Шеррилин Кеньон - Пощады не будет

Дев представил красивое лицо Сэм. Ей не нравилось находиться среди незнакомых вещей. Более того, она, так же, как и он, не хотела быть запертой в клетке, какими бы позолоченными ни были ее прутья.

— Так каков будет твой ответ, Медведь?

Дев поднял ногу и саркастически хлопнул себя по бедру:

— Ей богу, я выбираю Дверь Номер Два, Боб. Ну, знаешь ту, что ведет напрямую к самоубийству с увечьями и страданиями? Подписывай на это мою волосатую задницу, пока не поздно.

Фанг выругался, а Каэль засмеялся и, попытавшись успокоиться, не смог этого сделать:

— Чертовски жаль, что ты собираешься умереть, Медведь. Я, правда, думаю, что мы могли бы стать друзьями.

В глазах Торна отражалось веселье, но ни один его мускул не дрогнул:

— У тебя есть четыре подсказки, чтобы обнаружить местонахождение пояса и, — он посмотрел на часы, — время идет.

— Ну, так ты дашь их? Или мне придется гадать?

Торн похлопал его по щеке, как учитель непослушного ребенка:

— На берегах Шанз-Элизе, открыто, пояс лежит, ото всех сокрытый. С наступлением темнейшей ночи место то увидят очи. Спрятано навеки то, что узришь ты, обыскав кольцо. Дабы богами отнятое возвратить, Вихрь могучий необходимо сразить.

Внезапно у Дева появилось желание выбить из парня все его самодовольство.

— Знаешь, мигрень из-за этой неразберихи не поможет мне его обнаружить.

— У тебя есть все подсказки, Медведь. Удачи.

ГЛАВА 14

Сэм наблюдала за тем, как Дева выдернули из владений Торна и вернули в дом Пельтье, чтобы он мог подготовиться к путешествию. В горле образовался ком. Она поверить не могла, на что он был готов ради нее. Какой риск брал на себя.

«Только не умирай. Пожалуйста».

Только не из-за нее. Особенно если она не могла ему помочь. Что же это за пытка?

«Будь ты проклят, Торн».

— Сэм?

Она резко обернулась на тихий голос Амаранды.

— Что ты здесь делаешь?

— Рискую гораздо сильнее, чем следовало бы. Но мы знаем, какой ужас ты испытываешь, и не можем позволить тебе страдать.

— Мы?

— Я, Каэль и Фанг. — Она показала на кровать. — Если приляжешь, мы с Фангом сможем вытянуть твой дух, чтобы ты могла пойти с Девом.

— У вас получится?

— Мы так думаем.

«Думаем» — не совсем воодушевляющее слово, особенно учитывая сомнение в голосе Амаранды. По телу пробежал холодок.

— Что ты недоговариваешь?

— Есть вероятность, что ты можешь не вернуться… невредимой.

Да, это плохо.

— А уточнить можно?

Неуверенность Амаранды также отразилась в ее глазах:

— Мне придется ввести тебя в глубокое бессознательное состояние… раньше я никогда этого не делала. Я могу напортачить и навеки оставить тебя бестелесной. Или в коме, из которой ты уже никогда не выйдешь.

Сэм посмотрела на стену, где Дев записал подсказки Торна, чтобы расшифровать их. Он рисковал собственной свободой и жизнью ради нее.

Как она могла отказать ему в чем-то меньшем?

— Я согласна.

— Ты осознаешь риск? — спросила Амаранда, прикусив губу.

Сэм кивнула.

— Спасибо за попытку. Я, правда, ценю то, что ты делаешь, и если все полетит к чертям, обещаю, я не затаю большую обиду.

Женщина издала звук, по сути означавший, что она считала Сэм идиоткой, раз та согласилась.

— Надеюсь, ты не изменишь точку зрения, когда я не смогу собрать тебя в единое целое.

— Поверь, не изменю.

Амаранда показала на кровать:

— Тогда ладно, ложись, и давай попробуем невозможное.

Сэм повиновалась. Лежа на спине, она встретила беспокойный взгляд Амаранды и, улыбнувшись, повторила боевой девиз амазонок:

— Кто хочет жить вечно?

Особенно если она не сможет жить с Девом.

Дев сидел за столом, обхватив руками голову. Он медленно и разочарованно выдохнул, впиваясь взглядом в слова, которые не имели для него совершенно никакого смысла.

«На берегах Шанз-Элизе, открыто, пояс лежит, ото всех сокрытый. С наступлением темнейшей ночи место то увидят очи. Спрятано навеки то, что узришь ты, обыскав кольцо. Дабы богами отнятое возвратить, Вихрь могучий необходимо сразить».

Шанз-Элизе — улица в Париже, в конце которой было кольцо. Оно пролегало не по самой воде, а лишь около нее. Так как у него может быть берег?

Не говоря уже о каком-то немыслимом вихре. Дев никогда не слышал, чтобы нечто подобное обрушивалось на Париж.

— Это безнадежно, — пробормотал Дев, потянувшись к айФону, чтобы прогуглить инфу о Париже. Даже если шансы на успех очень, очень малы, он не собирался сдаваться.

Не собирался бросать Сэм.

Раздался стук в дверь.

— Я занят, — крикнул он, думая, что это Эйми, решившая отчитать его из-за мелочей типа поднятого сиденья в туалете или оставленного в ванной носка. Она постоянно заводилась на пустом месте.

— Дев?

Он остановился, услышав приглушенный голос Фанга.

— Да?

— Мы знаем, куда тебе нужно идти, — сказал Фанг, приоткрыв дверь.

— В психушку?

— Да, — засмеялся Фанг, — но я говорил о твоей насущной проблеме, а не о давнишней брони. — Он скользнул многозначительным взглядом по бумаге, над которой Дев ломал голову.

В нем зажглась искра надежды:

— Ты знаешь, где пояс?

— Нет. Но, думаю, я знаю того, кто знает. — Фанг распахнул дверь, чтобы показать ему мерцающий образ Сэм.

Кинжал облегчения пронзил его так глубоко, что на глаза в самом деле навернулись слезы. Дев вскочил на ноги и пересек комнату прежде, чем смог подумать лучше. Он с колотящимся сердцем попытался обнять Сэм, но его руки прошли прямо сквозь ее тело.

Какого дьявола?

— Я не совсем материальна, — сказала она, улыбнувшись ему.

В нем вспыхнул страх:

— Ты мертва?

— Нет, — ответила она одновременно с Фангом.

Сэм показала на волка большим пальцем:

— Амаранда и Фанг объединили свои силы, чтобы я могла помочь тебе с подсказками.

— Как именно? — нахмурился Дев.

— Ты француз. И ничего не знаешь о Греции. Я же — ходячая энциклопедия на эту тему.

— Фанг тоже грек.

Волк отрицательно покачал головой:

— У меня греческая фамилия, но родился я в средневековой Англии. Поверь, о Греции я знаю совсем немного.

— Как я и сказала, — решительно произнесла Сэм, — я могу помочь вам обоим.

Да, если он рискнет, к чему Дев не был готов.

— Я должен сделать это один.

— Нет, не должен, — шагнул вперед Фанг.

— Слушай, приятель, — перебил его Дев, — единственный, кто пугает меня сильнее Торна, это моя сестра. Поверь, если с тобой что-то случится, она покроет сахаром моих парней и съест их на завтрак. — Он посмотрел Сэм в глаза. — И я не могу рисковать тобой.