Сьюзен И - Мир После (ЛП)

Сложно поверить.

Я осторожно смотрю на рукоять меча. Удивительно, но она есть, на рукояти у основы перекрестья. Белоснежная нить смешивается с полуночной тьмой.

Я пробегаю пальцами по связке и закрываю глаза. Я думаю о Раффи, делающем то же самое, когда чувствую чередование структур нитей и волос под кончиками моих пальцев.

Меч желает мне удачи?

Я знаю, что он скучает по Раффи. Если я не вернусь, думаю, у него нет шансов увидеть его снова. Даже если его подберет кто-то другой, у этого человека не будет связи с ним, и он не будет знать о том, что же он такое. Поэтому, вероятно, у него есть причины желать мне удачи, наряду с небольшим напоминанием о Раффи.

Я ненавижу то, что мне нужно оставить меч, но у меня нет другого выхода. Я прикрываю его и мишку сломанными кирпичами и щепками от досок.

Поднимаюсь и ухожу, чувствуя себя обнаженной. Надеюсь, грабители не могут позволить себе роскоши покопаться в мусоре для поиска сокровищ.

Глава 47

Тем временем, капитан сходит с парома и нашу группу переводят в небольшой караван фургонов, внедорожников и коротких школьных автобусов. Мадлен сопровождает капитана к одному из этих ненавистных контейнеров. Я случайно присоединяюсь к ним.

— Сегодня ночью запланирован побег — говорю я вполголоса.

Он смотрит на меня, потом на Мадлен, потом снова на меня. Он моложе, чем кажется, не больше тридцати, с гладко выбритым лицом и совершенно лысой головой.

— Удачи тебе.

Его голос не был недружелюбным, но это было и не приглашение.

Мадлен подходит к транспортировочному контейнеру и открывает, раскачивая из стороны в сторону, металлические двери. На полках хранятся консервированный суп, овощи, вместе с рядами ликера и книг. Светильник на батарейках стоит в углу, и мягкое кресло стоит рядом с небольшим столиком. По стандартам Мира После, это совершенно уютно.

— Они нуждаются в том, чтобы вы вернули паром обратно и забрали заключенных, — говорю я.

Выражение его лица было скептическим, поэтому до того, как он скажет нет, я атаковала.

— Это будет абсолютно безопасно. Всех скорпионов и ангелов не будет. У них сегодня ночью задание.

Он ступает в контейнер и включает свет.

— Ничто не может быть абсолютно безопасным. И паром сохраняет меня живым и сытым. Я не могу рисковать. Я не сдам тебя, но я никому не позволю прикоснуться к парому.

Я взглянула на Мадлен за помощью.

— Ты можешь поговорить с ним? Я имею в виду, у тебя тоже есть кто-то в тюрьме на острове, не так ли?

Она смотрит вниз, отказываясь встречаться со мной глазами.

— Доктор будет держать его в безопасности, до тех пор, пока я помогаю с его небольшими проектами, — она пожимает плечами. — Мы должны идти.

Я перевела взгляд с Мадлен на капитана, который сейчас наливает себе выпить.

— Это твой шанс стать лучше, — говорю я. — Ты можешь спасти все эти жизни. Компенсировать то, что ты когда-либо пережил, для того, чтобы выжить. Ты знаешь, что там происходит.

Он ударил стаканом по столу.

— Где ты нашла ее, Мадлен? Разве то, через что мы прошли, не достаточно ужасно без Маленькой Мисс Занозы-в-Заднице, поучающей нас?

— Это просто правильно, — говорю я.

— Правильные вещи — это роскошь для богатых и защищенных людей. Для остальных из нас, единственным правильным будет избегать неприятностей и жить максимально долго.

Он садится на стул и открывает книгу, демонстративно не глядя на меня.

— Они нуждаются в тебе. Ты единственный, кто может помочь им. Моей маме и моим друзьям…

— Убирайся, пока ты не убедила меня донести, чтобы избавится от тебя.

Ему хватает совести выглядеть смущенным.

Мадлен закрывает дверь.

— Я оставляю ее незапертой.

— Прекрасно, — отвечает он таким голосом, что становится ясно — разговор закончен.

Я совсем недооценила, как тяжело уговорить кого-то рисковать своей жизнью ради других. Какими бы не были отношения Сопротивления, они бы объединились в подобной ситуации.

— Может кто-нибудь другой управлять паромом? — спрашиваю Мадлен.

— Не потопив его, пытаясь выйти из дока? Ты не можешь никого заставить быть героем. Я оставила дверь открытой для Джейка в случае, если передумает.

— Этого не достаточно. Мне нужен кто-то, кто вернет паром назад сегодня ночью.

Даниэль, помощник Мадлен, высовывает загорелое лицо из окна автобуса.

— Поехали!

Мадлен берет меня за руку и тянет к автобусу.

— Идем. Это больше не наша проблема.

Я вырываюсь из ее рук.

— Как ты можешь так говорить?

Она достает маленький пистолет из кармана и направляет его на меня.

— Я сказала врачу, что приведу тебя в обитель и это то, что я собираюсь сделать. Я сожалею, но от этого зависит жизнь моего мужа.

— Много жизней могут быть спасены, в том числе жизнь твоего мужа, если мы только…

Она качает головой.

— Нет никого больше, кто сможет управлять паромом. И даже если мы найдем кого-то, он не будет рисковать своей жизнью больше, чем будет Джейк. Я не променяю жизнь мужа на несбыточные мечты о плане побега. Пошли. Сейчас же.

В ее глазах появился решительный блеск, как будто она готова выстрелить мне в руку и затащить в автобус.

Я неохотно иду по направлению автобуса с Мадлен.

Глава 48

Мы петляем через строй брошенных машин на трассе И-280 и движемся на юг. Чем сильнее мы удаляемся от пирсов, тем хуже я отношусь к плану побега. Похоже было, что капитана Джейка вполне устраивает его статус капитана-рабовладельца. Есть ли шанс, что он готов отбросить свою единственную возможность выжить и рискнет своей жизнью ради людей, которых он перевозил навстречу их гибели?

Есть маленький шанс, что рискнет. Он человек, а люди иногда совершают подобные вещи. Но более вероятно, что он будет постоянно пить в течение дня, пока находится в ступоре, вызванном чувством вины, когда скорпионы взлетят над их головами.

Это слишком. Мама и Пейдж — тоже слишком. Меч и Клара, и все те люди на Алькатрасе…

Я запихиваю все эти мысли в хранилище в голове и с трудом захлопываю дверь. Сейчас у меня там целый мир. Я не могу позволить открыть его без риска быть заваленной всеми хранящимися там вещами. У меня было несколько друзей-терапевтов из Мира До. Чтобы разобраться в этом хранилище, потребуется целый жизненный путь терапевта.

Сидя в конце салона автобуса, я смотрю в открытое окно, на самом деле ничего не замечая. Все эти пятна мертвых машин, мусор, разрушенные и сгоревшие здания.