Дженнифер Эстеп - Поцелуй холода

Оливер уставился на меня, и у него на лбу появились морщины от беспокойства.

— Я не Жнец! Почему ты так решила?

— Ох, даже не знаю, — сказала я с сарказмом. — Может это как-то связано с тем, что ты пытался четыре раза убить меня.

— Я не пытался тебя убить, — сказал Оливер. — Ни на машине, ни в библиотеке. Я только хотел немного напугать тебя.

Я подняла брови от удивления.

— Напугать меня? Зачем?

— Из-за Кензи, — разочарованно проговорил Оливер. — И из-за того, что ты видела, когда коснулась моего ноутбука. Логан рассказал нам о твоей психометрической магии и о том, как ты можешь узнать секреты других людей, прикасаясь к их вещам. Ты намекнула о моей влюбленности, и я понял, что ты знаешь о Кензи. Я не хотел, чтобы кто-то узнал об этом, поэтому я решил отвлечь тебя. Я не хотел навредить тебе, Гвен. Я клянусь.

Он искривил губы.

— Логан меня убьет, если я тебе нарочно наврежу. Черт, он точно убьет меня, если узнает, что я сделал.

Оливер, казалось, говорил искренне, но я не знала, могу я ему верить или нет. Несколько недель назад, я думала, Жасмин была жестоко убита, но это была всего лишь иллюзия созданная сумасшедшей валькирии. Откуда мне знать, что Оливер не обманет меня также как и Жасмин? Осторожно, на цыпочках, я начала продвигаться вдоль стены, ближе к двери, пока я не была вынуждена обойти тележку. Я сделала так, чтобы она оказалась между мной и спартанцем. Дверь была за моей спиной, но мой взгляд был задержан на Оливере, на всякий случай, вдруг он попытается броситься на меня. Моя рука все еще находилась на рукоятке Вика, хотя я сомневалась, вытаскивать ли его сейчас. Я бежала бы быстрее, если бы моя рука была свободна.

— Я собираюсь выйти через эту дверь и найти профессора Метис, — сказала я Оливеру. — И ты можешь попытаться объяснить все это ей.

Я сделала шаг к двери, потом другой, потом еще. Спартанец был расстроен и его кулаки были сжаты, но он не пытался последовать за мной. Может быть, он говорит правду, может быть, он не Жнец, но я не могла рисковать. Кроме того, он признался, что преследовал меня на внедорожнике и пустил стрелу мне в голову. Какой парень мог совершить такое? Ладно, ладно, все ученики в Мифе странные и немного жестокие, и, возможно, я тоже, если вломилась в комнату спартанца только из-за догадки. Но я не хотела оставаться с ним наедине в темноте, где никто не смог бы услышать мои крики.

Оливер открыл, было, рот, чтобы сказать что-то. Как вдруг его глаза расширились:

— Берегись!

Арбалет выстрелил, и болт пролетел недалеко от моего уха и попал в левое плечо спартанца. Брызнула кровь. Оливер вскрикнул и упал на бетонный пол, схватившись за рану. Я обернулась. Позади меня стояла фигура. Кто бы это ни был, он, должно быть, прокрался через дверь, в то время как я говорила с Оливером. Его лицо было в тени, но я увидела арбалет в его руках — арбалет, который уже был заряжен новым болтом. Он наставил его на меня, и я медленно подняла руки, и затем толкнул меня к тележке, я обошла ее, пока я не оказалась рядом с Оливером, который корчился от боли на полу.

— Стоп! — скомандовал человек, стоящий в тени.

Я ахнула. Я узнала этот голос, поняла, кому он принадлежит. Но почему он здесь? И почему он стрелял в Оливера? Престон вышел из тени на солнечный свет и наставил арбалет на меня.

— Ты никуда не пойдешь, Цыганка!

— Престон? — спросила я. — Что происходит? Что ты делаешь?

— Я думаю, что это очевидно. Я здесь, для того чтобы убить тебя.

Его красивое лицо исказилось в усмешке.

— Так же, как ты убила мою сестренку. И мое имя не Престон. Ну, не совсем. Престон мое второе имя, а полное — Джулиан Престон Эштон.

— Твоя сестра? — прошептала я, холод сковал мое тело. — Жасмин была твоей сестрой?

Профессор Метис предупреждала меня, что семья Жасмин обвинит меня в ее смерти, и они будут охотиться за мной. Жасмин сама говорила, что она и члены ее семьи были Жнецами. Теперь один из них был здесь.

— Не произноси ее имя! — Престон закричал. — Не смей произносить ее имя, ты цыганская сучка!

Он направил арбалет на мое лицо, и секунду я думала, что он выстрелит. Но потом он успокоился и опустил оружие на несколько дюймов ниже, направляя его на мое сердце. Не намного лучше.

— Неужели ты думала, что ты можешь убить мою сестру — убить одну из Эштон, убить Жнеца — и все сойдет тебе с рук? — прорычал Престон.

Я попыталась сглотнуть, но комок страха помешал мне.

— Жасмин, это Жасмин пыталась убить меня, а я защищалась.

Я не стала говорить, что Логан был тем, кто убил Жасмин, протаранив ее грудь копьем. Я не хотела подвергать его опасности, кроме того, Престон не поверил бы мне все равно. Престон засмеялся, и этот ужасный звук отразился эхом от всех стен, и тени вокруг нас, как будто, стали темнее.

— Меня не волнует, что ты сделала. Ты убила мою сестру, и теперь ты за это заплатишь.

Он немного наклонил голову и посмотрел на меня.

— Мне просто нужно решить, как долго я хочу, чтобы ты страдала.

От его слов меня сковал холод, потому что я знала, что он говорит это всерьез. Он был полон решимости убить меня, как и Жасмин была готова принести в жертву Морган для Локи. Я подумала, что, вероятно, Престон хотел сделать то же самое со мной. Прежде чем выстрелить мне в голову, он свяжет меня и опустит на опилки, на бетонном полу, повторит какую-то магическую фигню и посвятит мою смерть злому богу, которому он служит. Эти ужасные мысли вызвали у меня тошноту, но я продолжала дышать — вдох и выдох, как учила меня мама. Я не должна впадать в панику. Если бы я это сделала, я бы уже была мертва. Спокойно. Я должна быть спокойна, и я должна подумать. Это был единственный способ, благодаря которому я могла бы остаться жива. Мои глаза метнулись вниз, но Оливер перестал кричать. Сейчас спартанец лежал неподвижно и тихо у моих ног. Большая лужа крови образовалась под его левым плечом, смешиваясь с опилками на полу. Я не знала, был ли спартанец жив или мертв, и я не могла наклониться и узнать это. Престон все еще держал меня под прицелом.

— Не беспокойся о нем, — глумился Престон. — Как я тебе уже говорил, стрельба это не мое, но это довольно противная рана. Если к тому времени, пока я буду занят тобою, он не умрет, я выстрелю ему в череп. На самом деле, все получается лучше, чем я планировал. Я выставлю все так, как будто вы подрались, а потом поубивали друг друга. Тогда никто не подумает, что это сделал я.

Думай, Гвен, думай! Итак, Оливер не мог помочь мне, потому что он был тяжело ранен. Я должна предпринять что-то, чтобы спасти нас. Я должна отвлечь Престона разговором, пока не придумаю хоть какой-то план.