Айви. Дочь Дракона - Лея Кейн

стал постепенно окутываться темной дымкой, расползающейся в разные стороны и создающей его иллюзорные копии. Не отвлекаясь на свистящие у самой головы стрелы, Астар выстроил копии у окон, и те в одно мгновенье спрыгнули.

В комнате снова все стихло, зато заварушка началась на улице. Нападающие напрасно боролись с иллюзиями, пытаясь среди них найти настоящего Астара Харавию. А он тем временем встал перед окном, выпустил из ладоней огненные лучи и метнул их вниз.

Мне было любопытно, сколько стрелков на нас напало, и как с ними разделывался лучший боевой маг академии, но на моих руках угасала жизнь Данаана. Рубашка уже насквозь пропиталась кровью. Мои ладони стали липкими. От запаха смерти начинало подташнивать.

Я понимала, что жить ему осталось считанные минуты. Ни один лекарь не успеет его спасти. Я представила, как будет убита горем Рэгна, как впадет в отчаяние Астар, виня себя в его гибели, как я буду проживать день за днем, зная, что могла спасти, но прошла мимо, и очередной раз нарушила данное отцу обещание.

Пока Астар сражался с наемниками Хасеида Кортаза, я с отвратительным чавкающим звуком вынула стрелы из плоти, приложила ладони к пульсирующим ранам и запела:

— Слушай мир земной слова, что русалка спела. По морям ее тоска, но душа взревела… Волнами свободы жизнь спасти позволь, дьявол вод пучинных, наш отец, король. В мире боли и печали дай надежду победить, ворогов и духов смерти в цепи заключить. Прочь от морей, от любимых краев, прочь от земель и островов. Там, где русалка слезу уронила, взрастет древо жизни и вечной силы. Единственный берег, единственный мост, единственный путь, что к исцеленью отнес. Средь глубин морских, средь бурь земных, мелодия чуда дойдет до родных. Сердца их наполнит любовью и счастьем, и раб трех царей оживет в честь династий…

Подушечками пальцев почувствовав, как затягиваются раны, я выдохнула и медленно отняла окровавленные ладони от Данаана. Тот все еще стонал, но уже мог шевелиться и даже самостоятельно сесть. Разлепив глаза, он несколько раз моргнул и произнес:

— Ты прекрасна… Твои волосы…

Естественно, они меня выдали. Волосы русалки всегда сияли во время пения. Мои становились темно-синими, а кончики сверкали цветом аметиста.

— Так вот кто ты, Айви Дэш, — услышала я голос Астара, но не хватило духа взглянуть на него. Тяжело дышащий после схватки, он подошел к нам, присел возле Данаана и спросил: — Ты как?

— Твоя подруга меня спасла, — вяло улыбнулся тот, еще морщась от неприятных ощущений.

Астар похлопал его по плечу и перевел взгляд на меня.

— Что? — с вызовом спросила я. — В бочку засолишь?

— Зачем же, когда есть аквариумы? — облизнулся он, голодно разглядывая меня. — Просто поразительно. Я слышал, что марселинки приносят удачу, а ты — ходячее невезение, Айви Дэш.

— Она прекрасна, — проговорил Данаан.

— Не то слово. Восхитительна во всех своих противоречиях…

— Так! — Я вскочила на ноги. — Прекратите оба! Я не музейный экспонат…

Однако моя песня их околдовала, и они уже не могли остановиться. Мне даже пришлось собрать воду с пола, смешанную с мусором и пеплом, и хорошенько их обоих окатить, чтобы протрезвели.

— Проклятая рыбина! — зарычал Астар, приходя в чувство и сплевывая. Очухавшись, он переместился в спальню на поиски чистой рубашки. — Эти слизняки разбежались, но с минуты на минуту сюда нагрянет городская стража. К тому времени нам лучше убраться, чтобы не втягивать академию в семейные разборки. Да и должны же мы выяснить, куда делась эта предательница Рэгна?

— Она не предательница! — вступилась я за подругу.

— Тогда кто помог устроить им засаду? — Астар вернулся в гостиную, на ходу застегивая рубашку. — Может, ты?

— Не неси чушь!

— Разве? Ты морская тварь, а Кортаз уже лет десять командует пиратским судном. Докажи, что вы не вместе.

— Больше вас, сухопутных тварей, мы ненавидим тех, кто нарушает морской покой — пиратов и охотников! Лучше скажи, чем ты ему так насолил, что он устроил нападение прямо в центре города?

— С какой стати я должен отчитываться перед чешуйчатой дикаркой?

Я гордо подняла подбородок и потребовала:

— Перед тобой принцесса — дочь величественной владычицы марселинских морей Аркадии Марибэль Эсмари и лорда Драконьих Островов Вильгельма Дэша! Один мой приказ положит конец бесчинствам Хасеида Кортаза. Прояви хоть немного уважения… — И тут я вспомнила мысли комендантши. А что, если она не фантазировала, что Рэгну мучили, а знала? — Леонелла, — сказала я и вздрогнула от собственных выводов. — Нам нужно срочно вернуться в академию! Она знает, где Рэгна…

Глава 40

Явившаяся на место происшествия городская стража перерезала нам выход, но Данаан знал, что подвал дома связан тоннелем с соседним зданием, и вывел нас через него. Так мы проулками покинули квартал и вышли на окраину Шивруда. Сам Данаан остался, чтобы разрешить конфликт, не втягивая в него Астара и меня.

— Я приеду, как только смогу, — сказал он на прощание. — Госпожа Дэш, я перед вами уже в неоплатном долгу, но смею просить еще. Если вы найдете Рэгну раньше меня, передайте, что мне очень жаль, я поступил с ней нехорошо. Клянусь, что все исправлю.

— Она это и так знает, — грустно улыбнулась я, и мы разошлись в разные стороны.

Всю дорогу я чувствовала, как Астар сверлит меня взглядом. У него ко мне было много вопросов, но время не позволяло уделить ни минуты на откровенный разговор. И все же на выходе из города он спросил:

— А как так получилось, что лорд Дэш дал семя русалке?

Я остановилась, посмотрела на него с возмущением и буркнула:

— Ты всерьез? Тебя сейчас это волнует? Нас только что чуть не убили, моя подруга в плену сумасшедшего пирата, а тебя интересует постельная жизнь моих родителей?

— Айви Дэш, я полжизни провел в объятиях смерти. Если тосковать по каждому такому поводу, то моему трауру не будет конца. А русалок в моей власти не так уж и много. Пока всего одна. Должен же я знать, как ты родилась? Или вылупилась из икринки?

— Из драконьего яйца! — фыркнула я. — Доволен?

Он шагнул ко мне, мазнул полупьяным взглядом по лицу и улыбнулся:

— Теперь мне хотя бы ясно, почему ты так блестяще целуешься и почему меня