Якорь секретов - Тесса Хейл

настолько далеко. Если бы я не была в ужасе, я бы задала миллион разных вопросов.

Ронан сжал мою руку.

— Нет никаких причин бояться. Ассамблея не причинит тебе вреда.

— Как ты…

— Твой запах, помнишь? Я чувствую запах твоих разных эмоций. Особенно когда они обострены.

— Похоже на жульничество, — проворчала я.

Ронан усмехнулся, наклоняясь ближе и касаясь губами моего виска.

— Я воспользуюсь любой информацией о тебе, которую смогу получить.

— Ты можешь попробовать спросить. Это немного менее инвазивно.

Взгляд Колта встретился с моим в зеркале заднего вида.

— Итак, что же в этом было бы забавного?

Я показала ему язык.

Я оглянулась через плечо на Деклана. Он все еще казался погруженным в свои мысли. Или, что еще лучше, потерялся из-за предательства своего отца.

— А Патрик там будет? — тихо спросила я.

Тело Деклана дернулось при упоминании имени отца, и я прокляла себя за то, что вообще задала этот вопрос.

Ронан сжал челюсти.

— Он никогда не упускает возможности поцеловать коллективную задницу Ассамблеи.

— Я этого не понимаю. Ассамблея не может контролировать кланы, верно?

— Они по-настоящему контролируют ситуацию только в том случае, если кто-то нарушает наши законы. Они — судья и присяжные, — объяснил Дэш.

— Но их влияние выходит за рамки этого, — сказал Деклан. — Они могут влиять на наш народ. И если достаточное количество членов твоего клана выступит против тебя, ты можешь потерять власть. Гораздо лучше пользоваться благосклонностью Ассамблеи.

Воспоминание царапнуло глубоко в воспоминаниях.

— Но они разрешили вампиров, не так ли?

Трейс усмехнулся.

— Надо было отлучить их.

Колт взглянул в зеркало заднего вида.

— Несколько вампиров питались от людей и других сверхъестественных существ без разрешения. Это нарушает договор, поэтому на них распространялся закон Ассамблеи.

Я крепче сжала пальцы Ронана.

— Что случилось?

— Вампиры, о которых идет речь, были заключены в тюрьму, и вампиры в целом получили своего рода метафорическую пощечину, — сказал Колт.

Дэш наклонился вперед.

— Это бесчестие — представлять свой клан в целом перед Ассамблеей.

— Очевидно, это не помешало Алистеру быть мудаком, — пробормотала я.

— Нет более правдивых слов, Маленькая Птичка, — крикнул Трейс с переднего сиденья.

Колт снял ногу с педали газа и включил поворотник. Мы свернули на узкую боковую дорогу, посыпанную гравием. Из-за деревьев, которые окружали нас, создавалось ощущение, что мы едем по туннелю. Если бы у меня не было нервного срыва, я бы нашла это прекрасным.

— Там нет ворот или чего-то в этом роде?

Дэш покачал головой.

— Собственность окружена заклинанием. Люди даже не видят дороги, на которую нужно свернуть.

— Как я могу ее увидеть?

Он сжал мои плечи.

— Ты не человек.

— Но мои силы так и не проявились. — Было больно просто произносить эти слова, зная, что я могу приговорить всех в этой машине к смерти.

— Нет, но ты все равно сверхъестественная, — заверил меня Дэш.

Я не чувствовала себя такой, какой была, как бы сильно мне этого ни хотелось.

Дорога вывела на огромную поляну. Несколько десятков автомобилей были припаркованы на импровизированной посыпанной гравием стоянке.

У меня пересохло во рту, когда Колт припарковался.

— Здесь много людей.

— Они все любят драму, — проворчал Трейс.

Это означало, что все они хотели посмотреть, что Ассамблея сделает из меня.

Ронан снова сжал мою руку.

— Все будет хорошо.

Я тупо кивнула, но не поверила ему.

Я заставила себя отпустить руку Ронана и вылезти из внедорожника. В считанные секунды я была окружена ребятами. Это простое действие поставило под сомнение слова Ронана.

Мы миновали стоянку, и я ахнула. От этого места просто захватывало дух. Сочная зеленая трава переходила в нечто вроде каменного амфитеатра. Но за ним был крутой спуск к океану. Сам амфитеатр выглядел так, словно был высечен в земле, являясь ее частью.

Но потом я увидела людей.

Все взгляды были прикованы ко мне, пока мы шли к месту встречи. Мой язык прилип к небу. Они все наблюдали. Осуждающе.

Трейс придвинулся ближе с правой стороны от меня.

— Ты с нами.

Эти слова окутали меня, и я изо всех сил старалась удержать их.

Колт шел впереди, Деклан — рядом с ним. Дэш — слева от меня, Трейс — справа. А Ронан замыкал шествие. Будто он хотел убедиться, что никто не нападет на меня сзади.

О, да, все эти теплые слова.

Когда мы добрались до амфитеатра, поднялся шепот. Я уловила несколько отборных слов.

Никогда не проявлялась.

Такой позор.

Шлюха.

Какая пустая трата времени.

Ребята свирепо смотрели на тех, кто посмел оскорбить меня, но я изо всех сил старалась смотреть только прямо перед собой. Там была своего рода сцена. С каменным столом и скамьей. Там было пусто, но у меня было предчувствие, что именно там будет заседать Ассамблея.

Что-то привлекло мое внимание справа. Пара. Что-то в этом мужчине было странно знакомым. Но именно свирепый взгляд на его лице заставил меня чуть не споткнуться. Но этот взгляд был направлен не на меня. Он был нацелен на Трейса.

Я увидела, как с губ этого человека сорвалось слово «позор». Я взглянула на Трейса.

— Кто это?

Он заскрежетал челюстями.

— Мои родители. Не самые большие мои поклонники. Для них иметь сына-инкуба — позор.

Гнев вспыхнул в моей груди, и я протиснулась сквозь толпу парней, направляясь к парочке.

Их глаза расширились при моем приближении.

— Вы жалкие. Тот факт, что вы не можете видеть, какой у вас потрясающий сын, просто печально. Он заботливый, свирепый и верный. На самом деле, это ваша потеря, ваше наказание — лишиться возможности по-настоящему узнать его. Но надеюсь, что у вас также постоянный геморрой.

Рука Трейса обхватила меня за талию, притягивая назад.

— Маленькая Птичка… — Но в его голосе слышался смех.

Я позволила ему увлечь меня прочь, к алтарю.

— Я действительно желаю этого. Этого или постоянной диареи.

Трейс только рассмеялся еще громче, и звук был таким сладким, что у меня в груди зародилась боль.

Он взглянул на меня сверху вниз.

— Как же мне так повезло, что ты на моей стороне?

Я улыбнулась ему снизу вверх.

— Ну, мы знаем, что в прошлой жизни ты не был ангелом.

Ронан подавился смехом.

— Это уж точно, черт возьми.

На сцену вышел мужчина.

— Садитесь. Заседание Ассамблеи объявляется открытым.

— 48~

У меня сжался желудок, когда толпа замолчала. Трейс положил руку мне на поясницу, направляя к переднему ряду каменных скамей.

С каждым шагом мои мышцы напрягались все сильнее. Я заметила Алистера в первом ряду справа. Его профиль был так похож на профиль Дэмиена,