Отдам дракона в хорошие руки! - Марина Ефиминюк

— Хоть бы предупредил, — не скрывая раздражения, проворчала владыке. — Я бы платье не надевала, сразу пришла в халате.

Впервые в жизни на свидании мне измеряли пульс и оглядывали царапины с таким пристрастием, словно страшнее ранения эти лекари не видали. Эсхард, демонстрируя невиданную деликатность, дожидался окончания мероприятий за дверью. После осмотра слуга тихим голосом, как к умирающей, позвал его обратно. Эскулапы встроились рядком и начали важно докладывать, что с госпожой бестиологом в принципе все в порядке. Четкость зрения присутствует, все конечности на месте и царапина, пусть глубокая, но не смертельная.

— Но я бы посоветовал постельный режим, — объявил седовласый лекарь с бородкой, на осмотре настырно водивший у меня перед носом крючковатым пальцем. Три раза переспрашивал, сколько их мелькает, словно сам не верил, что показывал один.

— Зачем? — спросили мы с Эсхардом в один голос. Я-то недоумевала, а он неожиданно нахмурился и пронзил меня таким взглядом, словно уже представлял уложенной на перину и прикрытой одеялом.

— Не пугайтесь! — поспешно успокоил лекарь. — Никаких страшных проявлений я не наблюдал, но девушкам в нелегком возрасте госпожи Егорьевой после потрясений показан покой.

В «нелегком возрасте»? Это он деликатно намекнул, что я девушка не первой свежести и в принципе давно не девушка? Четвертый десяток фактически стоит на пороге и с укоризной смотрит на мои синяки. Пора заводить нюхательные соли для благородных обмороков.

— Никакого постельного режима! — заспорил второй и, прямо сказать, меня немного отпустило, что можно не заказывать расшитый саван. — Движение — жизнь. Госпоже бестиологу надо больше двигаться, заниматься гимнастикой, разминать суставы…

— Извините, — перебила я, пока он не распалился, и обратилась по-родолесски к Эсхарду: — У тебя чудесные лекари. Они сейчас предложат мне отползать на кладбище.

Внезапно у того вырвался издевательский смешок, и недостойный владыки звук привел эскулапов в замешательство. Откашлявшись, Эсхард спросил у третьего лекаря:

— Что вы скажете?

— Я солидарен с уважаемыми знахарями, мой кейрим.

Возникла пауза. Мы ждали продолжения, но эскулап, похоже, уже все сказал.

— Моей гостье лежать или бежать? — уточнил Эсхард.

— Вести привычный образ жизни, — развел руками лекарь. — Вайрити бестиолог в отличном физическом состоянии, раз смогла скрутить черного демона. Любой позавидует. А что до синяков? Пройдут без магического вмешательства, достаточно заживляющих мазей.

— Возьми его дворцовым лекарем! — вырвалось у меня по-родолесски.

— Он уже, — невозмутимо отозвался Эсхард.

В конечном итоге они пришли к выводу, что мне можно все: лежать, бежать, есть и пить. Читать научные трактаты и думать над ними тоже не возбранялось. Охотиться на кейробов, правда, не рекомендовали. Не могла не согласиться с уважаемыми лекарями. Свое чудовище, которым бредила почти с момента приезда, я уже поймала, можно спокойно составлять атлас драконьей нечисти.

— Если мы выяснили, что я жива и здорова, то пойду, — заявила я Эсхарду, когда мы остались в комнате одни, и поднялась с полукруглого дивана. — Это было самое необычное свидание в моей жизни. Благодарю за новый опыт.

К огромной досаде, спорить он не стал и подозрительно легко согласился проводить меня до покоев. Повисло молчание.

— Поужинаем вместе? — наконец вымолвил владыка.

— Думала, не предложишь, — проворчала я, вызвав в нем улыбку.

— На южном балконе, — добавил Эсхард.

— Все предусмотрел?

— Надеялся, что ты не откажешься, — мягко поправил он.

Разговор за вкусной едой и легким ужином тек плавный, без пауз и иронии. Эсхард с большим интересом слушал о том, как продвигается работа над атласом бестий. Я собиралась приступить к бестиарию той части Хайдеса, которую драконы назвали «землями теплого течения». Потом предстояло возвращение в Родолесс, и мне не хотелось думать, отчего эта мысль, согревавшая еще неделю назад, внезапно больно царапнула.

— Надеюсь, что успею закончить за два месяца, — вымолвила я.

— Я не хочу, чтобы ты уезжала, Виталия, — устремив в меня прямой взгляд, внезапно произнес Эсхард, и внутри как будто обожгло. — Останься здесь. Со мной.

— В качестве кого? — спросила я. — Супруги кейрима Эсхарда Нордвея?

— В качестве придворного бестиолога, — внезапно предложил он, заставив меня замереть с недонесенным до рта бокалом. — В качестве гостьи и друга.

Он поднялся с кресла, прихватил тонкий плед, лежащий на приставном табурете, и обошел стол.

— Выбор за тобой, Виталия. — Эсхард накрыл мои плечи мягким пледом и, склонившись, добавил: — Но я хочу, чтобы ты осталась здесь как моя возлюбленная невеста.

По спине и рукам побежали мурашки. После таких слов мужчина непременно целовал женщину. Губы сами собой приоткрылись, дыхание оборвалось. Эсхард был так близко, пах до головокружения чувственно…

Он выпрямился и вернулся на свое место. Нас снова разделил круглый стол, лампы с дрожащим светом, бутылка и тонкий фарфор. Я облизала губы и сделала глоток вина.

— Ты так и не назвал причину, почему я, — напомнила ему.

— А ты так и не рассказала секрет, о котором мне неизвестно.

— У меня есть родинка, — взмахнув бокалом, запросто ответила я. — В форме сердца.

После признания возникла пауза. Эсхард бросил такой пронзительный взгляд из-под ресниц, что под пледом вдруг стало жарко.

— Где?

— Под платьем, — улыбнулась я. Вообще-то, на бедре, но говорить об этом вслух не собиралась.

— И я должен поверить тебе на слово, Виталия?

Я пожала плечами, намекая, что возможности выяснить у него все равно не предвидится.

— Выходит, кое о чем ты все-таки не знаешь, Эсхард. Твоя очередь. Секрет за секрет.

Он взял почти нетронутый бокал, откинулся на спинку кресла и мягко произнес:

— Мне тебя предрекли.

— Кхм. — Я сощурилась, пытаясь подобрать слова, но ничего достойного в голову не приходило. — Хочешь сказать, что сделал мне предложение, потому что гадалка нагадала? В этом есть смысл?

— Осторожно, госпожа Егорьева. — Он поцокал языком. — Драконы крайне серьезно относятся к пророчествам. Особенно, когда речь идет о благословении кейрима.

— Извини. — Я смущенно поправила на плечах плед. — Но я сторонница официально признанной магической науки.

— Справедливости ради: я решил, что пророчица заговорилась, — признался Эсхард и задумчиво усмехнулся: — Но она… действительно видела будущее.

Как бы то ни было, драконы жили традициями и во многом подчинялись инстинктам. Собирали сокровищницы, воровали женщин и верили в предсказания. Варвары, которые