Не подавай виду - Людмила Семенова

она все же не исчезла из их жизни окончательно и дважды в год присылала приличные суммы для Яна, поэтому Илья был более-менее в курсе дел их семьи. Старшая дочь, Настя, все-таки развелась с мужем, поймав его на измене, и после этого Анне Георгиевне стало немного легче. Лена же уехала в Москву, пожить у отца и заодно восстановить здоровье. Бывший тесть один раз позвонил Илье и спросил, не нужна ли материальная помощь с ребенком, но тот сдержанно ответил:

— Благодарю, но я в состоянии прокормить своего сына. К тому же юридически вы ему посторонний человек и я просто не имею права брать у вас деньги.

Незадолго до очередного Нового года Илье вдруг позвонила Ира. Она тепло поздравила его и предложила встретиться и погулять вместе.

— И ребята тоже придут, — добавила она. — Да, не удивляйся, сейчас я уже знаю, что вы по-прежнему дружите. Спасибо, что ты их не бросил.

— С удовольствием приду, — тепло отозвался Илья. Ее предложение немного выбило из колеи, но он всегда предпочитал уладить конфликт и единственным исключением оказалась Лена. Однако перед праздником ему не хотелось думать о мрачном. Он купил Ире и мальчикам подарки и они встретились в парке, а потом пошли в кафе. Наевшись торта с чаем, Сережа и Леша отправились еще побегать по тропинкам, а Илья впервые отметил, как Ира похорошела и повзрослела за то время, что они не виделись. Она даже немного подкрасилась и уже не походила на испуганного неоперившегося птенца, каким казалась Илье прежде.

— Как там родители? — спросил он.

— Спасибо, все хорошо. Правда, у папы полгода назад холецистит обострился, пришлось операцию делать, и мама потом долго за ним ухаживала, следила, чтобы он режим не нарушал. Сначала у него здорово характер испортился, зато потом он стал даже как-то мягче, чем до болезни. Так жаль их было...

— Понимаю, у меня отец тоже что-то начал сдавать. Но я, конечно, ему добавил, что уж скрывать.

Илья нахмурился, и тут Ира осторожно тронула его за руку.

— Но тебе сейчас стало легче? — спросила она.

— Как видишь. Да я и не собирался лечь и страдать, жизнь коротка и запасной не будет. Не вижу смысла отравлять ее из-за того, что люди такие какие есть.

— Верно, — задумчиво сказала Ира. — Илья, знаешь, мне надо кое-что тебе сказать. Почему бы нам не начать все сначала? Я обещаю, что смогу стать для Яна матерью, и буду любить его как родного. А потом у нас родятся и общие дети: ты ведь мечтал, чтобы их было много. Помнишь?

Илья с изумлением посмотрел на бывшую невесту.

— Вот это да, — промолвил он. — Признаться, никак не ожидал такого поворота. Ириша, ну ты что? Столько воды утекло, неужели ты вокруг не видела славных достойных парней? На мне что, свет клином сошелся?

— А мне кажется, что ты лукавишь и на самом деле сразу понял, зачем я пришла. Может, я бы и смирилась со временем, но если ты теперь тоже один, так наверное, судьба так распорядилась. Ты в подобные вещи веришь?

— Во-первых, я уже не один, и это навсегда. А во-вторых, прости за прямоту, но это никак не связано. Неужто тебе будет приятно сойтись со мной только из-за того, что у меня не срослось в другом месте?

— Илья, есть вещи, которые для меня важнее самолюбия и гордыни, — возразила Ира.

— Ну какие, например? Что мы были первыми друг у друга? Нет, это важно, не спорю, но иногда первые чувства надо просто отпустить и сохранить теплые воспоминания. Жаль, что я сам понял это с таким опозданием. А ты ради каких-то фантомов согласна унижаться. Ну представь на минутку: я бы принял назад изменившую мне женщину с нагулянным ребенком?

— Это же совсем другое дело, — вздохнула девушка.

— Да то же самое! Почему я, мужчина, это понимаю, а вы так и повторяете как мантру? — с досадой сказал Илья. — Ты никогда не сможешь смотреть на Яна и не вспоминать про мое предательство, станешь молча страдать и наживешь какую-нибудь болезнь. А я хочу, чтобы ты была здорова и счастлива. И потом, мне вообще сейчас откровенно не до женщин: сначала надо в себя прийти, а потом сына на ноги ставить.

— Наоборот, Илья! Как раз для этого тебе и нужна женщина. Пусть у тебя нет ко мне страсти, но ведь может быть дружба, теплота, благодарность. Для нормальной семьи этого более чем достаточно.

— Вот! Благодарность! И как я понимаю, именно с моей стороны, за то, что ты меня простила. А ты подумай, Ир, каково мне будет жить с таким грузом? Я не готов пожизненно долги отрабатывать, у меня другие планы. И ты наконец оглянись, заполни свою жизнь чем-нибудь более интересным и толковым.

— Тебе легко об этом говорить, — поморщилась Ира. — Ладно, я поняла, ты все еще думаешь о ней. И не надо было всех этих отговорок! Надеешься, что она вернется?

— Нет, нисколько не надеюсь, но это не помешает мне быть счастливым. Вот это я и пытаюсь до тебя донести.

— Спасибо за честность, — сказала Ира и опустила глаза. — Ладно, Илья, извини, что так вот навязалась без предупреждения. Я пойду воздухом подышу, ладно?

Илья кивнул и промолвил:

— Береги себя, Ира. Надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь вспоминать обо мне без боли.

Девушка через силу улыбнулась и не оборачиваясь, пошла к выходу. Вскоре вернулись мальчики и Леша обеспокоенно спросил:

— А что это с Ирой? Она на скамейке сидит угрюмая, ничего объяснять не хочет.

— Предлагала снова сойтись, — вздохнул Илья.

— Ну понятно теперь, зачем она это устроила. Когда Ирка узнала, что ты развелся, то понадеялась, что скоро сам объявишься: мол, прости да прими назад. А ты все не являлся, ну ей и пришлось идти в лобовую, — пояснил Сережа.

— Но зачем? — искренне недоумевал Илья.

— Да кто же этих девчонок поймет! — сказал Сережа, многозначительно переглянувшись с братом. — Ладно, Илюха, правильно, что ты ей все как есть сказал. Она скоро успокоится, куда деваться-то?

— Спасибо, — ответил Илья, подумав, как много в человеческой жизни подчинено этому простому и грубому до безысходности условию.

— Папа, а ты знаешь какие-нибудь