Экземпляр номер тринадцать - Мира-Мария Куприянова

священник, разводя руками и косясь на меня, как на умалишенную.

— С чего Вы взяли, святой отец, что она против? — холодно уточнил инквизитор, в упор пронзая меня холодным взглядом — Невеста очень даже «за». Просто немного смущается.

— Я?!

— Она? — на всякий случай уточнил храмовник и удрученно покачал головой — Может Вам, сын мой, все-таки стоит посмотреть правде в глаза, а не идти на поводу у собственного упрямства? Девушка определенно не настроена на этот союз.

— Девушка настроена — уперто не согласился мужчина — Но, если что, я всегда могу настроить ее дополнительно.

— Как хотите — устало махнул рукой священник — Просто учтите, что в стенах Единого не действует ни одна магия, кроме Его. Так что, если Вы, сын мой, рассчитывали магически принудить девушку, то ничего не получится. А без искреннего согласия обоих брачующихся ритуал не состоится. По техническим причинам, так сказать.

— Это как? — заинтересовалась я, на всякий случай.

— Это просто. Магия Единого не проснется и не подарит вам печать — вздохнув, пояснил храмовник — Сколько угодно можете стоять пред алтарем, но Свет Единого снизойдет только к тем, кто по собственному желанию пришел за его благословением.

— Откуда тогда столько договорных браков? — усмехнулась я — Или Единый подвержен коррупции?

— Не богохульствуй — грозно оборвал меня священник — Договорные браки тоже по обоюдному согласию заключаются. Никто об истиной любви или связи не говорит же! Эх… Я вообще уж и не помню, когда видел эту истинную-то связь здесь, в Главном Храме столицы. Тут все больше знать союзы заключает. А у них все по уму, по рациональности, а не по чувствам. Но уж то, что по взаимному согласию, совершенно точно… Ну так как? Пробовать будете?

— Не будем — уверенно хмыкнула я — Смысла нет!

— Будем — не менее уверенно кивнул инквизитор и прищурился — Даже если для этого, Делия, мне придется тащить Вас в храм силой.

— Да вперед! Любая Ваша сила прекратит действовать, едва мы переступим порог храма — смело фыркнула я — Вы что, не слушали святого отца?

— А я не о магии — обескуражил меня вир и, вдруг, резко подхватил на руки, укладывая животом на свое плечо — Куда нести счастливую невесту, святой отец? — вполне серьезно спросил он, пока я набирала в легкие побольше воздуха.

Это для того, чтобы уже в следующий миг огласить гулкие своды храма своим визгом и весьма невоспитанными воплями:

— Отпусти меня немедленно — визжала я — Сейчас же! Мужлан! Сатрап! Хам! Вот я тебе… Аааа! Черт! Реально, что ли, ничего не работает?! Чтоб ты на ровном месте спотыкался! Чтоб тебя по полу размазало! Да что за нафиг?! Чтоб у тебя рога выросли! Ай! — неожиданно получила я по выставленной вверх попе весьма ощутимый шлепок.

— Ты вообще соображаешь, чем угрожаешь сейчас? — возмутился инквизитор, теряя уважительное обращение и уверенным шагом направляясь вслед за спешно семенящем вглубь храма священником — Какие еще рога? Запру в семейном замке. Под присмотром отца. Пока… пока все не закончится.

— Сейчас жизнь твоя закончится! А ну отпусти меня, подлый невоспитанный… ай! — и я только каким-то чудом не брякнулась задом прямо на каменные плиты, когда инквизитор резко сбросил меня вниз, придерживая за локоть — Ты что творишь?! Я чуть не упала!

— Начнем? — холодно уточнил у суетящегося служки мужчина и обратился к столпившимся вокруг весьма заинтересованным зрителям — Уважаемые, кто готов стать свидетелем?

Вперед неуверенно вышли двое мужчин и весело посмеивающаяся женщина средних лет:

— Почту за честь! — искрясь радостью, улыбнулась она и заняла место справа от алтаря.

— Благодарю — вежливо поклонился инквизитор, даже не кинув взгляда на беснующуюся меня — Мы готовы, святой отец!

— Я ни к чему не готова — упрямо надулась я — Свадьбы не будет, уважаемые! Расходитесь.

— Начинайте, отче — уже явно закипая, с нажимом произнес вир и цепко схватил мое запястье — Невеста шутит.

— Возлюбленные чада Единого, — немного дрожащим голосом, затянул храмовник, поглядывая на меня с откровенным опасением — Сегодня Вы предстали пред очами его, дабы во всеуслышанье заявить…

— Что в гробу я видала все ваши обряды! — нагло вставила я.

— …что сердца ваши просят воссоединения — не дал себя сбить священник — А силы — соития…

— Губу пусть сразу закатает! — хмыкнула я — Соитие ему подавай! С демонами пусть в экстазе сливается.

— Делия! — не выдержав рявкнул на меня инквизитор и тут же попытался успокоить откровенно взблеснувшего святошу — Все в порядке, святой отец. Она всегда такая… говорливая. Когда нервничает. Продолжим.

— Эээ… — замялся тот.

— Ага! Продолжайте, продолжайте — хохотнула я — Если Вы такой смелый. Это у меня истерика еще не до конца расцвела! Сейчас самый сок пойдет!

— Уважаемый вир Мигре, ритуал просто не сработает, если… — вздохнув, мягко попытался достучаться до злого жениха служитель.

— Я. Сказал. Продолжайте! — уже откровенно зарычал инквизитор — Ее согласие не Ваша забота. Ритуал состоится!

— Ой, я бы так уверена не была — хлопая глазами, покачала я головой — Тщетные надежды. Чего людей хороших зря задерживаем?

— Я… — окончательно стушевался священник.

— Дальше! — рявкнул вир, хватая во вторую руку ритуальный кинжал, лежащий на алтаре и тут же чиркая лезвием по моему запястью, из которого быстро капнула в подставленный снизу кубок густая капля.

— Ай! — взвизгнула я, тщетно дергаясь в стальном захвате — Больно!

— Святой отец, — тоном, в котором уже явно сквозила угроза членовредительства, прошипел жених, отпуская мою раненную конечность и тут же царапая собственное запястье над ритуальной чашей — Заканчивайте!

— А…Ну… Мммм… Ну, раз так… В общем, властью Единого, его силой и волею соединяю Вас, дети мои, пред очами Его. Обменяйтесь кровью, новобрачные!

— Пей — прорычал инквизитор, впихивая мне в руки серебряный кубок, в котором плескалась наша, смешавшаяся с положенной каплей святой воды кровь.

— Сам пей — рявкнула в ответ я, отталкивая сосуд — Охренел совсем? Сказала же, я не…

Но договорить, увы, не успела.

С грозным рыком доведенного до края человека, инквизитор щедро набрал в рот из кубка нашей разбавленной крови и, словно не замечая моего сопротивления, сжал