Кому добавки? История выживания на орочьей кухне - Юлия Арниева

а на вопросы отвечал односложно и с задержкой, словно возвращаясь из далёких размышлений.

Большую часть времени он проводил у границы барьера, подолгу стоя неподвижно с закрытыми глазами и протянутыми к невидимой стене руками. Что-то записывал в свою тетрадь, время от времени доставал магические артефакты и проводил какие-то измерения. Я видела, как некоторые из его кристаллов светились тревожным красным светом, а другие оставались тёмными.

Орки тоже заметили перемену в его поведении. Гром несколько раз пытался заговорить с магистром, но получал лишь рассеянные ответы вроде «да, конечно» или «всё хорошо», после которых Адриан снова погружался в свои мысли. Дети, которые поначалу с любопытством наблюдали за странным человеком, теперь обходили его стороной, инстинктивно чувствуя исходящее от него напряжение.

Торг собрал экстренный совет старейшин, где обсуждались возможные причины беспокойства магистра, но к единому мнению прийти не удалось.

— Может, он получил приказ нас всех убить? — мрачно предположил Камнерук во время одного из таких совещаний, который проходил в доме старейшины при закрытых ставнях.

— Если бы хотел убить, уже давно бы сделал, — возразила Коралла, нервно перебирая бусы на шее. — У него достаточно силы, чтобы справиться с нами всеми. И он уже показал, что не такой, как остальные маги.

— Тогда что его так тревожит? — недоумевал Торг, потирая виски большими пальцами. — И почему он боится показать это?

— Может, дело в барьере? — осторожно предположила я. — Возможно, его изменение создало проблемы не только здесь, но и в других местах.

— Какие проблемы? — спросил Гром.

— Не знаю, — призналась я. — Но что-то определённо происходит в столице. Иначе зачем присылать гонцов?

Ответ пришёл на третий день, когда у ворот общины показалось сразу два обоза. Это было настолько неожиданно, что я даже прекратила готовить обед и выбежала из кухни. Обычно торговцы приезжали поодиночке, да и до срока очередной поставки оставалось ещё две недели.

Грохот был необычным — скрип множества колёс и ржание нескольких лошадей. У границы барьера остановились две тяжело нагруженные повозки, доверху заполненные мешками и ящиками, а рядом с ними стояли два человека.

Мертон — знакомый торговец — выглядел ещё более недовольным и хмурым, чем обычно. Его лицо покрывал нездоровый румянец, а движения выдавали нервозность. Рядом с ним маячила высокая фигура в знакомой тёмно-синей мантии. Моё сердце ёкнуло — это был инспектор Корвин, тот самый маг, который несколько недель назад защитил меня от наглости торговца и заставил его привезти качественные продукты.

— Магистр Адриан! — окликнул Корвин, завидев приближающегося коллегу. — Какая неожиданная встреча! Я и не знал, что вы находитесь в этих краях.

— Корвин, — сухо ответил Адриан, и даже на расстоянии я уловила холодные нотки в его голосе. — Что привело вас сюда?

— Служебные дела, разумеется, — ответил инспектор с той же официальной вежливостью, но с заметным оттенком самодовольства. — Совет поручил мне проконтролировать экстренную поставку продовольствия в несколько пограничных общин. Проверить, как обстоят дела с питанием после… недавних изменений в системе барьеров.

Его взгляд скользнул по общине, задержался на тренирующихся вдалеке молодых орках, на орчанках, развешивающих бельё, и остановился на мне. И тотчас лицо Корвина оживилось, а в глазах появился нескрываемый интерес и что-то ещё — что-то такое, что заставило меня инстинктивно отступить на шаг.

— Эмма! — воскликнул он с широкой улыбкой, которая показалась мне слишком личной для официального визита. — Как дела? Надеюсь, местные условия не слишком тяжелы для такой хрупкой девушки?

Он сделал несколько шагов к барьеру, и я невольно отметила, что держится он совсем не так официально, как в прошлый раз. В его движениях читалась какая-то развязность, а улыбка была слишком широкой и слишком личной. Взгляд его задерживался на мне дольше, чем требовала простая вежливость.

— Здравствуйте, инспектор, — ответила я, стараясь сохранять дистанцию. — Всё хорошо, спасибо за интерес.

— Я так рад вас видеть в добром здравии! — продолжал Корвин, явно наслаждаясь беседой. — Знаете, я часто вспоминал о нашей встрече. Такая храбрая девушка, сумевшая постоять за себя… это производит впечатление.

Я почувствовала, как краснею, не зная, как реагировать на столь непривычную заботу. В прошлый раз Корвин был строгим, но справедливым инспектором. Сейчас же в его поведении было что-то такое, что заставляло меня чувствовать себя неловко.

— Знаете, — продолжал он, доставая из кармана аккуратно упакованный свёрток, — у меня для вас подарок. Пирожные из кондитерской лавки «Делиция» в столице. Это одно из лучших заведений города, их сладости подают даже при дворе…

— Инспектор Корвин, — прервал его сухой голос Адриана, и я вздрогнула. Магистр подошёл незаметно и теперь стоял рядом со мной — настолько близко, что я чувствовала исходящее от него тепло. Он окидывал коллегу взглядом, полным плохо скрываемого раздражения. — Полагаю, вы приехали не для того, чтобы угощать кухарок сладостями? У вас, насколько я понимаю, официальное задание?

В его голосе звучали такие ледяные нотки, что Корвин невольно отступил на шаг. Улыбка не сошла с его лица, но стала заметно более натянутой, а в глазах мелькнуло что-то похожее на испуг.

— Конечно, конечно, — поспешно согласился он, пряча свёрток обратно в карман. — Просто вежливость требовала поинтересоваться здоровьем… эм… Но вы совершенно правы, дела прежде всего.

Адриан продолжал сверлить его недружелюбным взглядом ещё несколько секунд, и я почувствовала, как напряжение между двумя магами становится почти осязаемым. Наконец магистр повернулся к торговцу:

— Мертон, начинайте разгрузку. Чем быстрее управитесь, тем лучше для всех.

— Да, господин, уже начинаю. Только вот… — недоговорил торговец, подходя к каменной полосе, обозначающей границу барьера, и осторожно протянув руку вперёд. Рука остановилась в воздухе, словно наткнувшись на невидимую стену. Мертон надавил сильнее, но его ладонь просто не могла продвинуться дальше.

— Не проходит, — констатировал он, потирая костяшки пальцев, которые покраснели от усилий. — Совсем не проходит, как и в другой общине.

— Значит, это правда, и барьер блокирует всех, — констатировал Адриан, проведя рукой вдоль невидимой границы. Его лицо стало ещё более мрачным. — Хм… а лошади?

Мертон тут же попробовал привести к границе одну из лошадей, но животное вдруг заупрямилось. Конь храпел, мотал головой и категорически отказывался приближаться к невидимой стене. Когда торговец попытался принудить его силой, дёрнув за повод, лошадь встала на дыбы и чуть не опрокинула телегу, издавая испуганное