Ирина Чернова - И аз воздам

— И ты за два месяца не смогла ее сломать? — насмешливо спросил темноволосый. — Ты же сильный маг, что тебе помешало?

— Не получается и все, — лучше быть по возможности краткой, чтобы не попасться на ерунде.

— Знаешь, я начинаю в тебе сомневаться, — бросил сухощавый. — Если бы не настоятельная необходимость, я бы никогда не имел дело с женщинами. Деннель, может быть, ты попробуешь, раз у Дайлерии ничего не выходит?

— Я согласен, но сегодня уже не получится, лучше всего это будет сделать завтра, когда все закончится, — Деннель вопросительно посмотрел на меня.

— Конечно, завтра будет лучше всего, — я сидела, как на иголках.

— Между прочим, завтра ты обещала мне какой-то сюрприз, — Бейрис послал мне завлекающий взгляд, от которого закрутилось все внутри.

— Какой еще сюрприз? — вскинулся сухощавый. — Дайлерия, я не люблю недомолвок! Бейрис, что за сюрприз?

— Да откуда же я знаю? — попытался оправдаться Райшер. — Она так это сказала… я вообще думал, что это про другое…

— Про что «про другое»? — темноволосый тоже заинтересовался таинственным сюрпризом. Я также была очень заинтересована, только вот спросить мне о нем было не у кого, в отличие от моих собеседников и приходилось хранить таинственное молчание, надувая щеки для важности.

— Ну, что я могу тут остаться… на правах хозяина… — надулся Бейрис.

Сухощавый и темноволосый переглянулись и дружно рассмеялись. Презрительно так получилось, а Райшер и вовсе скис при этом, потеряв все свое обаяние.

— Дайлерия, — начал уламывать меня сухощавый, — что у вас за сюрприз припасен? Если он действительно предназначен только для Бейриса, то шут с вами, ваши постельные дела нам неинтересны, уж поверьте. Больше всего меня интересует дело, о котором мы с вами говорили и успех всего задуманного и уже наполовину свершенного. Вы понимаете, почему я сказал, что наполовину? Он, — мужчина показал глазами на потолок, — все же оправился, что не делает вам чести, охрана усилена и во всем этом есть лишь одно положительное звено — гибель вашего мужа. Чтобы продолжить начатое, вам осталось немного.

— Это был лично для него, — я изобразила смущение, как могла, потупив взгляд.

— Вилта уберут завтра, — Деннель поигрывал носком сапога, — на Дайлерию и Скорана не пало никаких подозрений, я об этом позаботился. Нового вилта создадут, как только поутихнет шумиха и это будет решающий бой.

— Хорошо, — кивнул сухощавый, бросая на мой диванчик взгляд через плечо с некоторым оттенком брезгливости, — тогда пора расходиться, а то наше долгое отсутствие вызовет законное подозрение у остальных гостей. Дайлерия, ваше дело — помогать Деннелю завтра. Надеюсь на удачное завершение.

Он вышел из гостиной, за ним темноволосый, потом Деннель, скользнув оценивающим взглядом по мне и Райшеру. Шаги уже затихли в коридоре, а Бейрис потянулся ко мне, целуя в спину и заодно прощупывая на предмет сопротивления руками на талии.

— Дорогая… м-м-м… я так соскучился…

Руки уже переместились в область декольте, укладывая меня к нему на колени, ворошили прическу и всячески пытались забраться под ткань платья. В животе стало тепло, начала кружиться голова и тело стало само выгибаться ему навстречу…

Возможно, встреться я с этим Райшером в другой обстановке, я бы и запала на него если не с первого, то уж со второго взгляда наверняка, но как раз сейчас у меня не было никакого желания не только ложиться с ним в одну постель, к чему шло дело, но и находиться рядом, чему способствовало нешуточное раздражение от его присутствия. Причину этого было долго выяснять, подумать на досуге можно, а вот как избавиться от неприятного кавалера, надо было решать в срочном порядке. Опять тело Дайлерии пришло в полное несоответствие с моими мозгами и подобное расхождение, как в случае с Сергио, грозило неприятными последствиями. Мальчишку можно было прогнать, а вот как избавиться от Райшера?

— Пусти-ка меня, — попыталась я рывком подняться с дивана, где этот прощелыга уже вовсю шустрил у застежек платья.

— Дорогая… куда же ты… — он определенно вознамерился совершить прямо здесь свое черное дело и держал меня крепко. — Ты чего, Лерия? Не нравится, что ли? — уже другим тоном спросил он. — Тогда пошли к тебе, пусть там остальные жрут, поваляемся да вернемся.

— Не хочу я валяться, — пнуть его в причинное место было нелегко, но действенно. — И ко мне идти нечего, не время еще.

Лучше бы я этого не говорила, потому что на диванчике началась борьба не на жизнь, а на потерю самоуважения, о котором Райшер и не подозревал. С трудом скинув его на пол, я отошла подальше поправить платье и сбившуюся прическу, а неудачливый кавалер сел, потирая бока и хмуро рассматривая меня издалека.

— Чего тебя укусило, Лерия? Все нормально было, сама говорила, а тут ишь, размахалась ногами… Получше кого нашла? Или совесть замучила? Хотя у таких, как ты, совести нет и в помине. Чем это я нехорош вдруг для тебя оказался, можешь сказать?

— Могу, но не сейчас, — притопнула я ногой под широкой юбкой. — Каприз у меня случился, вот и попала вожжа под… мантию. Не пытайся понять тонкую женскую душу, а прими, как данность. Можешь пообижаться, разрешаю. Но сейчас не лезь, потому как все равно не поймешь, а объяснять долго да и не хочется. Поэтому мы сейчас приводим себя в порядок и возвращаемся в зал, где проводим время до конца. Потом… что у нас потом?

— Значит, ты меня к себе сегодня не пустишь? — утвердительным тоном заявил Райшер. — А завтра?

— Завтра и будет «завтра», — отрезала я. — До него еще дожить надо.

— Да доживем, чего тут думать, — Райшер завлекающе заулыбался в ожидании смены настроения, не дождался и поднялся с диванчика, разом стерев всю привлекательность. — Какая-то ты сегодня… другая, на себя не похожая. Ну да поспи одна, пройдет каприз-то, поди… — при этих словах он стал похож на сухощавого, скорчив брезгливую рожу и я похвалила себя, что не поддалась на первоначальное обаяние. — Смотри, как бы поздно не было!

Он выжидательно посмотрел на меня, но я стояла насмерть, как скала, и поддаваться на уговоры не собиралась. И это им мне предлагала попользоваться Дайлерия?

Завалившись спать, я еще долго вспоминала этот день. Что-то неладно в королевстве Датском, пардон, в Лионии. Хохма про заговоры оказалась близка к истине — четверка мужчин в гостиной мне не понравилась до такой степени, хоть беги прямо в столицу и кричи, что тут творится. Ну добегу, ну сообщу — а где у меня доказательства? Для всех я Дайлерия, которая так тесно с ними связана, что и не оторвать. Да и зачем мне это все надо? Из любви к справедливости? Так я послезавтра распрощаюсь с этим миром, а дома меня ждет квартира… мысли потекли в более приятном направлении и я стала думать, как перевозить мебель назад и не попортили ли новые жильцы мою кухню. Со здешними проблемами пусть здешние обитатели сами разбираются, от меня лично тут мало что зависит, у меня другие заботы. В комнате было темно, в кровати — тепло и уютно и с прекрасными мечтами о будушем я уснула.