Случайная жена ректора, или Алхимическая лавка попаданки - Марина Ружанская

она мелкие осколки. И хорошие сто граммов ртути серебристыми шариками разбежались по кабинету.

— Простите! Простите, пожалуйста! — испуганно залепетала девушка, с ужасом оглядываясь по сторонам. — Я… я сейчас все уберу.

— Что это⁈ — визгливо потребовал ответа саэр Грейзер.

— Ртуть… — несчастно пояснила алхимик.

— Ртуть⁈ Она же опасна! Это покушение на королевского посыльного! — рявкнул барон. — Я буду жаловаться королю!

Выражение лица девушки стало совсем несчастным, на кончиках ресниц заблестели слезы, а щеки побледнели. Прежде чем она успела сказать или сделать еще какую-нибудь наивную глупость, я шагнул вперед, закрывая собой хрупкую фигурку.

— Заодно, барон, не забудь нажаловаться на трактирных шлюх Левидики, которые стащили кошелек и грамоты для князей Северного Предела, пока ты спал в пьяном угаре.

Смотреть в мое лицо саэру Грейзеру явно не понравилось. Скорее наоборот: его зрачки испуганно расширились, а взгляд заметался между мной и выходом. Тем более пары ртути уже распространились по кабинету и я видел в отражении стеклянных створок книжного шкафа, как отсвечивают золотом мои глаза.

— Откуда… — лицо посыльного посерело еще больше, он судорожно сглотнул. — Откуда ты знаешь?..

— Худы нашептали, — я откровенно ухмыльнулся на его страх.

Посыльный попятился к выходу. Хлопнула дверь, выпуская барона на свободу. Но мне уже не было дела до этого слизняка: я почувствовал кое-что другое. Странное… непривычное. Огромное. Словно в моей голове параллельно с моими мыслями поселилась иная сущность. Древняя и могущественная, а еще весьма гордая, мстительная и жадная.

«Моя. Мое сокр-ровище!..»

Откуда эти мысли?.. Они мои или снова магия эфира? Неужели это та самая девочка, которая сейчас стоит за моей спиной и глотает слезы вины?..

«Др-раконье золото… Моя»

Зрение неожиданно помутилось и я вдруг понял, что без усилий вижу магическое плетение артефактов и бытовых заклинаний, которые находились в моем кабинете. Пусть эффект длился лишь мгновение, но и этого хватило, чтобы распознать собственную брачную метку на плече Златы Вингольд.

Мою. Метку.

«Ах ты, маленькая лгунья! Это ж надо ухитриться: спрятать от меня мою же метку, да еще стереть память!» — ярость в моей голове смешалась с восхищением и желанием уложить эту белобрысую нахалку на колено и хорошенько приложить ладонью по этой упругой заднице.

— Простите, Ваша Светлость. Я все испортила, — торопливо заговорила девушка, не подозревая какие тучи сейчас сгустились над ее головой. — В лаборатории есть спринцовка — шарики ртути лучше всего ей убираются. Но вам все равно нельзя будет пользоваться семь дней кабинетом, пока все пары выветрятся.

— Злата, — я попытался остановить ее монолог.

— Или можно использовать бумажные салфетки с подсолнечным маслом. Я сейчас сбегаю на кухню и…

Так, все. Кажется, пора с этим заканчивать.

Щелчок пальцев вызвал искру магии. Водный поток, послушный моим чарам, опустился на лакированный паркет кабинета. Заклинание принялось впитывать в себя разлитую ртуть, собирая серебристые металлические шарики в кокон из водных пузырей. Готово.

Но прежде, чем я успел что-либо сказать или хотя бы повернуться, это ходячее белобрысое несчастье вдруг свалилось к моим ногам. В последний момент я успел подхватить ее, не позволив удариться головой.

Это еще что за спектакль? Падать нужно после того, как я выскажу все, что думаю о ее выходках и вранье, а не до.

Или же это?..

Недовольное рычание само-собой вырвалось из горла, когда я понял, что случилось. От души выругался. И еще раз. Не полегчало.

Конечно, моя основная специальность — теоретическая и боевая магия, но, как и любой маг, основы алхимии я когда-то тоже изучал. А ртуть — один из основных ее элементов.

Пары ртути не имеют ни запаха, ни цвета, ни вкуса. И если у меня они вызывают лишь непонятный и бесполезный эффект в виде золотого свечения зрачков, то Злата — человек без драконьей крови. От такого количества ртути она могла получить острое отравление ее парами.

В лабораториях работали специальные бытовые заклинания, которые защищали алхимиков, но у меня в кабинете их, само собой, не было.

Воздушное заклинание сорвалось с кончиков пальцев вихрем, закрутило подол платья девушки, разметало документы, лежавшие на столе. А после, подчиняясь моему приказу, начало втягивать в себя отравленный воздух. Жаль, из легких Златы яд так не удалишь.

Дверь за моей спиной резко хлопнула от сквозняка, когда я с девушкой на руках вышел из кабинета под удивленным взглядом секретаря. Впрочем, миссис Бичем не зря занимала свою должность уже столько лет: ни одним словом она не позволила себе выразить мысли или сделать замечание. Лишь монотонно доложила:

— Саэр Фарелл сообщил, что будет у вас через полчаса. Отменить встречу?

— Нет. К тому времени я буду на месте.

Естественно, стоило появиться с бессознательной девушкой на руках в Алхимической лавке, как меня едва не затоптали ее разъяренные защитнички. И ладно, старый алхимик Шарль и бешеный мохнатый комок, который притворялся котом, но чего я точно не ожидал, так это увидеть в их рядах собственную повариху миссис Новак и бывшего ведьмака Барга. Из-за их спин выглядывала рыжая девчушка — племянница убитого магом эфира Поттера.

— Что ты с ней сделал⁈ — воскликнул мастер Вингольд, пока я укладывал девушку на тахту в лаборатории.

— Принес домой. А должен был сделать что-то другое?

Кажется, в народе говорят: каков привет — таков ответ. И это моментально подействовало: Шарль умолк, а над Златой тут же заквохтала тетушка Бетти, прикладывая на ее лоб холодный компресс.

— У нее острое отравление парами ртути, склянка случайно разбилась, — уже миролюбиво пояснил для присутствующих. — И — нет, это был не я. Ей нужно дать отвар золотого корня и…

— Спасибо, Ваша Светлость. Я знаю, что делать, — кивнул Шарль, торопливо вливая в рот девушки лекарство. — Она хорошая девочка, хоть и неопытная.

— И неместная, да? Точнее, иномирная.

— Вы… знаете? — алхимик растерянно опустил руки.

— Так же, как и то, что она маг эфира. — А еще носит мою брачную метку, но об этом я пока говорить не буду. — Как она к вам попала, Шарль?

— Через пару дней после Излома зимы, вышла к моему дому. В одном платье, замерзшая и голодная. Ну а я пожалел, приютил…

— Ясно… И еще по поводу ртути. У вас есть предположение, почему она так действует на носителей драконьей крови?

— Нет, саэр Ридар, — покачал седой головой старик.