Хорошей ведьмочки должно быть много - Нелли Видина

которые всего на несколько лет его моложе, сами должны были думать о последствиях. Но по какому праву я полезу со своим ценным мнением в чужие дела?

— Госпожа, — Блез остановился, всмотрелся в потемневшее небо, — нам стоит поторопиться.

— А?

Кажется, Блез увидел что-то настолько нехорошее, что личные переживания были забыты в одно мгновение. Парень рванул со всех ног. Я припустила следом, но в отличии от парня выдохлась моментально: через сотню шагов, если не раньше. Появилась одышка, я закашлялась, хлебнув поднятую ветром пыль, пальцы соскользнули по бархатистой ткани сюртука.

Я остановилась, держась за бок — закололо.

Ну всё, вот теперь я попала: Блез завернул за угол. Как я нужный дом найду, когда они все одинаковые? Найти-то можно, достаточно вернуться в магистрат и попросить помощи. Только вот не зря Блез на бег сорвался. Надвигается непогода, и буря будет страшной. Архитектура города говорит сама за себя — тут такие катаклизмы частое явление.

Мамочки, что же мне делать?

— Госпожа!

Надо же… Не бросил, заметил, что я пропала.

— Простите. Плохой из меня бегун.

— Госпожа, быстрее.

Ветер уже не просто дул, он сдувал.

Блез ухватил меня за руку и довольно бесцеремонно поволок за собой, но возмущаться мне и в голову не пришло. Напротив. Я не могла поверить, что парень готов взять меня на буксир и упрямо тащить за собой. Бегемотик на верёвочке.

Может, это всё-таки сон? Не бывает в жизни таких потрясающих мужчин.

Забег продолжился. Я снова задыхалась, но остановиться я себе не позволила — стыдно подводить Блеза.

Как мы добежали до дома не помню. Поднялась настоящая пыльная буря. Мне кажется, под защиту толстых каменных стен мы ворвались чуть ли не в последний момент. Я осела на ближайший стул.

— Госпожа, как вы?

Я снова закашлялась.

Парень присел передо мной на корточки, протягивая стакан с водой.

— Спасибо. Часто у вас так погода чудит?

Блез наклонил голову к плечу.

— Госпожа, разве Белоусова, разве вы не почувствовали?

— Не почувствовала что?

Я допила воду, и Блез забрал у меня пустой стакан, выпрямился.

— Магию, разумеется. Силу.

Оу.

Блез вздохнул.

— Когда-то в этих краях простиралась плодородная долина, цвели сады, а потом с востока пришла Проклятая Пустыня. Её дыхание долетает до нас порой несколько раз в день. Иногда реже, иногда чаще.

— М-м-м… Господин Ириас, простите, но… Зачем жить в столь недружелюбном месте? Я не о вас лично, а о городе в целом.

— Госпожа, это не совсем город. Это один из семи фортов на границе с Пустыней. Цепь укреплений создана, чтобы не пропустить Пустыню дальше. Мы и так потеряли слишком много земли. Если мы позволим, Пустыне идти дальше, то однажды жизни на земле не останется.

Ничего не понимаю.

— А как можно не пустить Пустыню?

Я всегда считала, что природные зоны определяются климатом. При чём здесь военный городок?

— Госпожа, это же не настоящее опустынивание. Это действие очень мощного проклятья.

— И? — всё равно не понимаю.

— У вас на родине иначе?

— Иначе, — согласилась я. — У нас магию не практикуют.

— Оу. Разве такое возможно? Я попытаюсь объяснить, госпожа. Если коротко… Маги, чьи жизни уносит проклятие, становятся Эмиссарами Пустыни. Именно они присоединяют к мёртвым землям новые территории. Задача гарнизона и вольных охотников уничтожать Эмиссаров. Мой отец был боевым магом. Погиб во время рейда.

— И вы пошли по его стопам?

Блез говорил невыносимо спокойно. На лице эмоций ноль. А стакан, зажатый в руке, треснул. Я вздрогнула.

— Семья должна была на что-то жить, — глухо пояснил парень.

Блез проследил за моим взглядом, увидел осколки и ручеёк крови.

— Простите, госпожа, я вынужден вас оставить.

Ни ответить, ни предложить помощь я не успела.

Блез…

Глава 5

В одиночестве я оставалась ненадолго. Из-за угла одна над другой высунулись две одинаковые мордочки и озарились широкими улыбками. Тьфу. На близнецов я посмотрела без всякой приязни.

— Вам сколько лет? — не удержалась я.

Мальчики переглянулись:

— Четырнадцать. А что?

— В моём мире это как раз возраст ответственности, — уточнять, что исключительно уголовной, я не стала.

Чёрт, вот что меня опять тянет в незваные воспитатели? Не лезь в чужие семейные дела — золотое правило между прочим! Только здравый смысл испаряется, стоит вспомнить нахохлившегося ссутулившегося Блеза.

— Зануда ты, — отмахнулись они, — и ничего не понимаешь, хоть и ведьма.

Неужели?! Меня опять злость разобрала, но я сдержалась, только фыркнула и с независимым видом потопала в знакомую гостиную. А куда ещё? Гостевой комнаты мне не дали. Это не упрёк, ни в коем случае. Свалилась я Блезу на голову неожиданно, тут не до гостеприимства. К тому же никакая комната мне и не нужна, мне домой пора. Правда, похоже, сразу вернуться не получится, придётся пару часиков подождать, пока Блез будет готов провести ритуал. Эх, скорее бы.

Я зевнула, подумала и, решительно скинув мокасины, с ногами забралась на диван. По местному времени сейчас, как я поняла, первая половина дня, но у меня-то вечер был. В сон клонит нещадно — я привыкла ложиться рано. Укутавшись в плащ, я подложила под голову руку. Не очень удобно, но вполне терпимо.

Уснула я быстро. С засыпанием у меня никогда проблем не было. Я представляла, как скручиваю хлопковую вощёную нить насыщенного фиолетового цвета и по ней соскальзывают в объятия Морфея. Помогло и в этот раз. Мне снились узоры, новые цветовые решения, украшения, которые я могла бы создать.

Рука потянулась к блокноту, чтобы зарисовать самое интересное, но блокнота под рукой не оказалось. Я открыла глаза.

— А?

Новый мир, чтоб его.

От неудобной позы тело затекло. Я с кряхтением села, выпуталась из плаща, покрутила головой. А где все? Меня бросили? Интересно, сколько я проспала? Отдохнувшей я себя не чувствовала. Наоборот, тело ломило, а ещё и мысли нехорошие завелись. Другой мир, чтоб его, магия…

— Госпожа Белоусова, вы проснулись? Очень хорошо, я боялся, что придётся вас разбудить. Как вы себя чувствуете?

— Хорошо, — я улыбнулась Блезу. — Спасибо за заботу, господин Ириас. Кстати, вы можете звать меня просто Ляля.

— Госпожа, — Блез предложением не воспользовался, но и отказываться не стал, — вы не откажетесь присоединиться к нам за обедом?

— С удовольствием. А…

Почему он ничего не говорит о возвращении?

— Госпожа, капитан задействовал личное влияние, и судебное разбирательство назначили на сегодняшний день. Вы могли бы…

— Конечно, — кивнула я, гораздо хуже, если бы суда пришлось ждать неделю или месяц. — Господин Ириас, но вы же сказали, что я ничем не