Небо в призраках - Мария Печурина

головой, — для этого ему и оборотни не нужны. Будем надеяться, что они это понимают. Ведь они хотели убить меня, чтобы избавиться от него. А потом можно начинать войну. Ричард сказал, что им нужны земли, ресурсы — все, что стало так ценно в мире.

— Тогда начало войны лишь дело времени, — задумчиво отвечает мне Дэвид и, будто вспомнив о чем — то важной, вскидывает голову. — И когда Генри пройдет обращение?

— Может, он и не пройдет его, — пожимаю я плечами, стараясь не показывать и виду, что меня это волнует.

— Пройдет, слишком много в мальчишке от вампира, — он бросает на меня быстрый взгляд. — Ты же знаешь о его привязанности к тебе?

— Знаю, — тяжело вздыхаю, потирая лоб. — А ты как догадался?

— Догадался? — смеется Дэвид. — Кажется, об этом узнали все, как только в прошлый раз он появился в лагере, — и на мой вопросительный взгляд он отвечает: — Мальчишка хоть и человек, но инстинкты не поборешь.

— Инстинкты, — будто эхом повторяю я.

— Он даже рискнул мне вызов бросить.

— И ты принял? — любопытства ради спрашиваю я. Вру. Мне становится как — то не по себе от мысли, что Дэвид свернет принцу шею.

— Нет, — отрезает вампир и, вмиг став серьезным, произносит: — Идти против истинной пары, такое же преступление, как убийство кого — то ради развлечения. Надеюсь, ты это понимаешь.

Под этим вопросом кроется намного больше смысла. Дэвид извиняется за то, что уступил меня слабому человеку, хотя мог бы и не делать этого. Обижена ли я на вампира? Было бы за что…

— Я все понимаю, — в итоге шепчу я и, подняв на него невинные глаза, добавляю: — Я давно не питалась. Мне неудобно просить тебя об этом…

Не давая мне закончить, Дэвид накрывает мою руку своей огромной ладонью.

— Ты всегда можешь просить меня о помощи, Габи, — тихо произносит он. — Конечно, я покормлю тебя.

***

Сон все никак не идет ко мне, а Дэвид, прижав меня к стенке, безмятежно посапывает рядом. Ни он, ни я не делали попыток свести все к близости. Поэтому я лишь покормилась от него и обессиленная от насыщенной силой крови, попросту осталась спать в комнате вампира.

Я планировала отправиться в дальнейший путь сразу же, как стемнеет, но Дэвид уговорил меня побыть в лагере до середины ночи. Объяснил он это банальной предосторожностью. Скорей всего, если оборотни ждут меня где — то, то в самом начале ночи, а так я спутаю их карты, заставлю нервничать в ожидании.

Пока он отдавал указания насчет усиления охраны лагеря, я успела разжиться небольшими запасами на кухне. Наш повар пытался нагрузить меня пудовой сумкой еды, но мне это было не к чему. В этом пути мне нужна легкость, а ведьмы, я надеюсь, не ждут, что им принесут гостинцы.

В итоге в его комнату мы попали на закате. И теперь я лежу рядом, уткнувшись в стенку и отсчитывая секунды. Я никак не могу избавиться от мысли, что Генри может об этом узнать, а он обязательно узнает. И это заботит меня все сильней и сильней.

В итоге, поднявшись, я невольно бужу Дэвида. Он смотрит в окно и тяжело вздыхает:

— Скоро выдвигаться.

— Да.

— Хочешь, я пойду с тобой, — неожиданно предлагает он. Я улыбаюсь, качая головой.

— Мне будет лучше одной, — я не сомневалась, что Дэвид беспокоится обо мне. Не зря я доверяла ему и чувствовала себя с ним защищенной. — Лучше позаботься о Генри.

— Я уже отправил в замок гонца, как ты и просила, — вытягивается он, закинув руки за голову.

— Спасибо.

Заставлять Генри возвращаться в замок я не намерена, но и не сообщить Еве, что ее сын в порядке, я тоже не могу.

— Я постараюсь, чтобы его пребывание здесь было запоминающимся, — хмыкает Дэвид, наблюдая за мной.

— Только не перестарайся, — возвращаю ему улыбку, проверяя свои вещи. — Займи его чем — нибудь — заставь его попотеть, девушку ему подложи. Пусть у него сил на глупости не остается.

— Девушку? — переспрашивает Дэвид. Из всего сказанного мной он, видимо, ухватил лишь это.

— Ты меня понял, — бросаю я на него многозначительный взгляд.

— Не собираешься с ним попрощаться? — уже серьезно интересуется он, одаривая меня укоризненным взглядом.

— Он, наверное, уже спит, — пытаюсь отвертеться я.

— Сомневаюсь, Габи.

***

Взгляд и слова Дэвида меня пристыдили. Я все — таки не маленькая девочка, чтобы страшиться мальчишку, но я страшусь. Не его конкретно, а чувств, которые проскальзывают во взгляде принца.

Я стою перед его дверью в нерешимости. Так уже было однажды и повторяется снова. Собравшись, я поворачиваю ручку двери, за которой располагалась когда — то моя комната. Странно, что его поселили именно сюда, а, может, у Жака странное чувство юмора.

Дэвид прав. Генри не спит. Он застывшей статуей стоит у окна и не сводит взгляда с неба. Мое присутствие выдает мелькнувший в коридоре свет, когда я, будто воровка, бесшумно прокрадываюсь внутрь.

— Я думал, ты уже ушла, — тихо произносит он, так и не обернувшись. Я чувствую горечь в его голосе.

— Дэвид уговорил меня остаться подольше, — зачем — то сообщаю я. — Мне нужна была кровь. Он согласился, — и, будто оправдываясь, добавляю: — Между нами ничего не было.

Генри поворачивается ко мне. Усталые глаза на бледном лице скользят по мне грустным взглядом.

— За этим ты пришла? — жестко произносит он. От его тона замирает сердце, и тянущая боль заставляет сделать рваный вдох.

— Нет, — отвечаю я принцу, снимая с шеи кулон. Подойдя к Генри, я осмеливаюсь взять его за руку. Вкладываю ему в ладонь украшение и сжимаю в кулак. Я смотрю ему в глаза и произношу: — Думаю, у тебя он будет в безопасности. Я вернусь к тебе… за ним.

Разворачиваюсь, не в силах выдержать взгляд принца. Не знаю, что там больше — жалости или любви. Только я дохожу до двери, как Генри прижимает ее ладонью, не позволяя мне уйти. Он склоняется надо мной, его дыхание обжигает мою кожу. Так близко, так волнительно.

Я не отдаю себе отчета, когда, повернувшись к Генри, обхватываю его шею руками и притягиваю к себе. Поцелуй затягивает, но стоит ему смешаться с моими солеными слезами, как я резко отстраняюсь и выскакиваю за дверь.

Не думала, что будет так сложно расстаться с бедовым мальчишкой с насмешливым взглядом.

Глава 19

Полгода спустя…

Ночь, когда я покинула лагерь, я помню довольно смутно. Выйдя от Генри, я сломя голову бросилась бежать. Чуть погодя, опомнившись,