Ульяна Соболева - Изгой

— Я не знаю, что ты хотела этим сказать, но если это твой аргумент, то мне он не понятен и в эти игры я не играю уже пятьсот лет. Так что давай оставим затею соблазнить меня, и откроем истинную причину.

Это было как пощечина, я закусила губу, чтобы не расплакаться от разочарования.

— Говори, Диана. Настоящую причину по которой ты хочешь остаться рядом со мной. Что творится в твоей голове? Чего ты хочешь, Диана?

— Тебя.

Я ответила, а он побледнел, даже челюсти сжал. На миг мне показалось, что я его разозлила.

— Глупый ответ. Попробуй еще раз. Почему я должен оставить тебя, а не, например, насильно отправить к такой то матери?

Он говорил тихо и спокойно, а меня это выводило из себя, бесило, сводило с ума.

— Потому что ты — мой первый мужчина, ты сказал, что мы любовники и я хочу чтобы так было на самом деле и…

— Молчать — он прорычал это слово так громко, что у меня заложило уши.

— Я хочу правду, Диана.

— Это правда. Нет другой причины. Это твое дело верить или нет. Ты, конечно, можешь выгнать меня, убить, отдать как их там…ищейкам. Только вот она причина. Я все сказала. Я просто хочу быть рядом с тобой, меня там уже никто не ждет. Я — никто. Как и ты. У меня нет прошлого, но у меня есть настоящее и будущее. С тех пор, как в моей жизни появился ты, я уже не хочу жить иначе… Без тебя… Можешь мне не верить. А теперь я спущусь вниз и буду ждать твоего решения. Ведь у меня нет выбора да? Ты сильный, ты не человек, ты вершишь судьбы, а я? Так пылинка. И мои чувства, желания ничего не значат для тебя. Давай, прогони меня. Сколько там осталось времени? Двадцать минут. Я подожду.

Я развернулась и ушла, меня душили слезы, они комом застряли в горле, но не могли пролиться. Вот и все. Я все ему сказала. Возможно, сейчас он меня догонит и прикончит, или больше просто не появится. Отдаст меня своему слуге–плебею и тот выполнит его поручение. Мною ведь можно распоряжаться как вещью. Я медленно спустилась в залу и села на диван. Мои чемоданы стояли на ковре, как символ ненужной и уже ненавистной свободы. Я закрыла глаза. Сколько времени осталось? Десять минут? Пять? Или я уже никогда отсюда не выйду живой. Я согласна на второе…

Изгой появился через считанные секунды. Я не смотрела на него. Знала, что он стоит рядом. И вдруг он усмехнулся и спросил:

— Я не понял — ты хочешь, чтобы сегодня я тренировался сам? А ну ка марш переодеваться.

Я подскочила, прижала руки к груди и посмотрела на него. Я не верила своим глазам — он улыбался. Мне. Я еще никогда не видела такой улыбки, от нее дух захватывало. В уголках его глаз появились озорные морщинки.

— Опоздавший отжимается двадцать раз.

Я бросилась к себе в комнату, и от радости мне захотелось кричать. Я победила. Я выиграла. Впервые. Он сдался. Да, черт подери, этот бесчувственный робот сдался, а еще он улыбался мне…Тоже впервые.

Глава 15 

Эти последние дни, перед нашей встречей с Мокану, пролетели как мгновение. И это были самые лучшие два дня за все время, как я стала пленницей Изгоя. Он изменился, точнее не он, а его отношение ко мне. Мне уже не верилось, что какие то два дня назад я все еще смертельно его боялась. Сегодня мне от этих мыслей становилось смешно, нет, вру не смешно, а скорее стыдно и неловко. После того как он позволил мне остаться, между нами словно разрушилась стена отчуждения. Его стена, которая казалась мне непреодолимой.

В то утро, когда Изгой все же не выгнал меня, мы тренировались в самой чаще леса. Я старалась как никогда, мне даже не верилось, что у меня появилось столько сил. Я хотела доказать ему — я не обуза, я быстро учусь. И сегодня мне это удавалось лучше всего.

Пока я не наткнулась случайно на нору с волчатами. Серые клубочки жалобно пищали, видно ждали свою маму, которая наверняка чувствовала присутствие Изгоя и не подходила к своим детенышам.

— Здесь волчата, — восторженно крикнула я, и присела на корточки, рассматривая зверьков. Похожи на щенков лайки. Я обернулась на мужчину, тот не подходил, смотрел на меня издалека.

— Оставь их. Это маленькие хищники, они не нуждаются в твоей заботе.

Я усмехнулась и потянулась к рюкзаку на спине, достала бутерброд с колбасой и швырнула малышам.

— Ну, от того что я их покормлю, они не станут ручными.

Словно в противовес моим словам волчата осторожно подобрались ко мне поближе. Я швырнула еще кусочек и наблюдала, как они жадно едят. Вскоре зверьки уже копошились у моих ног, я осмелилась потрогать их шерстку, и даже погладить.

— Ах, вы мои хорошие, где же ваша мама?

Бормотала я и уже смело гладила пушистые комочки. Внезапно раздался рык, и я вздрогнула от испуга.

— Диана не шевелись, просто замри, слышишь? Замри.

Я судорожно глотнула слюну. Только сейчас я заметила, что в шаге от меня приготовилась к прыжку бурая волчица. Она злобно оскалилась, и ее страшные глаза светились фосфором. В одно мгновение Изгой оказался между мной и хищницей. Я тут же поднялась на ноги и отпрянула в сторону. Сцена была завораживающей. Они смотрели друг другу в глаза. Два страшных зверя, убийцы, охотники. Это был молчаливый поединок взглядами. Наконец волчица ощетинилась, опустила уши и попятилась назад, поджала хвост. Я поняла, кто выиграл, да можно было и не сомневаться. Самый страшный зверь это — вампир. Мстислав повернулся ко мне, но прежде чем я поняла, что происходит, что то взметнулось в воздух, потом я услышала звериный визг, и уже через секунду Изгой держал волчицу за горло на вытянутой руке. Та пыталась вырваться, царапалась, скулила и наконец то затихла. Изгой оскалился, и я вдруг почувствовала, что сейчас он убьет хищницу за то, что та осмелилась напасть.

— Не надо, — тихо попросила я, но он, казалось, меня не слышал, — Мстислав, не надо, она просто защищала своих детенышей, если ты убьешь ее — они умрут с голоду. Оставь ее, отпусти. Она не тронет нас, она тебя просто боится.

Он по–прежнему меня не слышал. Он приблизил лицо к морде волчицы и та дернулась в его руке, предчувствуя свою смерть. Когда то, точно так же, я боялась его сама. Только теперь многое изменилось. Изгой больше не казался мне равнодушным и страшным монстром.

— Мстислав, отпусти ее. Прошу тебя. Сделай это для меня, пожалуйста.

В тот самый момент, когда я думала, что сейчас он свернет ей шею, Изгой отшвырнул волчицу. Та тут же метнулась в кусты.

— Пойдем отсюда, — я взяла его за руку, но им овладело странное оцепенение. Мстислав повернулся ко мне, но руку не отнял.

— Второй раз, — тихо сказал Изгой и крепко сжал мои пальцы.