё ощущалось настолько реальным! Мне даже сейчас казалось, что я чувствую магию моего дар-дракона, циркулирующую во мне и напитывающую нашего с Валардом малыша. И словно соглашаясь с моими мыслями, в животе мягко булькнуло. Движения малыша ещё не были похожи на пинки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Баня растоплена, госпожа Моргана, — Эль появился во входных дверях.

В спаленке, где я лежала, дверь была открыта настежь и открывала обзор на бедное убранство домика. Чувствовалось, что за время моего обморока в нём успели убрать и хорошо проветрить. Он выглядел обжитым, тёплым. В доме витали приятные ароматы вкусной еды.

В спальне стояли две узкие кровати, одна из которых была сделана совсем недавно и пахла свежей древесной стружкой. Небольшой столик у окна был заставлен мешочками с травами, склянками с настойками, тщательно прикрытыми тёмной тканью от уже по-зимнему скудных лучей ока Танагра, пробирающихся через небольшое квадратное окно с мутноватыми стеклами,  — всё это было скарбом Мораны. Ближе к выходу у стены, на грубо отёсанной тумбе, стояла миска с водой, используемая для умывания. Двухстворчатый шкаф для вещей оказался одним для всех. Вещи, мои и Эля, лежали аккуратно сложенными стопочками на полках. Лук с колчаном был пристроен между стеной и боком шкафа. Поношенный плащ Мораны, подбитый  мехом, светил местами проплешинами вылезшей рыжей шерсти и висел на крючке возле входа. Там же висела потрёпанная кожаная сумка, сшитая из небольших кусочков разного цвета — от белого до тёмно-коричневого.