Пепел короля, проклятого звездами - Карисса Бродбент

зрением я уловила какое-то движение. Повернувшись, увидела малыша. Это была девочка. Она ползала возле моих ног и ловила капли крови, падавшие с крыльев.

– А ну пошла вон! – крикнула я и пнула девчонку, словно бродячую кошку.

Малявка с шипением отползла.

– Не смей так разговаривать с моими детьми.

Эвелена быстро подошла ко мне. Плавность и изящество ее движений были такими же, как у Винсента. Она так и не сменила платье, забрызганное кровью во время нашего поединка. На ее руке я увидела следы ожогов. Эфес меча она обернула тряпкой, почерневшей от ее крови. Меч и ей не давался в руки.

Скривив губу, она смотрела на меня.

– Меня очень занимало, к кому попадет меч. Оставил ли захватчик его себе или уничтожил. Оказывается, новоявленный король попросту отдал реликвию Винсента своей жене.

Эвелена наклонилась ниже, и в темноте что-то блеснуло. Кулон теперь висел у нее на шее. Ее платье было расстегнуто, и пятнистый шрам создавал странный ореол вокруг серебряного полумесяца.

Она запрокинула голову. Взгляд был острый, как у хищника.

– А ты, сестренка, можешь держать этот меч в руках?

– Этот меч мог держать в руках только Винсент и больше никто. Ты это знаешь.

Эвелена засмеялась. Смех был пронзительным, как у сумасшедших. Она снова наклонилась ко мне, потянувшись левой рукой к моему горлу. Потом ее рука скользнула вниз, к груди. Пока я была без сознания, она развязала тесемки моих доспехов и, конечно же, увидела печать наследницы.

– Я должна была убедиться, настоящая ли у тебя отметина, – пояснила Эвелена. – Пробовала ее соскрести, пока ты лежала в обмороке.

Как будто это так просто!

– Отойди от меня, – прошипела я, но она еще сильнее придавила мне грудь, отчего гвозди больнее впились в нежную кожу крыльев.

– Я думала, что стану наследницей, – продолжила Эвелена. – Ведь я – ближайшая родственница Винсента, оставшаяся в живых. Я всю жизнь готовилась к тому, чтобы однажды стать королевой. Думаешь, легко самой постигать все премудрости правления?

Она отшвырнула меч, и тот упал у нее за спиной.

Эвелена кивнула на своих малолетних помощников:

– Чтобы править, нужны подданные! А знаешь, каких усилий мне стоило вернуть это проклятое место к жизни? И всё в одиночку! Везде одна!

У нее дрогнул голос. Мне в ноздри ударил запах горелой плоти. Эвелена попала в полосу тусклого холодного света, и я увидела, что кулон, висящий у нее на груди, точно так же жжет ей кожу, как жег мне. Кулон качался на цепочке, и каждое его прикосновение заставляло ее морщиться от боли.

– Но потом появилась ты. Ты, которую он оставил в живых. Ты, от которой так сильно пахнет человеком.

Ноздри Эвелены раздулись. Она еще ниже наклонилась ко мне. Наши тела почти смыкались.

У меня оцепенели все мышцы.

Слишком близко. Невыносимо близко.

– Отойди от меня, – повторила я.

Ночной огонь. В этом каменном мешке был Ночной огонь. Нужно лишь дотянуться до него, воззвать к нему, даже если мой собственный не откликался. Я уже так делала. Я…

– Почему ты этого заслуживаешь? Ты, человеческая девка?

Через мгновение я ощутила губы Эвелены у себя на горле.

Ее зубы больно вонзились мне в кожу.

Ее яд проник мне в кровь, вызвав сильное головокружение.

Я вскрикнула, сопротивляясь, и попыталась пнуть ее коленом, но безуспешно. Хватка Эвелены была невероятно сильной. Она жадно глотала мою кровь, и с каждым глотком мое зрение становилось все туманнее.

В кожу мне впивались зубы Эвелены.

Министера.

Моего прежнего возлюбленного.

Яд притуплял охватившую меня панику. Я попала в западню. Я была совершенно беспомощна, и ни печать наследницы, ни крылья не меняли моего положения жертвы.

Насытившись, Эвелена отпрянула от меня, запрокинула голову и слизала кровь с губ.

– Ты на вкус человек, – прошипела она. – Ты выглядишь как человек и пахнешь, как человек.

Моя голова свесилась набок. Волевым усилием я толкала себя в сознание, пробиваясь сквозь туман, вызванный вампирским ядом.

Думай. Надо что-то придумать.

– И на моем месте оказалась ты, – засмеялась Эвелена.

Смех был хриплый, истеричный. Она выпрямилась. Кулон снова коснулся ее груди, в очередной раз заставив поморщиться.

И вдруг она замерла, словно превратившись в ледяную глыбу. В глазах заблестели слезы.

– Я всегда думала, что он не просто так сохранил мне жизнь, – зашептала она. – Всегда думала, что таков его замысел. Что он выбрал меня. Но…

Ее рука крепко сжала кулон. Даже костяшки побелели, а между пальцами потекла кровь.

И вдруг я поняла.

Эвелена вздрагивала не только от ожогов. Была и другая боль. Ей открывалось то же, что и мне, когда я прикоснулась к кулону. Фрагменты личности Винсента. Далекие осколки его памяти.

Его воспоминания о попытке убить пятилетнюю Эвелену. Попытка не удалась, но вовсе не потому, что таково было его намерение. Не потому, что он вдруг решил ее пощадить. В ту ночь он убил слишком много детей и подустал. Его движения утратили четкость. Эвелена была не настолько для него важна, чтобы возвращаться и добивать ее.

Я вдруг поняла сущность Эвелены. Целиком, до мелочей. Это понимание словно полоснуло ножом по сердцу. Она помешалась на Винсенте. Она любила его, поскольку он был ее единственной узенькой дорожкой к власти, и одновременно ненавидела за все, через что прошла по его вине. Двести лет она жила, сочиняя сказки о нем, о Лахоре и о короне, которая однажды увенчает ее голову.

И теперь она убеждалась, что ничего для него не значила.

Не было никакого замысла. Никакой тайны. Никакой предначертанной судьбы.

Был лишь кровожадный вампир, допустивший промах, и бессмысленные мотивы его поступков.

Я увидела в Эвелене себя, словно смотрела в зеркало. Один и тот же мужчина лепил нас и ломал. Она молилась о судьбе – и получила жалкие крохи везения. Я всю жизнь строила на везении – и получила тайны.

Я получила власть, Эвелина осталась с пустыми руками.

Но теперь она хотя бы могла отомстить.

«Ты не такая, как они».

Слова Винсента эхом звучали у меня в голове. Я ненавидела его за эти слова. Но сейчас я отчаянно уцепилась за них.

Он был прав, а я нет.

Среди вампиров Дома Ночи я была в числе самых могущественных. Пожалуй, даже среди вампиров во всех Обитрах. Я обладала силой, хотя и не знала, как до нее добраться. Она просто была во мне.

Не этой идиотке замахиваться на мое убийство.

Вместе с пониманием у меня появился замысел. Довольно рискованный.

– Ты все равно остаешься его кровной родственницей, – прошептала я. – Признавал он