Поймать жену, или Секретарь под прикрытием - Марина Ружанская

Что ж, возможно так и есть.

Не знаю, как и когда появилось мое маниакальное желание все и всех контролировать: подчиненных, управляющих и даже собственную жену. Словно без моего контроля все рассыплется как карточный домик от единственного порыва ветра.

Стоило признать, что пока что рухнул лишь наш брак с Мелиссой. И что с этим делать я понятия не имел.

В груди сжалось от мрачного предчувствия, а на губы само собой наползла горькая усмешка. Что ж, эта девушка умеет отстаивать свои интересы, пусть и такими дурацкими методами. А еще вдобавок грызло чувство вины и сомнений из-за того, что я так и не приставил к Мэл охрану. Или сам не составил ей компанию.

Взгляд упал на очередную папку с документами Академии. Не знаю, что еще я собирался в ней найти. Доказательств коррумпированности бывшего руководства этого учебного заведения хватит на пять томов уголовного дела. Но меня не оставляло чувство, что за всей этой историей стоит что-то большее чем простая человеческая жадность. Особенно учитывая внезапную смерть основного подозреваемого.

В конце концов, голову удалось занять тем, что мне пока что удавалось лучше всего: работой. Провалившись в увлекательнейшее чтение личных дел работников и тех студентов, которые меня больше всего заинтересовали.

Магистр Лилиана Одри была из семьи магистратского клерка и учительницы, младшая дочь из многодетной семьи среднего класса. Звезд с неба не хватала, но была неплохим целителем, работала в Имперской больнице св.Иланны, но пять лет назад пришла преподавать в Академию. Сколько ей? Ого! Уже хорошо так за сорок. Но как любой светлый маг Лилиана умела поддерживать внешность магией и заклинаниями, и выглядела отменно. А вот с личной жизнью у целителя не сложилось: не замужем и без детей.

Энтони Грант… Старый друг, которому я был обязан жизнью. Ловелас, балагур и франт. Подумать только, прошло восемь лет с нашего выпуска! Что и говорить, все пять лет учебы мы были неразлей вода. Мы были лучшими друзьями и сильнейшими студентами на потоке. Когда Тони все же не смог пройти Инициацию и получить камень архимага, это стало удивлением и для наставников и для него самого. Но он сумел принять это и остался преподавать, а я отправился на поиски Мелиссы и дальше на войну.

Кто там еще?.. Франческа Перес, вдова отставного капитана лейбгвардии, в Академии работала почти тридцать лет и буквально приросла к кожаному креслу главного бухгалтера. В связях с шаккарцами или преступным миром замечена не была, но похоже на вопрос “два плюс два” как никто умела отвечать “а сколько нужно?”. По своему студенчеству я ее не помнил, да и не было мне дела в те годы до администрации. Ректором в ту пору был пожилой мэтр Хоакин, а в его приемной тогда заседала такая же почтенная секретарь медлительная и строгая. Три года назад ректора сменил ныне покойный Ваймс.

А сейчас и я сам… Кто бы мог подумать.

Кухонные работники, которые так бесили Мэл оказались сборной разношерстной компанией работяг. Биографии почти как под копирку: дети столяра или рыбака, не замечены, не привлекались. Разве что эльф, как там его?.. Феанор Ильфукиир. Что-то знакомое… Надо будет дать задание подчиненным в Инквизиции проверить его по картотеке. Великанша Мартиша Ягрум была полукровкой из Иклтона, что у подножия Хадских гор. И, похоже, в полной мере унаследовала характер родителя-орка: взрывной, громкий и скандальный.

С профессором Флоксом было проще всего - его и так знала каждая собака среди магов. Одаренный темный архимаг, победитель Баатезу и Черного дракона. Легенда своего времени. Во время моей учебы мы почти не пересекались, он вел демонологию у темного факультета. А теперь, похоже, все что интересовало семидесятилетнего профессора - это шерстяные носки, связанные любимой женой, и сытный ужин.

И, наконец, Роберт Маккейн. Не хотелось признавать, что я ревную собственную жену к студенту-старшекурснику, но при одном воспоминании о наглеце начинали скрипеть зубы, а скулы сводило от ярости. Хотя, возможно, в его годы я был таким же, если не хуже. Но это не повод подкатывать к моей законной супруге.

Мыслей о разводе и уж тем более эпитетов вроде “бывшая” я даже не допускал. Она моя жена. Моя Мелли. Я искал ее восемь лет и больше не потеряю чего бы мне это не стоило. Эта глупая ошибка нас не разлучит. И уж тем более какой-то студент.

Собственно, я как раз был занят изучением приторно идеальной биографии Маккейна, когда пришло сообщение от маркиза Вингардо о взрыве возле храма Иланны. Злость и досада, а также острое чувство беспокойство, заставили оторваться от короткой жизни старшего сына барона Маккейна владельца конных заводов в восточных степях. Одаренный маг с потенциалом на архимага, отличник, чемпион соревнований по боевой магии, красавец и, наверняка, любимец женской части Академии.

Бесит.

Вдаваться в подробности Рок не стал, лишь коротко и четко доложил о происшествии и отключился. Судя по тону донесения ничего критичного, но меня не отпускала уверенность, что в данном происшествии окажется замешана и некая неугомонная белобрысая особа с фееричным талантом влипать во все существующие неприятности. Прозвище “мисс Катастрофа” которым ее когда-то наградил маркиз подходило как нельзя лучше.

Спустя минуту телепорт привел меня на площадь Пресветлой богини. Первым бросился в глаза нелепого вида толстяк-охранник, который уже много лет исправно подпирал храмовые ворота. Раскрасневшийся и встрепанный он вытирал со лба испарину несмотря на холодный осенний день, и что-то несвязно пояснял суровому долговязому следователю, который деловито переносил его слова в протокол.

Бедолага. А ведь до того единственной его заботой были разве что воришки, которые целились на ящик с пожертвованием.

Внутренний двор впечатлял дырой в три метра диаметром, раскуроченной каменной кладкой и пострадавшим фонтаном. Воду в самом фонтане благоразумно заморозили прибывшие следователи, но и без того площадь оказалась изрядно подтоплена и сейчас хлюпала под подошвой сапог.

А рядом с начальником следственного управления, конечно же, стояла знакомая беловолосая фигурка.

Восклицать: “Я же говорил!” было глупо, поэтому встретившись взглядом с любимыми карими глазами я лишь бегло убедился, что она в порядке и попросил ввести в курс дела. Все эмоции после. Выяснение кто прав и виноват тоже.

Мелисса стояла прямо и ровно, обхватив себя руками, словно озябла и отводила взгляд. Неужели чувствует себя виноватой? Или чего-то боится?..

Что ж, может быть, наконец, она признает, что не стоит себя вести как несносный подросток и воспринимать заботу не как покушение на ее