Избранница Ледяного принца - Lita Wolf

сердце выпрыгнет, а он — не бойся!

Добежав до края, Барсик сиганул вниз.

Я зажмурилась.

Открыла глаза, только когда почувствовала приземление на твёрдую поверхность.

Теперь барс мчался вниз по крутому склону так, что ветер в ушах свистел.

— Налево! — скомандовал принц.

Зверь послушно повернул.

А зачем налево-то? Что там?!

И тут я увидела, куда несётся наша «лошадка». Впереди зияла трещина! А судя по тому, как барс разогнался, он явно собирался её перепрыгнуть!

Демоны!

Издали трещина виделась не очень широкой, но чем ближе мы к ней приближались, тем более обманчивым казалось первое впечатление.

Может, не надо?!

Словно услышав мои мысленные стенания, принц сильнее сжал меня в объятиях.

Обрыв стремительно приближался. Ширина пропасти увеличивалась на глазах.

Барсик напрягся перед прыжком.

Мамочки!

Подлетев к самому краю, барс распрямился как пружина и взмыл над бездной.

От страха я даже зажмуриться не успела. Поэтому прекрасно видела уходящие далеко вниз отвесные стены.

А в следующий миг у меня отключились все эмоции. Остался лишь вопрос — долетим или нет.

Мне казалось, что нет.

Но Барсик, дитя гор, прекрасно знал свои возможности и рассчитал силу прыжка идеально. Когда он коснулся лапами края противоположного обрыва, я готова была его расцеловать.

Дальше он побежал по достаточно безопасному склону, который, надо сказать, закончился весьма опасным обрывом. Проскакав мощными прыжками по скалистому краю обрыва, барс повернул и помчался теперь уже верх по склону.

Что, ещё какой-то сюрприз приготовил?

Не знаю, что там было в мыслях у барса, но сюрприз ждал нас справа — на нагромождении камней стоял горный баран.

Барсик резко остановился и замер, повернув голову в сторону добычи.

Он что, сейчас погонится за бараном?! Только не это! Аленарт для него, конечно, авторитет, но охотничьи инстинкты дикого зверя никто не отменял.

26-2

— Нельзя! — жёстко скомандовал принц.

Хищник, казалось, не услышал его. По крайней мере, взгляда от объекта охоты не отрывал.

Баран, кстати, тоже заметил нас. И теперь стоял, готовый сорваться с места при малейшем нашем движении.

— Барсик, нель-зя! — повторил команду принц.

В это мгновение баран соскочил-таки с камней и пустился наутёк.

Я прямо чувствовала, каким титаническим усилием воли барс заставил себя не броситься за ним в погоню.

— Извини, что лишил тебя обеда, — обратился принц к Барсику. — Но гонка в режиме охоты в наши планы никак не входила.

— Может, стоило отпустить его? — задумалась я вслух. — Пускай ловил бы этого баранчика.

— Если бы он его поймал, мы застряли бы тут надолго, — возразил Аленарт. — Добычу-то кто будет кушать? А оставить её, чтобы потом вернуться — совсем не вариант. Поверь, любители полакомиться свежим мясом здесь найдутся. И никто из них ни на секунду не задумается, что вкусняшка чужая.

— Логично, — согласилась я.

— Ну и как тебе прогулочка верхом на Барсике? — вернулся принц к теме острых ощущений.

— Впечатлила! — ответила я. Сейчас, когда всё закончилось, можно было уже и такие мягкие характеристики употреблять. — Особенно, когда над пропастью летели.

— Рад, что тебе понравилось, — улыбнулся он и добавил таким тоном, что мне стало ясно — путешествие обратно обещает быть не менее острым: — Возвращаемся к лошадям?

— А есть путь не через разлом? — спросила я с надеждой. — Второй раз такого я уже могу не пережить.

— Хорошо, поедем другой дорогой. Правда, там придётся немного попрыгать по скалам, — произнёс Аленарт, всем своим видом ещё раз подчёркивая, что вариантов добраться до лошадей в спокойном ритме у нас нет.

— По скалам так по скалам, — ответила я, уже отчётливо представляя затяжные прыжки от одной скалы к другой.

— Барсик, поехали! — дал команду Аленарт.

Зверь развернулся на девяносто градусов и с присущей ему прытью побежал вдоль по склону по склону.

Только проехали мы немного — впереди нас откуда не возьмись вырос… ещё один барс. По всей видимости, тоже самец. По крайней мере, в габаритах нашему он не уступал.

Барсик резко затормозил и напрягся как струна. Шерсть вздыбилась в один миг.

Проклятье, что же делать?! Это вам не пугливый баран, а сильный и, насколько я видела, очень злой хищник. И на Аленарта надежды мало — вряд ли чужой барс будет ему повиноваться. Но, может, он хотя бы мощную защиту поднимет?

«Незнакомец» злобно рыкнул и, кажется, приготовился напасть. Ему до нас три-четыре прыжка.

Ну всё, конец. Не загрызут насмерть, так подерут.

Аленарт, что, вообще ничего не собирается предпринимать?!

Но едва я собралась обратиться к нему с этим вопросом, «вражеский» барс как-то затравленно сжался, припал к земле и даже немного попятился. Скалиться перестал, лишь брыли нервно подёргивались.

А затем он вообще нехотя развернулся и потрусил восвояси едва ли не на полусогнутых.

— Что это было? — шёпотом вопросила я, всё ещё не в силах поверить, что ситуация разрешилась настолько мирно.

— Очевидно, мы попали на его территорию, — произнёс принц. — Первым его желанием было проучить чужаков, но потом инстинкт подсказал ему, что мы сильнее. Если бы Барсик был один, драке не миновать. Но два мага к нему в придачу — весомый аргумент, чтобы не связываться с такими опасными чужаками.

Моя самооценка дёрнулась и слегка подпрыгнула — ведь я одна из двух крутых магов, которых испугался этот гигантский хищник. По крайней мере, прозвучало именно так.

Дождавшись, когда местный барс скроется из виду, Аленарт пустил Барсика «галопом». И вскоре я забыла, что нам что-то угрожало. Потому что в этот раз скальная акробатика была ещё экстремальнее, чем когда мы ехали вперёд.

Я уже стала мечтать о полёте над трещиной. Воспарил над пропастью и летишь себе над ней тихо-мирно.

А на этих скалах я чуть концы со страху не отдала. Иногда попадались такие выступы, на которых человек вряд ли удержится. Но Барсик умудрялся приземляться на них и следующим же движением отталкиваться. Однажды, правда, — и это было самый ужасный момент — он немного не долетел до выступа скалы. Уцепился за него передними лапами и активно заработал задними. В общем, выбрался с горем пополам.

— Для него это обычная практика, — «успокоил» меня Аленарт.

— А для меня — нет, — только и успела ответить я — мы снова куда-то полетели.

Когда мы вихрем примчались к лошадям, сердце было уже не в пятках, а где-то за пределами тела. Кое-как загнала его обратно.

Аленарт спрыгнул с лошади…