Ловец магических животных - Валентина Ильинична Елисеева

— Группа стражников, конвоирующих ловца и дракона, вошла в городские ворота, — доносили они.

— Дракон жив, он вращает глазами и шевелит хвостом, — добавляли они важные сведения.

— Ловец и его груз доставлены в лабораторию, — последнее сообщение, и время, казалось, остановило свой бег.

В повисшей тишине уверенную поступь Сета все расслышали издалека. Придворные теснее прижались к стенам, Вайко напряжённо выпрямился и судорожно сжал подлокотники трона. Рокот голосов, прокатившийся по залу, вынудил Кори поднять глаза и замереть на месте при виде бывшего возлюбленного. Сет был одет не в парадный фрак, как все, а в запылённый охотничий наряд ловца, на котором тут и там сверкали синеватым серебром капли свежей драконьей крови.

Повелительным взмахом руки велев ловцу вплотную приблизиться к трону, король Вайко глухо обратился к нему:

— Принёс?

— Да, ваше величество. Вот сердце, которое излечит вашего сына, — известил Сейтан, поднимая окровавленный мешок.

Амулеты истинности слов, закреплённые на подставках рядом с троном, позеленели, подтверждая правдивость ловца, хоть и без них никто не усомнился в его искренности. Лицо охотника за магическими существами было тёмным и жёстким, исковерканным когтями несговорчивой дичи и пламенем дыхания драконов, но его деловая репутация была кристально бела и не тронута ни единым пятнышком. Сейтана Рорни боялись и уважали все жители королевства, придворные вельможи не составляли исключения. Кори признавала, что ловец заслужил такое признание: мало кто отваживался соваться за пределы магического полога, а из отважившихся не все возвращались. Сейтан же возвращался раз за разом и всегда — не с пустыми руками.

Принцесса заставила себя отвести взгляд от синих глаз на бронзовом от загара лице охотника, случайно зацепила взором за окровавленный мешок в его руках и поспешно отвернулась, скрывая слёзы. Жизнь одного существа как плата за жизнь другого — таковы жестокие законы реальности.

— Спасибо, — голос короля дрогнул от переполнивших его эмоций. — Проси всего, что пожелаешь!

— Во-первых, я прошу предоставить мне исключительные права на отлов магических животных: надоели вечные конкуренты, мешающиеся под ногами и вспугивающие уже загнанную дичь, — озвучил требования ловец.

— Хорошо, с этой минуты ты — единственный ловец королевства. Всех остальных ждёт эшафот, если они попробуют отправиться на ловчий промысел. Каково второе пожелание?

— Надеюсь, вам оно понравится, ваше величество, — холодно усмехнулся ловец. — Отдайте за меня замуж вашу сестру.

Кори показалось, она ослышалась. У короля была одна-единственная сестра — она сама, но ведь Сейтан вовсе не желает на ней жениться, они же ненавидят друг друга!

«Сет ненавидит», — поправила она себя, потрясённо вздыхая и не слыша громких удивлённых восклицаний окружающих. По лицу её венценосного брата расползлась невероятно довольная, торжествующая и предвкушающая улыбка: король Вайко уже наслаждался тем, что презираемая им сестра-полукровка наконец-то покинет дворец на вполне приличных основаниях и ему не придётся содержать её до скончания дней или изгонять, к позору для всей своей семьи. Выдать принцессу замуж за простолюдина не зазорно, если он — герой, совершивший подвиг. Примеры такого награждения особо отличившихся подданных имеются в исторических хрониках и всем известны, о них даже легенды сложены. Вайко представилась уникальная возможность и слово своё королевское сдержать, и доставшуюся от отца обузу в сильные руки ловца скинуть. Ловца, в последние годы прославившегося на всё королевство своей жестокостью. Ловца, ощипывающего фениксов живьём, чтобы зеваки под его окнами сполна насладились болезненным верещанием волшебных птиц. Ловца, убивающего и пытающего магических животных ради ингредиентов для магических зелий: их крови, перьев, чешуи и многого другого. О да, знаменитый охотник — идеальная пара для отверженной принцессы, сам Вайко не смог бы подобрать жениха ужасней! Надежды ловца оправдались: старшему брату Кори очень понравилось его второе пожелание.

— Что затихла, сестрёнка? — глумливо обратился к принцессе король. — Радуйся: твой давний возлюбленный таки явился за тобой! Разве не его ты ждала все эти годы?

Потрясение собравшихся можно было ощутить на вкус: сведения о единственном давнем романе сестры король до сих пор не разглашал. Но потрясение самой Кори было куда глубже: зачем она Сету?! Он же больше её не любит, так? Сватается по расчёту? Но какой расчёт жениться на презираемой всеми полукровке, пусть и единокровной сестре короля, скажите на милость? Совершенно растерянная Кори не знала, что ей думать и как относиться к сватовству ловца!

Впрочем, её отношение никого не волновало и согласие никому не требовалось: король уже объявил о завтрашней свадьбе и спешил перейти к важнейшему делу:

— Сейтан и ты, сестрёнка, пойдёмте со мной. Вместе посмотрим, как подействует на Викко волшебная панацея от всех болезней.

В голосе брата Кори явственно расслышала угрозу: «Если чудо-средство не оправдает себя, то завтра главным зрелищем столицы станет не ваша свадьба, а ваша смерть на плахе».

…

Бледный, похудевший мальчик с закрытыми глазами лежал на постели и тяжело дышал. Королева стояла на коленях рядом с кроватью и с безумной надеждой смотрела на принесённый мешок. Голубые, отливающие серебром разводы крови на ткани её не напугали.

— Что надо делать? Как поступил ты, вручая отцу сердце дракона? — отрывисто спросил король у ловца, забирая трофей из его рук.

— Положите сердце на свою ладонь, рассеките его кинжалом до половины и капайте кровью на губы ребёнка. Когда он придёт в себя, вложите ему в ладошки полураскрытое сердце: пусть сделает глоток из самого центра.

Эффект действия драконьей крови сказался сразу. После первой же капли мальчик глубоко вдохнул и раскрыл губы. Потом его лицо порозовело, с него будто поползла прочь болезненная маска: волосы надо лбом из тусклых стали блестящими, распахнулись ясные карие глазки, щёчки стали округлыми и на них проступили ямочки, как до болезни. Королева трясущейся рукой сдвинула в сторону одеяло и стало видно, как быстро меняется тело ребенка, как исчезает скелетообразная худоба, сменяясь прежней детской пухлостью. Викко впервые за последнюю неделю узнал склонившегося над ним отца и радостно протянул к нему ручки.

— Подержи вот это сынок и выпей жидкость, что внутри, — хрипло попросил Вайко.

Королева помогла сыну приподняться и