Эприлинн Пайк - Чары

— А почему сегодня феи говорят только по-английски? Ведь существуют врата в Египте и Японии.

— И в Америке, как ты понимаешь, — улыбнулся Тамани. — В свое время феи общались и с индейцами, и с египтянами, и с японцами. Между прочим, в Японии мы наладили контакт с айнами, которые населяли страну до появления современных японцев. — Он засмеялся. — Хотя даже айны не смогли понять, насколько раньше сюда пришли феи.

— На несколько веков? — рискнула предположить Лорел.

— На несколько тысячелетий. Феи гораздо старше человеческой расы. Зато люди распространились по земле гораздо быстрее. У них есть сердце, которое помогает им приспосабливаться к резким колебаниям температуры. Наши солдаты выживают в суровых морозах Хоккайдо только благодаря искусству Осенних фей. Из-за своего преимущества люди заполонили мир, а феям ничего не остается, кроме как учиться существовать вместе с ними, хотя бы как-то. И не последнюю роль в этом играет общий язык. У нас есть база в Шотландии, а там, как ты знаешь, тоже говорят по-английски. Все феи, которым по работе предстоит общение с людьми, проходят там стажировку в течение нескольких недель.

— Значит, ты и Шар тоже там учились?

— Да. И многие другие. — Тамани говорил с неподдельным энтузиазмом, наконец-то избавившись от вечной нерешительности, которая нападала на него в Авалоне. — Секретные операции в основном проводят трюкачи. В крайне редких случаях химики, если им вдруг понадобился ингредиент, который не растет в Авалоне. База находится в замке, который выстроен вокруг портала, в середине огромного заповедника, поэтому удается одновременно охранять врата и осторожно налаживать связи с миром людей. Феи вступили во владения замком много веков назад тем же путем, каким приобретена земля, на которой стоит твой старый дом.

Лорел с улыбкой смотрела на разгорячившегося Тамани. О человеческом мире он знал гораздо больше, чем другие феи. И не только потому, что он работал среди людей, а потому, что посвятил их изучению всю свою жизнь.

«Раз он столько знает про людей, может, и мне поможет лучше понять себя», — задумалась девушка. На протяжении нескольких лет Тамани наблюдал за ней, видел, какой она становится, живя среди людей.

Лорел позволила стереть свою память и по приказанию королевы, которая правила до нынешней, покинула Авалон. Но Тамани не бросил ее одну в чужом мире… Это было совершенно неожиданное открытие.

— Так вот, — продолжал он, — замок стал нашей базой в мире людей много веков назад. Поэтому ничего удивительного, что мы стали говорить на общем с ними языке. Хотя даже самые лучшие специалисты понимают не все. Да и я иногда забываю слова.

— А по-моему, у тебя отлично получается. Лорел провела пальцем по руке Тамани, и он тут же накрыл ее ладонь своей. Девушка не могла оторвать глаз от его руки: этот невинный на первый взгляд жест был довольно красноречив. Она подняла голову, и их глаза встретились…

Повисла долгая тишина, но в конце концов Лорел все-таки вытащила руку из-под ладони Тамани. Выражение его лица не изменилось, и все-таки она почувствовала себя неловко.

Решив хоть немного разрядить обстановку, Лорел налила из первого попавшегося кувшина напиток и сделала большой глоток. Рубиново-красная жидкость напоминала сахарный сироп.

— Ух ты! Что это?

— Амрита.

— Местное вино? — озадаченно спросила Лорел, чувствуя некоторое головокружение.

— Вроде того. А точнее, нектар цветов Иггдрасиля — Мирового древа. Амриту готовят и пьют только на Сауин, в честь Нового года.

— Классная штука.

— Рад, что тебе понравилось, — засмеялся Тамани.

Лорел вздохнула.

— Я сейчас, кажется, лопну.

Лишь авалонская еда могла сподвигнуть ее наесться до отвала.

— Ну, значит, с едой покончено. — Голос фея вновь зазвучал нерешительно.

— Да уж. — Лорел с довольным видом откинулась на подушки.

— А ты… — робко начал он, глядя в центр поляны, — не хотела бы пригласить меня на танец?

Она резко подалась вперед.

— Не хотела бы я пригласить тебя?

— Прошу прощения за такую наглость, — промямлил Тамани, не поднимая глаз.

— Даже на фестивале ты не имеешь права просто пригласить меня на танец? — вскинулась Лорел.

— Это означает «нет»?

Лорел стало жаль его. В конце концов, Тамани не виноват. Но как же бесило, что даже с ней он связан дурацкими обычаями по рукам и ногам.

Девушка решительно выставила вперед подбородок и, отбросив гордость, спросила:

— Тамани, хочешь потанцевать? Его взгляд потеплел.

— Очень.

Лорел озадаченно взглянула на танцующих.

— Только я так не сумею.

— Я тебя научу… если хочешь.

— Давай.

Тамани встал и протянул ей руку. Он уже давно снял плащ и теперь, в черных штанах по колено, высоких сапогах и просторной белой рубахе, слегка расшнурованной на загорелой груди, напоминал героя кинофильма — не то Уэсли из «Принцессы-невесты», не то Эдмона Дантеса из «Графа Монте-Кристо». Лорел с улыбкой взяла его руку.

Выйдя на луг, они встали поближе к музыкантам, игравшим на неведомых струнных и на вполне узнаваемых духовых инструментах, среди которых были деревянные флейты, свирели и даже что-то очень похожее на обыкновенный кларнет.

Тамани оказался талантливым учителем: Лорел быстро освоила основные танцевальные движения. Ноги вдруг задвигались с неожиданным изяществом. Она прыгала и наклонялась почти так же ловко, как и остальные феи. По крайней мере, на вечеринке среди людей она точно не ударила бы в грязь лицом. Лорел продержалась еще один танец, затем еще один, а потом потеряла им счет.

От столов с закусками авалонцы постепенно подтягивались на луг, напоенный сладким ароматом трав, и вскоре Лорел оказалась зажатой среди танцующих, извивающихся под заразительные ритмы музыки Летних фей.

Проведя Лорел под своей поднятой рукой, Тамани закружил ее в каскаде поворотов. От быстрого вращения девушка слегка потеряла равновесие и со смехом врезалась ему в грудь. Она не сразу поняла, насколько тесно прижата к нему. В отличие от Дэвида Тамани был не намного выше Лорел, и, когда они стояли так близко, их бедра плотно прилегали друг к другу.

Рука фея, лежащая на спине Лорел, не давала ей отстраниться. Тамани не стал бы удерживать ее против воли, но девушка почему-то стояла не шевелясь. Его ладонь прошлась по ее волосам и замерла на затылке. Тамани склонился к ней…

— Лорел… — еле слышно прошептал он и приник к ее губам.

Поцелуй был ласковым и мягким, почти осторожным. Казалось, все вокруг замедлилось: энергичные танцы превратились в неспешный вальс, даже Земля стала вращаться медленнее на своей орбите, а потом и вовсе замерла. На одно мгновение…