Перекресток двух полос - Оксана Алексеева

Базука с трудом приподнялся, встал, опираясь на здоровую ногу, но отвлекся от боли и вскинул руки, не сдерживая смеха. Злой дух из отца он тоже впечатал в себя уже известным движением. Тот осел и слабым голосом проговорил:

– И что мне теперь делать? Я же… вся моя индустрия держалась на возможности заставлять людей забывать…

– Забудешь, – пообещал ему сын. – И обо мне забудешь тоже, что-то мне прямо поперек горла сегодня встало такое родство. А вот мне эта сила очень пригодится. Тут кое-кто подсказал, что с универом я перегнул – сделаю так, что о моем участии даже не вспомнят. Ну что, народ, расходимся? Хотя подождите, сначала с каждым беседу проведу.

– Тебе в больницу надо, припадочный! – Андрей поддержал его под локоть. – Вы тут с сильными характерами один шизанутее другого!

* * *

Через неделю Вера, Николай и Женька сидели в комнате и пытались понять, что же с ними не так.

– Как мы могли согласиться на четверки автоматами? – возмущался Ник. – Вы вообще можете мне объяснить, с какого перепуга мы на это пошли? Неужели пересдать не могли?!

– Без понятия, – расстроенно согласилась с другом Вера. – Вообще не понимаю, у меня прямо какие-то провалы в памяти. Ромка на меня дома как на дуру смотрит, страсти какие-то рассказывает. Но подростки все идиоты, фантазию унять не могут. Может, съездим куда-нибудь втроем, проветримся?

– Я бы на Азовское море прокатился, – размечтался Женька. – Собирались же в прошлом году, а потом на даче просидели.

– Можно, – Николай зевнул. – У тебя пожрать че найдется? О, кстати, я в своей почте исходящее странное увидел – скан какой-то книги с совершенно идиотским названием. Как будто сам себе с одного ящика на другой отправил, представляете?

– Взломали, – догадался Женька. – Пароли везде поменяй. У тебя ж, поди, везде пароли одинаковые.

– Уже поменял и спам этот удалил. Но просто забавно. Ты вон тоже чушь какую-то читаешь, – он указал подбородком на огромную книгу про растения.

– Мать откуда-то притащила. Но издание старое, сто лет! – пояснил Женька. – Какая разница? Летом все равно делать нечего. Слыхали, в универе капитальный ремонт затеяли? Может, новые аудитории обустроят? Что-то они там даже стены перестраивают.

Они так и болтали – привычная и приятная рутина. Но их прервал звонок в дверь.

– Вы к кому? – Женька открыл какому-то высокому блондину.

– К тебе, Жень, и ко всем вам. Меня зовут Андрей. Может, помните по универу? Я в этом году закончил. В смысле, должен был закончить… неважно. Вера с Ником здесь?

Он отодвинул обескураженного хозяина квартиры с пути и нагло прошел внутрь. Вера затаила дыхание. Она видела Андрея Короленко – на торжественных линейках и в коридорах между парами, но общаться никогда не доводилось. И вот он здесь, собственной персоной! Симпатичный, кстати. Но ей какой-то другой типаж больше по душе.

– У меня мало времени, – он говорил очень быстро. – Захар все еще в больнице, но надолго его оставлять нельзя – иначе он прямо там устроит кровавую кашу. Я кое-как держу в себе двух духов, а он не держит четырех. Я обещал оставаться на его стороне, но теперь вижу: это добром не кончится, от него с каждым часом остается все меньше его настоящей личности! Некогда объяснять, но вы мне очень нужны. Хотя бы для того, чтобы принять решение. Я не могу его убить, понимаете? Но и не убить не могу, потому что он превращается в какого-то маньяка, какого свет еще не видел. Маньяка с неограниченными возможностями, который может стереть память у любого свидетеля! Но ужас в том, что он вряд ли вообще теперь будет напрягаться с тем, чтобы ее стирать, понимаете?

– Понимаем, – кивнула ему Вера, чтобы просто поддержать такой содержательный диалог. – А кто такой Захар?

– Базука, что ли? – припомнил Николай. – Это тот, что у Веры на первом курсе яблоко отобрал? А я думал, его давно посадили за что-нибудь. Он где вообще?

– В больнице, – повторил Андрей, словно надеялся на то, что они сразу же осознают происходящее и начнут ему помогать. – Я сейчас вкратце все перескажу, только не перебивайте и верьте каждому слову – я не сумасшедший.

– Пока не похоже, – поморщился Женька. – Ты куда вообще прешь? Тебя кто-то сюда приглашал?

Но Короленко не перешел к обещанному объяснению, он разглядел огромный талмуд на столе и побежал сразу к нему. Упал на стул, открыл.

– Та самая книга? Может, хоть в ней подсказка найдется? Хотя вы ведь искали…

– Эй! Ты вообще обнаглел?! – попытался вразумить его Женька, но остальные с любопытством рассматривали странного гостя и его не поддерживали. Просто они так скучно живут, учатся отлично, но сумасшедших в их кругу пока не бывало – а это интересное зрелище.

Андрей вчитывался, раздраженно перелистывал большие страницы, рассуждал сам с собой:

– Чушь какая-то. Рецепт ромашкового отвара? Но вы именно в ней столько пользы нашли! Как же так?

– Мы ничего в ней пока не нашли, – Николай с улыбкой заглядывал через его плечо. – Мы ее даже не читали.

– Еще как читали, Ник. Сейчас, дайте немного времени, – Андрей вел себя все более странно. – Вы же в ней столько всего нашли! Но как же? А-а, – он замер и выпрямился, – кажется, я понял. Хитро! Это ты, наверное, Жень, перестраховался – до того, как он тебе все воспоминания удалил.

Он закрыл глаза и взялся за угол страницы. Николай вскрикнул и в страхе отшатнулся. Но это как раз подтолкнуло Веру и Женьку приблизиться и глянуть, что там такого ужасного он рассмотрел. И тоже охнули. Андрей обладал какой-то чертовой магией! Темные буквы с листов пропадали, втекали куда-то внутрь, а поверх них рисовались другие и складывались в совсем другие слова. Короленко переворачивал страницы и повторял этот фокус снова и снова. От такого зрелища захотелось сбежать, спрятаться где-нибудь и начать готовиться к пересдаче высшей математики.

Андрей же задыхался от непонятного им восторга.

– Отлично придумали, вы всегда были молодцами! О, а вот ведь и про уничтожение злого духа! – последнюю фразу он вообще в полный голос проорал и вскочил на ноги. – Почему же вы раньше молчали, придурки?! Так, ладно, теперь нам надо всем