Успешный проект Кэтрин Марлоу - Юлия Арниева

ваш отец хранит где-то некие данные, которые лишат голов многих влиятельных людей Вирдании.

— Бриджет?

— Не уверен, что она в курсе дел отца, — коротко ответил мужчина, догадавшись, к чему я веду.

— Мадам Жанет не знала о делишках отца. Я так понимаю, они не то, о чем можно говорить открыто?

— Верно, мадемуазель.

— Раз не знала, то Парсоны, хоть и были с ней дружны, не могли прямо у нее спросить, впрочем, как и Тиммонзы. Попытки пробраться в дом ранее были?

— Да, дважды. Я позволил им обыскать его, чтобы впредь не лезли, но ваша мать нашла письма в комнате у вашей тетушки… это же были письма? — чуть подался вперед Томас, испытующе на меня посмотрев.

— Да, но вних нет имени адресата, как и подписи отправителя. Можно лишь догадываться, что это пишет Льюис Тиммонз. Я была уверена, что моей матери, так как сразу прослеживается продажа недвижимости Марлоу.

— К сожалению, у мадам Ирмы хорошо получается втереться в доверие, — вдруг зло бросил Томас и снова надолго замолчал.

— Томас, я бы хотела знать, чем занимался мой отец. Я должна быть готовой, если кто-нибудь заявится ко мне с требованиями. Сообщите своему нанимателю, что я не буду лезть в его личные дела, но должна понимать, с чем могу столкнуться.

— Я поговорю с ним, мадемуазель Кэтрин.

— Хм… хорошо. Что ж, прошу в кабинет. Вы можете изучить письма и документы там, — пригласила я мужчину, поднимаясь с дивана, и первой устремилась к двери.

Глава 42

Доверия к Томасу у меня не было, однако скрывать от него переписку я не видела смысла. В любом случае там нет ничего важного, а мне было выгодно сотрудничать с этим человеком. Уверена, он знает гораздо больше, чем мне поведал и намекнул. Я была намерена выяснить об этом прибыльном деле отца все подробности, поэтому предоставила мужчине доступ к любовной переписке двух доподлинно неизвестных нам людей. И только спустя два часа, когда Томас дотошно изучил каждый лист и наконец отбыл в неизвестном направлении, я поднялась в свою комнату и устало опустилась в кресло.

Происходящее со мной выглядело каким-то бредом: глупое обвинение в угрозе; загадочное дело отца Кэтрин; тихоня-тётушка, которая вдруг прошлась по лавкам Этбурга, наверняка намеренно, вынуждая меня прибыть в провинциальный городок, а еще навязчивый женишок. Создавалось впечатление, что вокруг меня сжимается кольцо, сейчас я ощущала себя загнанной волчицей, на которую устроили облаву…

— Мадемуазель Кэтрин, — прервал мои тягостные размышления Эмон, едва слышно постучав в дверь и, дождавшись разрешения войти, смущенно улыбнувшись, проговорил, — я приготовил для вас чай по рецепту моей матушки. Она всегда его пила, когда не могла уснуть.

— Спасибо, Эмон, очень кстати, — поблагодарила мужчину, вдыхая приятный мятный аромат, и, сделав небольшой глоток горячего напитка, добавила, — вкусно.

— Мадемуазель Кэтрин, мсье Томас показался мне опасным человеком… будьте с ним осторожны.

— Да, я заметила, постараюсь, — вымученно улыбнувшись, я снова пригубила чай и, устало прикрыв глаза, прошептала, — Эмон, завтра утром у меня прием у Ее Величества, попроси Дерби приготовить костюм, тот, что с длинным камзолом.

— Эм… уместно ли во дворец, — чуть запнувшись, проговорил мужчина, в его голосе слышалось сомнение и беспокойство.

— Неважно, это будет деловая встреча.

— Как прикажете, — промолвил дворецкий, и вскоре раздался тихий щелчок закрывшейся двери. Просидев некоторое время с закрытыми глазами и грея заледеневшие ладони о горячую кружку с чаем, я наконец залпом осушила теплый напиток, искренне надеясь на его помощь, и направилась в ванную. Там я пробыла недолго, переоделась в ночную рубаху, шаркающей походкой добралась до кровати и, обессиленно на нее рухнув, мгновенно отключилась.

Утром проснулась на удивление бодрой и с отличным настроением. Пока приводила себя в порядок и завтракала, мысленно составила план на сегодняшний день и спустя час, покинув особняк, приступила к его реализации, для начала отправившись к Ее Величеству…

— Герцогиня Милтон действительно не упоминала об этом проекте, — задумчиво протянула королева, вновь возвращаясь к началу расчетов, — мсье Уайт достаточно влиятельный человек, и я верю, что ему удастся довести это дело до конца. Странно, что мадам Милтон об этом умолчала, ведь герцог не требует дотаций, ему всего лишь необходимо наше разрешение.

— Думаю, у мадам Милтон много разных проектов, и она просто упустила этот из виду, — произнесла, не желая быть доносчицей, но мой маневр не остался незамеченным Ее Величеством, и та, улыбнувшись, промолвила:

— Мадемуазель Кэтрин, вы очень добры… Элис, Присцилла, оставьте нас!

Две фрейлины, неизменные спутницы королевы, тотчас поднялись с диванчика и поспешили к выходу. И только за молчаливыми особами закрылась дверь, как Ее Величество, с тихим стоном закинув ноги на пуфик, пробормотала:

— Лечебные воды мне нисколько не помогли, ноги все так же тянет и жжет.

— Ваше Величество, позвольте, я осмотрю их?

— Ты разве лекарь? Из Франбергии один был, знаменит — и тот не помог.

— И все же, возможно я знаю, как облегчить вашу боль, — настояла на своем. Королева, бросив на меня недоуменный взгляд, все же соизволила поднять подол, показав во всей красе вздутые вены на ногах.

— Страшные? — спросила Ее Величество, быстро одёргивая платье, и сама же ответила на свой вопрос, — страшные.

— Я сделаю для вас мазь с конским каштаном, он поможет вам. Окончательно избавиться не получится, но болеть будут меньше, — произнесла я, игнорируя насупленный взгляд королевы, и принялась перечислять способы, которые должны облегчить страдания женщины, тут же пару из них под смущенное сопение продемонстрировав на болезной. После легкого массажа и поднятых на стол ног отек немного спал, а тянущая боль исчезла. По этому случаю Ее Величество, пребывая в отличном расположении духа, пообещала неукоснительно следовать моим рекомендациям и тотчас потребовала, чтобы секретарь поставил печать на проект Дерека Уайта.

— Не думай, будто я установила свою резолюцию из-за твоего врачевания, — с усмешкой проговорила королева, медленно поднимаясь с кресла, — проект хорош сам по себе. Не требует дотаций из казны, однако о нем будут говорить как о королевском.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — произнесла, принимая важный для Дерека и многих женщин Вирдании документ.

— Иди и не забудь, завтра мы едем в приют, — распорядилась королева, взмахом руки отпуская меня,