Новый порядок - Хелен Харпер

Миссис Джексон рассеянно кивает.

— Вы не знаете, куда она ушла? Вы не знаете, где Фролик?

На её лице появляется понимающее выражение, она облизывает губы.

— Может быть, — она потирает большой и указательный палец друг о друга.

Я проклинаю себя за то, что не взяла больше денег от Темплтона. Я лезу в карман и достаю то, что осталось — меньше пятидесяти фунтов. Надеюсь, этого хватит. Когда я протягиваю деньги, ведьма хватает их. Как только она дотрагивается до банкнот, они исчезают, как по волшебству, убираясь туда, где она хранит свои ценности.

— Где она, миссис Джексон?

— Гайд-парк.

Она, должно быть, шутит. Гайд-парк находится прямо напротив особняка Монсеррат.

— Вы уверены? — требую я.

— Я не лгунья.

Мой разум работает на бешеной скорости. Почему именно там? Это слишком близко и слишком удачно, чтобы быть простым совпадением. Я встаю.

— Спасибо, миссис Джексон. Вы мне очень помогли.

— А чё насчёт бухгалтера?

Я понимаю, что забыла, зачем вообще пришла сюда. Я резко сажусь обратно.

— «Магикс» рассказал мне о нём, — признается она.

Я задерживаю дыхание. Возможно ли, что «Магикс» каким-то образом причастен к исчезновению Далии Темплтон?

— Послали кого-то. Сказали, что я была дурой. Сказали, что мне нельзя доверять, если я не могу сама позаботиться о своих деньгах, — её лицо принимает кислое выражение. — Хотели втереться в доверие.

— Кого они послали? Как его звали?

— Не знаю. Они все на одно лицо.

— Чёрная или белая?

— А?

— Это была чёрная или белая ведьма?

Она невесело смеётся.

— Человек. Они все человеки.

Я пытаюсь сделать вид, что не удивлена.

— Вы сердитесь на мистера Темплтона за то, что он сделал? — я внимательно наблюдаю за её реакцией, просто чтобы убедиться.

— Я здесь не из-за этого. А чё? — спрашивает она. — У него проблемы из-за кражи?

— Нет, — отвечаю я, встаю и протягиваю ей руку. Она секунду смотрит на мою ладонь, затем пожимает плечами и сжимает её. — Спасибо, что уделили мне время, миссис Джексон.

— Спасибо за ваши деньги, — отвечает она.

Я иду к двери, затем останавливаюсь и оборачиваюсь, как будто что-то забыла.

— Вы когда-нибудь встречались с женой мистера Темплтона?

Она смотрит на меня как на сумасшедшую.

— Кто бы захотел выйти замуж за этого придурка?

Я улыбаюсь ей.

— Действительно, — отвечаю я. — Кто бы на такое пошёл?

Я открываю дверь и выхожу.

Глава 14. Грязная игра

— Это «Магикс», — говорю я Мэтту, когда мы подъезжаем к Гайд-парку. Я оставляю байк у особняка Монсеррат, отмечая, что обгоревший остов креста уже убрали. — Это должны быть они. «Магикс» убили Фингертипа и лишили бизнеса Фролик и миссис Джексон — и бог знает скольких ещё.

У Мэтта округляются глаза.

— Ты такая умная, Бо.

Я фыркаю, хотя невольно чувствую довольство собой. Я делаю глубокий вдох, наслаждаясь свежим ночным воздухом.

— Так почему «Магикс» похитил Долли? — он смотрит на меня глазами лабрадора, который ждёт, что хозяйка угостит его вкусняшкой.

— Далию.

— О, — он с мудрым видом кивает головой. — Почему «Магикс» забрал её?

— Темплтон, вероятно, обманул и их тоже.

За исключением того, что он не включил их в список потенциально недовольных клиентов, и у фирмы, вероятно, есть свои бухгалтеры, которые выполняют всю грязную работу. Учитывая состояние их бизнес-практики, вряд ли они доверят такую деликатную работу постороннему лицу. Когда мы уходили от дома миссис Джексон, я огляделась по сторонам, надеясь, что Темплтон всё ещё околачивается поблизости, и я смогу расспросить его, но, кроме нескольких подростков, на пустыре автостоянки перед домом никого не было. Однако могут быть и другие причины, по которым компания сотрудничала с Темплтонами. Есть один способ убедиться в этом.

— Давай, — говорю я своему верному спутнику. — Нам нужно поторопиться. Держи ухо востро, вдруг попадётся женщина, которая общается с природой.

Я перебегаю дорогу. Я уже собираюсь перелезть через забор, когда понимаю, что Мэтта за мной нет. Нахмурившись, я оборачиваюсь. Он стоит прямо посреди дороги и теребит своё ухо.

— Что ты делаешь?

— Я не могу этого сделать, Бо! — в его голосе слышится страдание.

Я встревожена. Возможно, миссис Джексон наслала на него порчу, когда я отвлеклась.

— Что не можешь сделать? Что случилось?

Я подбегаю к нему и хватаю его за запястья, в то время как его пальцы бесполезно молотят по воздуху. Его ухо уже покраснело.

— Я не могу сделать своё ухо острым! Я не знаю как!

На мгновение сбитая с толку, я смотрю на него. Затем до меня доходит.

— Это такое выражение, Мэтт. Я не имела в виду буквально сделать уши острыми.

— Я этого не знал! — причитает он, начиная плакать.

Есть что-то душераздирающе трогательное в том, как мускулистый вампир передо мной ревёт крокодильими слезами от разочарования. Прежний Мэтт был полон неуместного мачизма; эта версия похожа на ребёнка. Я неловко похлопываю его по руке, размышляя, было ли хорошей идеей взять его с собой. Такими темпами я, скорее всего, скажу что-нибудь необдуманное, что будет стоить ему жизни.

— Ну-ну. Всё в порядке. Это моя вина. Мне следовало бы быть осторожнее со словами. Не терзай свои бедные уши, просто внимательно смотри по сторонам. Вот и всё.

Он громко шмыгает носом. Я протягиваю руку к его лицу, вытирая слёзы.

— Если я попрошу тебя сделать что-то, что причинит тебе боль, ты должен сказать мне.

— Окей.

— Я серьёзно, Мэтт.

Он кивает. Я осторожно улыбаюсь в ответ.

— Ты хочешь вернуться домой?

Он энергично качает головой.

— Нет! Там ужасно. Люди плохо ко мне относятся.

— Кто? Кто плохо к тебе относится?

Он перечисляет имена. На десятом я останавливаю его. Неудивительно, что Майкл готов нарушить собственные законы ради Мэтта. Он стал лёгкой жертвой для кучки скучающих, запертых в доме вампиров. Я ещё раз поговорю с Бет. Мэтт, возможно, и был высокомерным придурком, но он этого не заслуживает. Я думаю, что приставленные к нему в особняке Монсеррат надзиратели заботятся только о том, чтобы защитить других от него, а не наоборот. Я подавляю свой гнев.

— Ладно, — успокаиваю я. — Я разберусь с этим. Однако сейчас мне нужно найти Фролик. Ты можешь помочь?

— Да.

— Тогда ладно, — я беру его за руку, и мы выходим на тротуар. Я перепрыгиваю через ограждение и жду, когда он сделает то же самое. Затем поворачиваюсь и улыбаюсь. — Давай разомнём ножки. Я имею в виду, — поспешно поправляюсь я, пока Мэтт не принял позу йоги, — давай пробежимся.

Он улыбается мне. Над головой громко ухает сова, словно соглашаясь, и мы пускаемся бежать.

Гайд-парк занимает огромную территорию. Хотя это, конечно, не