Равновесие в тебе - Рия Маркез

- Возьми себя в руки. Тебе скоро выходить. – Тихо, но строго произнесла подруга.

Как и последние четыре недели, Кристина поехала со мной. Едва мы вошли в больничное крыло, она опустилась на, уже знакомую ей, скамью, и уткнулась в телефон. Я же прошла по коридору до небольшой палаты у окна с цветами. Без стука открыла дверь, и, шурша пакетами, замахала рукой в приветствии:

-Кто заказывал вкуснятину?

Мама оторвала голову от книги и улыбнулась мне. Даже здесь, проведя в больнице немало времени, она умудрялась посмотреть на меня и улыбнуться так, что я сразу же начинала чувствовать себя непутевой девчонкой, которая опять совершила целую кучу шалостей.

-Знаешь, я больше не могу смотреть на йогурты.

-Не надо на них смотреть, их нужно поглощать. Желательно с аппетитом. – Я начала разбирать пакет, распихивая еду в ее тумбочку и маленький холодильник, стоявший в углу комнаты.

-Я хочу курицы. Жаренной. С корочкой. Наверное, даже с кетчупом. – Произнесла мама, растягивая слова, с каким-то мечтательным видом.

-Ты не любишь кетчуп. Все так плохо?

-Я схожу с ума от этой диеты! – Она взмахнула руками. – Все кроссворды закончились! А врач никогда не отвечает на мои вопросы!

Мама бы никогда не произнесла, что ей плохо, больно или, что она устала. Но она могла выражать это вот в таких жизненных фрагментах, как йогурты или кроссворды. Когда я была маленькой, она пеняла на разбросанные игрушки и мою грязную одежду, но никогда открыто не обвиняла меня в беспорядке. На работе были виноваты неправильно подобранные стили писания или влияние общества на того или иного писателя, но никак не сам писатель.

-С кроссвордами не проблема, а вот ручки я забыла. – Тихо произнесла я, присаживаясь на край ее кровати.

-Они еще есть. – В этот раз, она довольно махнула рукой.

Я, как и обычно, пыталась смотреть на нее с улыбкой и внушить себе, что эти синяки под глазами временное явление. Такое же временное, как и ее худоба и бледность.

За все время, пока она в больнице, мы ни разу толком не говорили о ее болезни. У нас выработалась стратегия игнорирования ее состояния. Нам обеим так было легче. О болезни мы обе говорили с врачом. Отдельно, разумеется. А вместе, мы болтали обо всем на свете. Ну, кроме, разве что, моего маскарада и паршивого поведения Олега. Ее беспокоило, что я так много работаю, и что потратила сбережения, которые копила, чуть ли не с двенадцати лет. Ее слова по этому поводу, я также игнорировала. Даже и не подозревала, как многое я могу игнорировать.

-Я рада, что ты не только работаешь, но еще и успеваешь повеселиться. – Довольно сказала мама, когда я рассказала про танцы и поведение Яна. Про Олега, разумеется, я умолчала. – Но Кристина права. Ты не должна больше впускать его в свою жизнь.

-И не собираюсь. – Встала я и поцеловала ее в щеку. – Мне пора, мам.

-Ты все-таки должна затащить сюда Кристину! Я же знаю, что она приходит вместе с тобой!

-Она переживает из-за того, что нам нужно побыть вдвоем. Ведь с тех пор, как я устроилась на работу, я вижу тебя один раз в неделю. К тому же не прикидывайся! Я знаю, что она, бывает, заезжает к тебе посреди недели.

Мама засмеялась, превращая мою улыбку в искреннюю.

-Хорошо, Мирюшь, до следующей недели.

***

-Из-за этой чертовой ночи, я забыла взять маме ту книгу! – Ругалась я, шагая от остановки к своему дому. – Ты сможешь занести ее ей на неделе?

-Конечно. – Кристина сделала глоток кофе, с таким наслаждением, как будто она пила амброзию, а не капучино.

Оторвав взгляд от ее напитка, я остановилась, как вкопанная.

-Что?

-Ты это видишь? – Указала я в направлении своей парадной.

-О! – Ее брови взметнулись вверх. – Да. Отчетливо.

Я дернула ее за руку и присела около ближайшей машины, заставляя ее сделать тоже самое.

-Эй! – Возмутилась она, но присела рядом. – Нам не по десять лет!

Я недовольно на нее посмотрела и снова перевела взгляд на BMW и стоящего рядом Олега, как будто подставляющего лицо вечернему солнышку.

-Лучше бы было десять! Я бы притворилась, что забыла ключи и влезла бы в окно к бабе Наташе.

Кристина фыркнула, давясь кофе. Ее эта ситуация сильно забавляла. Да, она сделает все, что я ее попрошу, но если она не посмеется, она будет не она.

-На ключи. – Я протянула ей связку.

-Зачем?

-Ты спустишь мне вещи. – Раздельно произнесла я, теряя последнее терпение.

-Ты что в подворотне переодеваться собираешься?

-Могу у бабы Наташи. – Сарказм полился сам собой.

-Ты что, типа и в выходной ходишь в том, в чем на работу?

-Я тебя сейчас стукну!

-А давай попросим пальто у бабы Наташи?

Я ее все-таки стукнула. Она засмеялась и опять подавилась кофе.

-Ну, хорошо-хорошо! Тогда может пальто твоей мамы?

-Ты не находишь, что сейчас не время для обновления моего Пушкаревского гардероба?

-Но, Рюш, это будет странно!

-Сейчас жарко для пальто! – Я уже начинала рычать. Действительно, наверное, нужно было шмыгнуть в окно бабе Наташе.

-Ладно, - Она поднялась и гордо вскинула голову. – Я поищу что-нибудь в гардеробе твоей мамы!

И она стремительно зашагала к моему дому, прежде чем я успела хоть что-то сказать. Я лишь с досадой покачала головой. Вот сижу тут скрючившись у чей-то машины, а ведь могла кататься по миру. Я так мечтала увидеть лавандовые поля Прованса, арочный замок Шенонсо, черные пляжи Исландии, Седлецкий склеп и много чего еще…. Но я жду, когда мне спустят рюмочные каблучки и лупы, чтобы я смогла испортить себе еще один вечер, терпя очень нахального и уверенного в себе засранца!

Я не успела, как следует себя пожалеть, как довольная Кристина вышла из моего дома, прижимая к своей груди пакет. Олег во второй раз окинул ее задумчивым взглядом и снова взглянул на часы. «Может, уедет?» - мелькнула спасительная мысль, но он лишь сложил руки на груди и снова прикрыл глаза, подставляя лицо солнцу. Кристина завернула за дом и обернулась на меня, намекая, что лучше переодеться за домом, чем между машинами. По-моему разницы никакой: и то, и то – унизительно.

Глянув еще раз на Олега и его закрытые глаза, я резко бросилась