Замуж за некроманта - Алёна Кручко

полюбовно, не привлекая официальные инстанции. Кроме вас, — ухмыльнулся. — Иногда удобно быть ректором, правда?

— И как вы сняли не снимаемый в принципе приворот? — едко вопросил ректор. — Да, и кто вы, собственно, такой?

— Корчев. Яслав Корчев, Глава рода и, само собой, некромант. Практикующий. Так, собственно, и снял. На Грань сходили. А вот бледнеть не надо, — Яслав подскочил к посеревшему ректору, нащупал пульс. Положил одну ладонь на сердце, вторую — на затылок, и с минуту так постоял. На лицо ректора вернулись краски, он задышал глубоко и жадно. — М-да. На пенсию вам пора, господин ректор. Нервы ни к чертям.

— Чего вы хотите… господин Корчев?

— Давайте обсудим это завтра. Или через пару дней, как пожелаете. Без детей и с главой рода Зеч, который, я надеюсь, успеет вернуться из своей поездки. Сейчас всем присутствующим остро необходим спокойный отдых. Это я как врач говорю.

— Хорошо. И всё же, каковы ваши пожелания? Предварительно?

— Пока что — несколько дней без школы для детей. Для всех четверых, разумеется. И я хотел бы пообщаться приватно с вашим магистром зелий. Просто чтобы понять… один нюанс. Прогуляетесь со мной по парку, госпожа Наталиэ? Или лучше выпьем где-нибудь чаю?

— Мяса, — с едва заметным сарказмом отозвалась Наталиэ. — А потом — чаю. Мой сегодняшний завтрак давно испарился из памяти, вместо обеда была проверка контрольных, а вот это вот всё — отвратительная замена ужину.

— Принято, — Яслав подал ей руку. — Остальные — шустро по домам и отдыхать. Включая вас, господин ректор!

***

Рей никогда еще не чувствовал себя настолько странно. В таком раздрае: одновременно и разозленным, и довольным, и растерянным. И, пожалуй, немного смущенным. И совершенно точно — счастливым.

Он злился на Зеча — из-за Айзы, на Деметрио — что не уследил и проглядел такую серьезную опасность для всех, но сильнее всего — на себя, за то, что не принял всерьез «спонтанный порыв» Эрики с поцелуем. И все ее выкрутасы позже. За то, что даже не знал о таком мудреном способе приворота. Ну разве не бестолочь? Сам влип и Айзу подвел.

Он был растерян, впервые столкнувшись с тем, что даже взрослые, сильные и знающие могут опоздать. Не то чтобы раньше не знал такую банальную штуку, но чтобы вот так, самому столкнуться… чтобы опоздали, не заметили, не предотвратили — дядя Яслав и дедуля Деметрио… С другой стороны, он увидел, как решительно и быстро дядя принял все меры, едва лишь понял, что происходит. Да, взрослые не всесильны. Но, наверное, гораздо важнее, чем никогда и ни в чем не ошибаться — суметь понять, когда ты ошибся, и всё исправить.

Растерянности, смущения и острой, внезапной радости добавляла и резко усилившаяся связь с Айзой. Рей читал о таком. Инстинктивная реакция подходящей друг другу пары на внезапную и насильственную блокировку начавшей формироваться связи. Слишком академично звучит. И совсем не отражает накрывшего с головой буйства эмоций. Он с трудом оставался внешне спокойным, пока дядя втаптывал в грязь ректора: в любое другое время с удовольствием бы послушал, оценил и поучился, но сейчас хотелось только одного — остаться с Айзой вдвоем. И ничуть не становилось легче оттого, что от нее ощущал очень похожее…

«Домой, отдыхать» обоим не очень-то хотелось. Но все-таки дом оставался для них сейчас самым безопасным местом — оба пока не слишком верили, что вся эта отвратительная история с приворотами окончательно закончилась. Не зря же дядя Яслав запросил для них несколько дней без школы? Да, он всегда мог сослаться на последствия пребывания на Грани, и никто его не уличил бы. Некроманту виднее, правда? Вот только Рей точно знал, что это всего лишь уловка. Долгий отдых никому из них не требовался, плотно поужинать и хорошо поспать — и хватит.

Дома, не сговариваясь, поднялись на балкон под крышей. Совсем рядом полыхал осенним золотом школьный парк, чуть дальше, за начавшими облетать, но все еще густыми кронами, светились окна общежитий, а с другой стороны шумел вечерний проспект. А здесь царили прохладные, тихие сумерки, и казалось, что горгульи на крыше настороже — бдят, не подберется ли кто чужой, не помешает ли. Здесь можно было целоваться, забыв обо всем, но Рей все-таки сказал:

— Извини. Я должен был защитить тебя, а сам…

— Мы оба были слишком беспечны, — ответила Айза, мимолетно нахмурившись. — Но, Рей! Спорим, дядя Яслав нам обоим еще устроит выволочку за эту беспечность?

— И дедуля добавит, — мрачно согласился Рей.

— Ну вот. Давай хотя бы сейчас отвлечемся от всего этого.

И они отвлеклись. Хорошо, вдумчиво и с полным вниманием друг к другу. Их новая связь превратила привычные уже поцелуи и почти невинные ласки в головокружительно яркое, волнующее приключение. И с каждой минутой оба понимали, что не хотят останавливаться. Не хотят сдерживаться. Их тянуло друг к другу — и их магию тоже.

— Стой, — задыхаясь от желания, прошептал Рей. — Стой, а то я не смогу, не остановлюсь. Пойдем вниз. Пойдем… скажем дяде, что хотим пожениться сейчас, да?

— Да, давай. Скажем. Зачем еще ждать?

— Он в библиотеке, — зачем-то уточнил Рей, хотя Айза наверняка и сама чувствовала. Магию дома — их дома — они тоже стали ощущать полнее, и это был еще один знак, что настройка прошла как надо и они готовы.

— И он не один, — добавила настолько же очевидное Айза. — Знаешь, мне кажется, что с ним наставница Роли.

— Он же хотел с ней поговорить, — напомнил Рей. — Пойдем. Роли замешаны в эту историю, так что ничего страшного, если она узнает сейчас.

Если бы Рей знал, о чем они там говорят… Впрочем, зачем себя обманывать? Деликатности в нем было гораздо меньше, чем любопытства. Да и в Айзе тоже.

Они остановились перед неплотно прикрытой дверью в библиотеку. Едва заметная щель, но голоса доносились вполне внятно, и первые же слова заставили переглянуться и замереть.

— Она ведь темная, Яслав. А мой свекор, ты сам видел, абсолютно нечувствителен к цвету магии. К силе — да, но не к вектору. Не знаю, как она его заполучила, да и какая разница — теперь? Никому не интересная безродная бесприданница из черт знает какого медвежьего угла стала женой перспективного столичного мага. Родила ему сына. Выбрала для сына