Плутовка против некроманта. (Не)желанная для ректора (СИ) - ЮЭл

передумает? Завтра проснусь, а мои вещи на улице, и меня гонят старой метлой в сторону дома?

Друзья переглянулись, улыбнулись друг другу, а затем, смеясь, в один голос, выдали.

— Да кому ты нужна? — Агат

— Не переживай, ты уже совершеннолетняя и можешь находиться в академии.

Им легко говорить. Сомневаюсь, что в случае отчисления хоть одного из них ждет свадьба с вдовой-старухой.

Я посмотрела на дальний стол слева от входа. Там среди остальных преподавателей пустовало два места. С тех пор как ректором назначили некроманта: господин Фоер отсутствовал чаще, чем присутствовал; преподавательский состав поредел вдвое; а готовить нам стали больше и лучше. Об этом каждый завтрак, обед и ужин упоминал Агат. Ума не приложу, и куда это все уходит. Ест за троих, но продолжает оставаться худым, как щепка.

— Что, Лерим, никак не наполнишь желудок? Так бывает, когда семья не способна обеспечить детей едой. Небось, только тем, что вырастили и питались.

Стэлла имела обыкновение появляться неожиданно и не вовремя.

Агат, действительно выросший в большой и бедной семье, был ей ненавистен больше всех остальных студентов. А все потому, что только ему хватало смелости и упорства продолжать портить планы белокурой девы. Этот раз не стал исключением.

— Ну, почему же, — он прожевал, вытер руки протянутой мною салфеткой и продолжил. — Мы с братьями ещё прекрасно ловили рыбу. А увидишь, как я охочусь, дара речи лишишься. Но самое раздражающее для тебя, должно быть, не то, насколько я талантлив в способах выживания, а то, что я ем как бык, но остаюсь стройным, как газель.

И чтобы закрепить эффект, эта стройная газель встала и демонстративно провела руками вдоль всего тела. Мол, смотрите, какой я красивый.

Стэлле это не понравилось настолько, что она не удостоила ответом нашего друга. Развернулась на каблуках и пошла прочь из столовой. Видимо, она не может позволить себе питаться как конь.

— Надо поговорить, — прошептал Рэм, сквозь смех всех присутствовавших при моральном уничтожении Стэллы.

— Ты сказала, что ректор озвучил число в девяносто два студента.

— Девяносто три, если учитывать меня.

Рэм протянул мне одну из булочек, что забрал с собой из столовой.

— Девяносто три-и-и… — протянул он.

Любила наблюдать за тем, как рыжеволосый думал. Его брови сдвигались к переносице, образуя две морщинки между ними. Губы превращались в тонкую линию. В движениях появлялась какая-то странная раскачка.

Спустя несколько месяцев дружбы я переняла эту привычку. Однажды, прочитав лекцию и сидя у камина, я размышляла о странной истории Богов, которые неизвестно откуда появились, и осознала, что, раскачиваясь в широком кресле.

— Я тоже заметил.

Агат присоединился к нам и, взяв меня под руку, бодро шагал по академическому саду.

— Заметил что?

Похоже, мои друзья успели понять что-то, остающееся для меня неизвестным.

— Это странно. Вряд ли исключения в первой в стране академии магии остались бы неизвестными.

— Конечно. Король лично следит за тем, чтобы у нас все было. Отчисления могли негативно сказаться на статусе. — Агат отнял мою булку, которую я перестала есть, пытаясь определить, о чем же они говорят. — Уферен, мы бы услышали об исключение даже одного, не говоря уже о дефяти.

— Подождите-ка, — дошло до меня то, о чем говорили друзья. — Вы хотите сказать, что в академии было сто два студента?

— Сто три, если считать тебя, — Поправил меня Рэм.

Я разинула рот от удивления. В академии исчезло десять учеников, и никто не стал бить тревогу. Проверки короля обрели причину. Я бы тоже ездила собирать информацию по своей территории, пропадай у меня ученики.

Всплыли в памяти слова ректора, и я решила поделиться ими с друзьями:

— Алексан считает, что к исчезновению могут быть причастны преподаватели.

— А что думает ректор?

Непоколебимая вера в мудрость нового ректора, появившаяся у Рэма после нескольких случаев, доходила до безумства.

— Что рано кого-то обвинять, — пробубнила я.

— Согласен, — кивнул самому себе он.

— Я тоже, — не остался в стороне, Агат.

Мне оставалось только тяжело вздохнуть и принять поражение. Так повелось, что наша дружба, начавшаяся с драки, стала крепче любого металла. Друг за друга и в огонь, и в воду. И раз эти двое решили, что ректор прав, мне не остается ничего иного, кроме как принять это за истину.

— А теперь о важном, — понизил голос до шепота рыжеволосый. — Завтра идем в город. Как всегда, после полуночи. Правила те же: на глаза никому не попадаться; быстро передвигаться; держать язык за зубами.

Глава пятая — Странно говорящий гость

"Уши даны нам, чтобы слышать, а случайности, чтобы подслушивать"

Любила ночную академию. Ни одной живой души. Несмотря на то что не существует правила, запрещающего передвигаться по ночному училищу, оно пустовало всегда.

По крайней мере, так было раньше.

— Дорогой друг, что ты здесь делаешь?

Алексан Фоер, громкий басом, поприветствовал того, кто оставался в тени.

Я мышкой юркнула под лестницу и притаилась, затаив дыхание.

Надеюсь, Рэм и Агат успели выйти из дверей академии. Эти двое настолько часто переругиваются, что могут не заметить неожиданных свидетелей.

— Мне тут птичка на хвосте принесла, что вы в полной заднице.

Я попыталась понять значение фразы «в полной заднице», но ничего, кроме объемных габаритов отцовской тетушки, в голову не лезло. А вот маг огня, видимо, знал, о чем идет речь.

— Есть такое. Неужто Гекат решился к тебе обратиться.

— Дождешься от него. Чертов засранец подошел к калитке моего дома, постоял, развернулся и ушел. Эва в бешенстве. Мы все знаем, что бывает, когда она в бешенстве.

— Да-а-а…

Ума не приложу, кто эта Эва, но она определенно мне нравится. Если уж Алексан с опаской реагирует на ее раздражение, что это за особа должна быть очень сильной.

— Где он? — задал вопрос ночной визитер.

Я перестала дышать в ожидании ответа. После нашей ночной встречи, где ректор застукал меня за подслушиванием, мы не встречались. И если честно, я была бы и дальше рады не видеться.

— За пределами академии.

После ответа господина Фоера, казалось, мой выдох облегчения расслышала вся академия. Следующие слова преподавателя развеяли опасения.

— Может, выпьем?

— Я не против. Где кабинет этой редиски?

Я бежала в сторону выхода, сомневаясь, что ребята меня дождались. У нас были правила, которым надо было следовать неукоснительно. Если спустя десять минут после назначенного времени кто-то отсутствует, его оставляют. Вероятнее всего, опоздавший был пойман или не смог покинуть свои покои из-за еще не спящего соседа. Я была единственным студентом академии, у которого не было соседа, так что меня