Проклятие императора - Светлана Ершова

широкой груди. Страшась, что нежный, практически невесомый, но такой необходимый поцелуй прервётся, обнимаю мужчину за шею, тянусь к нему, как слабый росток к солнцу. Чувствуя мой отклик, Фред прижимает меня крепче, властно раздвигает губы языком, толкаясь в рот. От его вкуса кружится голова и, сдерживая стон, я запускаю пальцы в его волосы.

Муж отстраняется медленно, словно нехотя, и на мгновение я вижу знакомый, горящий диким желанием взгляд. Но только на мгновение. Фред моргнул и бесстрастная маска встала на место, надёжно скрывая его чувства.

На ватных, подгибающихся ногах, стоя по левую руку от императора, я принимаю поздравления и вскоре понимаю, что рядом нет новоиспечённых родственников, вокруг только незнакомые люди, напирающие толпой. Непроизвольно вцепляюсь в ладонь супруга, придвигаясь к нему ближе, будто прошу защитить меня от них и спрятать как можно дальше.

Не знаю, по этой ли причине или руководствуясь чем-то иным, но Фред, высвободив свою руку и приобняв меня ею за талию, уверенно направляется к выходу, уводя меня из этого дурдома.

До моих апартаментов мы добирались молча, как всегда, окружённые кольцом охраны. Я не могла не заметить отсутствия личного цербера императора, но спрашивать, куда делся Калиб, поостереглась. Не сейчас. Позже, когда вынырну из объятий мужа, всё так же притискивающего меня к своему боку.

В мои покои зашли вместе, тут же убрав свою руку с моей талии, Фред бросил:

– Переодевайся, у тебя два часа на сборы.

– Мы куда-то едем? – прошептала я испуганно.

Почему-то показалось, что он выставит меня из дворца. Нет, не на улицу, а сошлёт в Тмутаракань прочь со своих глаз.

– У нас медовый месяц, неужто запамятовала? – протянул он ехидно и не дав переварить новую информацию, приказал: – Поторопись, ждать я не намерен.

Глядя на то, как закрылась дверь в его спальню, я усиленно хлопала ресницами, пытаясь осознать... Медовый месяц? Я о нём и не мечтала! Всё-таки Фредерик идеальный муж, вот только я оказалась его недостойна. Эх, если бы не моя глупость, всё бы было по-другому и этот день стал бы самым счастливым в моей жизни.

Сборы, поездка до портала, и вот уже другая карета и совсем другой пейзаж за окном. Покрытые зеленью склоны гор, узкая жёлтая полоска песчаного пляжа и бесконечная – до самого горизонта – водная гладь. Красиво. Поёрзав, посмотрела на сидящего напротив Крослиффа, сверлящего меня взглядом препарирующего лягушку учёного.

– Где мы?

– Корсарский берег, – произнёс он таким тоном, как будто это всё объясняло, а поняв, что это ни о чём мне не говорит, озадаченно нахмурился: – Из-за желания завладеть именно этими землями Саид объявил нам войну.

– А зачем они ему?

– А ты не знаешь?

– Будь это по-другому, я бы не спрашивала, – раздражённо дёрнула я плечом.

– В этих горах богатые залежи камня, из которого можно создать воспламеняющийся порошок, использующийся при производстве довольно опасного оружия.

– А зачем оно отцу? – что-то меня заклинило.

– Рейсхад обделён магами, большая часть населёния – обычные люди, но благодаря оружию, он мог бы сравняться по силе с другими государствами. Прежний император Татисфила был... идиотом и считал, что против магии это лишь игрушки, вот и пообещал отписать Саиду Корсарский берег. Я себя идиотом не считаю и не собираюсь давать кому бы то ни было такое преимущество. Хорошо, что Энвертийский выполнить обещание не успел, – пояснил он охотно.

– Почему он вообще проявил такую щедрость? Отдать целый кусок своей территории – это же несусветная глупость! – поинтересовалась я недоумённо.

– Я тоже долго над этим гадал, а сейчас думаю, что это была плата... за тебя.

– Охренеть... – протянула я совсем не как императрица, вызвав на лице супруга мимолётную улыбку. – Получается где-то рядом граница с Рейсхадом? – брякнула я, не подумав.

Фред сразу закаменел всем телом и, зло прищурив глаза, подался вперёд, склоняясь к моему лицу.

– Даже не надейся, сбежать не получится. Я свою жену из-под земли достану! – выдохнул он с угрозой в звенящем сталью голосе.

– И что ты сделаешь? – прошептала, гулко сглотнув.

– Трахну так, что ходить не сможешь!

Вот это я понимаю, угроза! Оценив перспективы, отвернулась к окну и, задумчиво глядя вдаль, едва слышно пробормотала:

– Попробовать сбежать, что ли...

Сказать, что Фред опешил от такого заявления – сильно приуменьшить действительность. Он и моргнуть-то не сразу смог. А когда у него это всё же получилось, откинулся на спинку сиденья и всю оставшуюся дорогу молча прожигал меня взглядом.

47

47

ФРЕДЕРИК.

Кто мне скажет: она надо мной издевается? Я и так две ночи нормально не спал и, глядя на чернеющую в темноте дверь в соседнюю спальню, представлял, как она открывается и в мою комнату вплывает девушка, предлагая своё стройное тело. Ещё и поцелуй у алтаря выбил почву из-под ног. Гарима так тянулась ко мне, отвечала с такой страстью... Стоит ли поверить, что я ей не безразличен, или это очередная уловка?

Глупо, но во всей этой истории со шпионажем и попытками ограбления меня больше всего задевает то, что наш секс, ставший для меня чем-то возвышенным, чистым, окрыляющим, для неё был лишь способом подобраться ко мне поближе, чтобы просто прикончить.

Поклянись она, что не знала о предназначении кристаллов и хочет меня не менее сильно, я бы дал нам ещё один шанс. Казалось бы, чего проще? Спроси! Но я боюсь услышать ответ и разочароваться в ней окончательно.

Поморщился от боли в паху, преследующей меня, потому что жена близко, стоит протянуть руку, пересадить на свои колени и, втянув её запах, впиться в пухлые губы. Посмотрев на растерянную девушку, я уже решился задать мучающие меня вопросы... и в этот момент карета затормозила. Как не вовремя-то, а я и не заметил, что мы уже приехали.

Выйдя из экипажа, подал руку Гариме. Так и не отпустив узкую ладошку, повернулся к двухэтажному особняку и едва не выдал речь, состоящую из отборного мата... На крыльце, счастливо улыбаясь, стояли Алекс и Алисия!

Буквально подлетев к ним, я рявкнул:

– Какого хрена вы тут делаете?!

– Отец предложил нам отдохнуть недельку, даже согласился за Леонсией присмотреть. А я подумал, чего нам мотаться по свету, когда есть такое чудесное место? – невозмутимо пожал плечами братик. – Прости, мы не знали,