Издержки дипломатии - Дарья Андреевна Кузнецова

кто считал, что у них еще есть время, наверняка задумались о путях отступления. А те, кто бежать не собирался… Предки знают.

Мы не стали задерживаться дольше министра и отбыли в посольство, благо у нас тоже было разрешение на портал. Там встретила напряжённая и встревоженная охрана, осунувшийся Сабир чуть не придушил нас с Табибой в отеческих объятьях. Но это нормально, он у нас вообще трепетно относится к женской части населения посольства: при трёх сыновьях ему явно не хватало дочери.

Теперь я уже не возражала против введения чрезвычайного положения на территории посольства. Тут и делегация уехала, и повод более чем веский – взорвали одно посольство, и непонятно что могут сделать с другим. То есть я была почти уверена, что нас та же участь не постигнет, да и от «Гремучей крови» никакое положение не спасёт, но детям и гражданскому персоналу действительно лучше посидеть под защитой стен и невидимого крыла Орды. Α всем остальным…

Если местные власти не совсем уж идиоты, они должны ввести комендантский час. Должны были уже давно, но не позволяла официальная политическая позиция, которой приходилось держаться до последнего: войны нет, «наши» побеждают, бояться нечего.

Всё же интересно, какой идиот отдал приказ взорвать детей Шаббо Афалай? Надеюсь, разведка поделится информацией, хотя бы в просветительских целях. И я смогу показывать его портрет молодёжи и говорить: никогда не будьте как он, дети, а то кончите так же плохо!

ГЛΑВА 8. Конфликт с нулевой суммой

Конфликт считается конфликтом с нулевой суммой, если стороны конфликта полностью противоположны. В нём «выигрыш» одной стороны тождественно равен «проигрышу» другой.

Терминология теории игр.

Утро в посольстве началось так спокойно, словно всё вчерашнее было кошмарным сном. Но нет, утренние газеты, за которыми сбегал молодой орк из охраны, истерически вопили о жертвах и разрушениях. Погибло по меньшей мере сорок эльфов, включая посла, оставшегося вечером у себя по состоянию здоровья, и двадцать три шайтара – жители соседних домов и наёмный персонал в посольстве, еще около сотни разумных получили ранения. И вот это действительно походило на малый заряд «Γремучей крови». Если бы зал приёмов не находился глубоко в толще скалы, мы бы наверняка слышали там взрыв.

Публиковалось короткое обращение главы Совета к народу, не содержавшее, впрочем, ничего нового и интересного. «Ужасная трагедия», «братский народ», «виновные будут наказаны», «невосполнимая утрата», «народ Кулаб-тана должен объединиться» и всё прочее, что положено говорить в таких случаях.

Герей, с которым я связалась после завтрака, и вовсе выглядел как обычно, отсутствием сна не страдал и на ушах всю ночь не стоял. И я могла его понять: в Кулаб-тане уже так давно полыхало, что еще один взрыв тронул мало. Разве что, для разнообразия, сейчас погибли эльфы. Начальник департамента поделился только, что Новый Абалон в ярости, вся западная общественность – тоже, но его, Герея, чутьё утверждало, что тем и ограничится. Если бы остроухие могли что-то сделать с Кулаб-таном, они бы уже это сделали, а сейчас… Разве что ускорят своё бегство и разродятся еще одним пакетом ограничений для шайтаров. То есть ничего нового и ничего, заслуживающего внимания.

Я как раз закончила разговор, когда в кабинет сунулась необъяснимо радостная Табиба и заговорщицки сообщила, что Сабир очень просит меня срочно подойти, потому что мне оставили анонимный подарок, и его вроде бы все уже проверили, ничего опасного не нашли, но всё равно надо вскрыть, а вскрывать без меня – неприлично.

– Спасибо, вы такие заботливые, – вздохнула я насмешливо. Но пошла, конечно. Мало ли что там прислали! Может, решили корону вернуть? Ну вдруг!

Не то чтобы я действительно на это надеялась, но короной посылка быть не могла: в небольшую картонную коробку, ладонь на ладонь, та не поместилась бы даже по частям.

Анонимная посылка лежала на столике для газет и писем, а вокруг неё собралось пятеро жутко заинтересованных орков: Сабир, ещё пара охранников и маги.

– Ярая! Наконец-то ты! Иди открывай, мы уже извелись от любопытства! – посыпались восклицания. - Там что-то неоднородное и очень интересное, чуткое к воздействию, но не заряженное.

– Уважаемые, а вы не обнаглели? - со смешком уточнила я. – Вообще-то это мой подарок! Могу забрать и никому не показать. Откуда, кстати, об этом узнали?

– А вот, твоё имя шайтарской вязью. Подбросили утром на порог, – сообщил Сабир и протянул мне внушительный нож, чтобы вскрыть коробку. – А не показать не можешь, потому что у нас чрезвычайное положение, сама же вчера приказ подписала. Мало ли что нам анонимно подбросили!

– Ну, давай посмотрим…

Коробка оказалась увесистой. Если серьёзно, без бредовых идей про корону, подозрения относительно личности «дарителя» у меня были, но вслух их, конечно, озвучивать не стоило, а вот содержимое оставалось такой же интригой, как и для всех остальных. И на всякий случай я осторожничала, чтобы случайно не прикоснуться к нему голой рукой. Подозрения подозрениями, а шаманские штучки маги вряд ли заметят.

И это действительно оказался камень, но совсем не ритуальный. И не страшный. И понятный. Настолько понятный, что я с трудом сглотнула колючий ком, не выдав охвативших меня чувств.

– Кто прислал тебе булыжник? – захихикала Табиба рядом. – Это кинуться хотели, что ли?

– Ого! – уважительно протянул Сабир, разглядев крупный камень, и посмотрел на меня с подозрением.

– Нет, Табиба, - пояснил более многословный портальщик. – Это шайтарский подарок. У шайтаров камни очень много значат. Это… – он посмотрел на меня, но я задумчиво разглядывала камень и молчала, поэтому пояснил сам же: – Бирюза у них – камень любви. А такой вот кусок необработанной породы, прямо с посторонними вкраплениями… Что там ещё, кварц? Это совсем уж по-серьёзному, с такими вещами не шутят. Это не случайным подругам, а невестам и жёнам дарят.

– Ярая? Это кто ж тебе так? - растерянно спросил Сабир.

– Понятия не имею, – не моргнув глазом соврала ему. Поздно спохватился, надо было брать меня тёпленькой, когда я только увидела камень, а теперь всё, я уже успокоилась. – Всё, цирк окончен? Опасности нет, я могу забирать? – Я обвела мужчин насмешливым взглядом.

– Α там записки нет? – полюбопытствовала Табиба.

– Даже если есть, вы об этом всё равно не узнаете, – усмехнулась я и выхватила коробку из-под её любопытного носа. – Расходимся, уважаемые, веселье